акту. Затем, набрав скорость, задумали сделать пародию на телерасследования и выдали в эфир совсем уж оголтелый бред.
Морозным декабрьским утром 1990 года кандидат наук Влад Кушев стоял на фоне мощных орудий во дворе Артиллерийского музея и нес лютую пургу про грядущую войну в Иране. Глядя в телекамеру, старинный Курёхинский друг предлагал забросать Ближний Восток бомбами, начиненными наркотиками. Эту акцию планировалось предпринять исключительно во избежание массовых жертв во время войны. По теории Кушева, для решения конфликта в Персидском заливе необходимо было запустить психоделическое оружие с психотропным воздействием под условным названием LSD25.
По просьбе Шолохова эти сомнительные инициативы прокомментировал один из заместителей военного прокурора Ленинграда. Пожилой полковник, не моргнув глазом, предложил «испытать такие бомбы на некоторых наших республиках». Это был такой мягкий питерский юмор — как говорится, для подготовленного зрителя. Но когда Шолохов с Курёхиным смонтировали этот сюжет с ультрашизоидным монологом Кушева, то поняли, что поймали жар-птицу за хвост.
Смысл их новой идеи был прост. Синтезируя в рамках одной телепрограммы псевдонаучный бред с уклончивыми (или ироничными) комментариями людей, занимающих серьезные официальные посты, можно было «расследовать» и «доказывать» все что угодно с целью отсканировать реакцию социума. В случае положительного исхода градус медиабезумия можно было резко усилить. «Это будет своеобразная игра разума», — хвастался Сергей знакомым журналистам.
Арт-объектом для очередной «игры разума» послужила архивная фотография Ленина. Идеолог российского пролетариата сидел за рабочим столом, на котором зоркий Курёхин углядел странный предмет. Этот неопознанный объект был не подстаканником, не чернильницей и даже не летающей тарелкой. И тогда Курёхин, почуяв жар научного открытия, решил доказать, что этот предмет имеет прямое отношение к «главной тайне» Великой Октябрьской социалистической революции.
С въедливостью опытного алхимика Сергей изучил массу литературы, начиная от ключевых работ Ленина и заканчивая тамиздатовскими переводами Кастанеды. Читая всевозможные эзотерические доктрины, Курёхин добрался до книги Филипа К. Дика «Трансмиграция Тимоти Арчера». В своем предсмертном романе американский фантаст изложил гипотезу о том, что Иисус Христос, оказывается, был грибом. И не просто банальным мухомором или, того хлеще, подосиновиком, а специальным сакральным грибом эпохи, который ели саддукеи и причащались святым духом.
Как вы догадались, всю эту грибогенную теорию Курёхин не задумываясь спроецировал на образ Ленина. Таинственный объект на столе у Владимира Ильича был объявлен не чем иным, как... грибницей. После этого стало понятно, что границы курёхинской «Поп-механики» безграничны — как во времени, так и в пространстве.
С интонацией аспиранта, защищающего кандидатскую диссертацию, Сергей принялся убеждать коллегу Шолохова, что гриб — это не просто «захиревший в лесу фаллос», а специально направленная из далекой Мексики радиоволна. Когда Шолохов робко пытался возражать, Капитан включал в действие тяжелую артиллерию. В ход пошли цитаты из произведений Лескова, Хармса и книги «Мифы народов мира», актуальные высказывания Циолковского, Попова и Теренса Маккенны, а также телеги про Массачусетский технологический университет, специализирующийся на изучении акустических свойств грибов. Получалось круто и убедительно — не поверить было невозможно.
«Эта история зарождалась у меня на глазах, — вспоминает Александр Липницкий. — Ночью в мастерской у Африки сидели Курёхин, Тимур Новиков и один ученый из их компании. Они сидели и обсуждали, как будет проходить телесъемка про Ленина. Составляли сценарий, пили вино и дурачились. Я, наверное, никогда в жизни так не смеялся. А тот безумный ученый, кажется, всерьез относился ко всей этой истории и искренне верил, что Ленин — это и есть гриб. Он-то и придал этой телепередаче достоверный характер».
В январе 1991 года на квартире у вышеупомянутого ученого Владимира Семеновича Куликова, являвшегося кандидатом биологических наук и директором международной ассоциации «Грибы в защиту мира», состоялась запись этой сенсационной телепрограммы. В импровизированную квартирную студию Шолохов притащил рулоны архивных видеоматериалов, найденных на Ленфильме. При финальном монтаже был применен остроумный прием: черно-белые фильмы про Ильича, изначально снятые как художественные, подавались как документальные. И эффект достоверности при этом был максимально высок. Кроме того, Шолохов подснял еще несколько сюжетов, начиная от разговора со специалистом по макроскопическим грибам и заканчивая откопанным на задворках истории «внуком грибника», который «знал» все заповедные тропинки и носил из леса грибы для Ленина.
Понимая, что получается суперхит, Курёхин, как подорванный, начал обзванивать друзей — мол, смотрите на следующей неделе «Пятое колесо». Будет очень круто! Причем звонил не только в Питер, но и своим старым приятелям в Симферополь и Москву, в Новосибирск и Евпаторию.
Предчувствия не обманули Капитана. Запись передачи «Ленин — гриб» началась с того, что Шолохов презентовал «известного политического деятеля и киноактера Сергея Курёхина, который недавно вернулся из Мексики». Все остальное вы, конечно же, видели. Это был сеанс черной магии и шедевр тележурналистики, в котором упоминались кактусы Lophophora Williamsi и книга Сергея Аксакова «Замечания и наблюдения охотника брать грибы», пути познания индейцев навахо и начиненные галлюциногенами мухоморы в окрестностях Шушенского. Будничным тоном Курёхин даровал зрителям очередное «Откровение от Сергея». Оказывается, Ленин был грибом. Логика и абсурдистская структура курёхинских доказательств были сногсшибательны и не оставляли места для сомнений. Он так красиво подобрал факты, что в течение часа вся страна, затаив дыхание, слушала бредни о том, что ленинский план революции был плодом оккультных практик и наркоманской фантазии.
Позднее певец Эдуард Хиль назвал курёхинскую теорию «прекрасным экспромтом», даже не догадываясь, сколько сил было потрачено Сергеем Анатольевичем на ее подготовку. Не все знают, что базис грибных доктрин Капитана был составлен даже не столько с оглядкой на труды Филипа К. Дика, сколько на книгу выдающегося британского ученого Джона Аллигроу под названием The Sacred Mushroom and the Cross («Священный гриб и крест»), которая еще в 1970-е взорвала мозги десяткам ученых. Курёхин бережно подобрал с земли ошметки этих мозгов и изящно объединил их в единое целое. В результате у него получилась наукообразная теория о грибном происхождении большевистского лидера. Погрязшая во мраке лет истина засверкала сквозь годы какой-то неземной красотой.
«На следующее утро после передачи я подвозил с дачи жену Никиты Михалкова, — вспоминает Липницкий. — Татьяна садится в машину и спрашивает у меня с опаской: «Саша, а это правда, что Ленин мог быть не человеком, а грибом? Вот мы с Никитой всю ночь спорили. Я поверила, а Никита считает, что это шутка». Судя по реакции Татьяны, можно было предположить, что процентов семьдесят зрителей в эту шутку поверили».
Эфир продолжил традиции хулиганской радиопостановки «Война миров» по роману Герберта Уэллса, которую в предвоенном 1938-м году учинил с друзьями молодой режиссер Орсон Уэллс. Тогда сводки
