его стали урезать под предлогом того, что свою задачу центр выполнил, теперь приходили совсем крохи, а вместе с этим еще и прочие возможности стали подрезать. Анатолий спорить не стал, тем более что с государством особо не поспоришь, ну и свои задачи он действительно выполнил, причем и официальную тоже. А если быть точнее то решил продолжить программу за счет собираемых с кооператоров средств. Для чего зарегистрировал общество ветеранов. Деньги действительно шли как семьям погибших, так и получивших сильные ранения не позволявших бывшим воинам-интернационалистам вести хоть сколько-нибудь полноценную жизнь, потерявшие зрение, утратившие возможность самостоятельно передвигаться…
Так же деньги шли на поддержание реконструкторов и уже провели несколько масштабных слетов пока что областных, но движение росло и ширилось, так что скоро можно было устроить всероссийский слет и зрелище обещало быть эпичным, когда на поле сойдутся десятки тысяч участников, по крайней мере из одних только «легионеров» можно было собрать три полных легиона.
Попытались было сунуться всякие партийцы и комсомольцы. Кто-то запретить, другие примазаться, но на ветеранов, где сядешь, там и слезешь. Все популярно объяснили, что соваться им сюда со своими грязными лапками и лживыми языками не стоит, иначе ведь и огрести можно по самое не балуйся.
Поддерживались и музыкальные коллективы, которым покупались нормальные инструменты, а не откровенные «дрова» и организовывались гастроли, пока тоже лишь областные, для выявления популярных групп.
К слову сказать хорошие деньги собирались с популярных певцов союзного значения собиравших стадионы, всех этих пугачевых, вайкуле, ротару и прочих машин времени, что теперь могли официально зарабатывать сотни тысяч, а то и миллионы с концерта. Киборгин с ними не церемонился и снимал до трети их дохода с гастролей. Заодно жестко упорядочил очередность выступления, за которым тоже следили его люди, глядишь и Тальков выживет, не вступив в тупой спор, кто должен выступать последним, да и его мутного продюсера с бегающими глазками тоже отпихнули от певца.
Купил машину Цою — «жигули», чтобы не разбился на долбанном «москвиче».
Курировались детские дома и начали привлекать беспризорников, коих как знал Анатолий год от года с ростом экономического и политического бардака будет становиться только больше. Сколько тысяч, а то и десятков тысяч из них сгинули без следа? Сторчались нюхая клей в подвалах и на чердаках? Безответственность в этом вопросе государства, да еще социалистического, просто ужасала. Анатолий просто не понимал власть. Неужели там действительно всем настолько на все наплевать⁈ Но раз государство упускает такой потенциал, то почему бы ему не подхватить его и не обратить к своей пользе?
Так что этих ребят вылавливали, а на рынках с вокзалами их много кучковалось побираясь да воруя, по всяким свалкам шарились, и делали простое предложение:
— Можете бомжевать дальше, рискуя загнуться от холода, голода и болезни, а можете пойти к нам. Мы вырастим вас сильными и здоровыми, научим драться и владеть оружием, летать на дельтапланах. Уйти сможете в любой момент, это не детский дом. Хотя можете и в детские дома вернуться, мы там навели порядок, так что прежнего беспредела больше нет. Попробуйте, может понравится, по крайней мере зиму точно переживете. Но если что, летом тоже будут интересные программы. У нас только одно правило — никаких блатных замашек.
— А вам это зачем⁈
— Когда подрастете, станете нашими помощниками, можно сказать смену себе растим. Не вечно же нам самим ходить по рынкам и барыг трясти? Не солидно.
Тут беспризорники понятливо кивали головами. Такой мотив им был понятен. Дураками они не были и уже все знали, кто крышует кооператоров, так что стать частью этой силы захотели многие.
Что до жилья, то тут тоже особых сложностей не возникло. Кругом полно заброшенных деревень, и их можно пустить на разборку в качестве строительного материала. Несколько лет такое строение простоит, а больше и не надо, потом Анатолий, с приходом во власть и получив ресурсы государства, собирался сделать все на порядок лучше.
Только требовались рабочие руки и техника. Связываться гражданскими строительными компаниями не хотелось, да и заняты они все. Но вариант имелся. Анатолий по старой памяти позвонил министру обороны. Откровенно говоря он думал, что маршал его пошлет, но Соколов взял трубку и пригласил к себе домой.
— Откуда ты знал⁈ — первое что он спросил у Киборгина, стоило ему только перешагнуть порог.
— О чем⁈
— Про самолет!
— Какой самолет?
— Из Германии!!!
— А…
Киборгин вспомнил про полет Матиаса Руста. Другое дело, что это должно было случиться в мае 1987-го, то есть более чем через полгода. Но, впрочем, изменения в истории его стараниями пошли такие, что провокацию могли провести несколько раньше, чтобы дать фланирующему по заграницам Горбачеву дать законный повод сместить всех неугодных ему силовых министров.
— Да первое что в голову пришло сказал тогда. А что, действительно было пересечение границы, товарищ маршал?
— Да!
— И?
— Посадили его! Я как услышал о пересечении госграницы…
Соколов чуть оттянул воротник.
— Так чего ты хотел?
Анатолий объяснил.
— Вот как?.. Не вопрос. Будет тебе и техника, и стройбат, и даже строительные материалы выделю: трубы, проводку, и все прочее вроде кроватей с постельными принадлежностями… пока окончательно все не разворовали. А то представляешь, несколько складов уже вынесли и распродали… коммерсанты хреновы…
— Благодарю Сергей Леонидович. Может с моей стороны какая-то помощь нужна?
— Нет… — после короткой паузы, пристально взглянув в глаза Киборгину, сказал министр обороны. — Лучше потрать эти деньги на детей. А то и правда, позор… как после революции или войны… Куда катимся⁈ И я со своей стороны ничего сделать не могу… так хоть тебе помогу… хоть и не понимаю тебя… странный ты… хотя может так и надо в таких условиях?
Помолчали.
— У меня тут небольшие проблемы с Егоровым наметились… Сами понимаете, центр реабилитации прикрывают… просят на выход из ДОСААФ.
— Не будет никаких проблем. Сейчас позвоню Георгию Михайловичу и будет как прежде всюду зеленый свет. Сделает тебя своим заместителем взамен кого-нибудь выходящего на
