Я так и знала!
— До свидания, Тодд, — говорю я, выпихивая его за дверь.
— Шестьдесят и сорок? — кричит он. — Нам даже не нужно заниматься сексом по-настоящему! Мы можем просто сказать, что сделали это! Ты сможешь двигаться дальше по жизни и оставить всю эту забастовку позади.
— О, так это все ради меня? Как великодушно с твоей стороны.
Я захлопываю дверь и жду, слыша его шаги, как он спускается по лестнице. Ну, надо же какой наглый, эгоистичный придурок!
Но его идея кажется мне заманчивой…
Нет. Я пытаюсь забыть о ней. Несмотря на то, что говорит Джесс, было бы безумием притворяться, что я переспала, чтобы покончить с забастовкой. Я хочу Джейка и только Джейка.
Но как я смогу узнать, действительно ли он хочет меня ради меня или просто в качестве приза…
Уф!
Я соскальзываю на пол и хватаю телефон.
— Алло, «Дворец Мин На»? Мне нужно сделать заказ. Большой.
Что-то подсказывает мне, что это будет долгая, сексуально неудовлетворенная ночь.
30 Лиззи
Всю следующую неделю я бегаю, как сумасшедшая, подготавливая все к выставке, скачу по всему городу, забирая последние вещи, дважды и трижды проверяю все ли готово по своему списку. Я сплю всего по три-четыре часа в сутки, и к тому времени, когда приближается открытие, балансирую на грани истощения, как зомби, питающаяся кофеином, питающийся кофеином зомби с превосходным чувством стиля, я могла бы добавить, но тем не менее зомби.
А сегодня наконец-то день открытия. Я не могу поверить, что этот день наступил, но в каком-то смысле мне кажется, что я ждала его целую вечность. Пространство галереи выглядит таким удивительным, и я не могу остановить волны нервного возбуждения, наполняющие тело, когда в сотый раз прохожу по галереи, все рассматривая. Торжественное мероприятие пройдет в Большом зале, но гости также смогут свободно побродить по выставке.
— Что ты все еще здесь делаешь? — Скай застает меня за тем, что я снова раскладываю информационные листовки. Морган втянула мою помощницу, чтобы она все подготовила к праздничной обстановке и организовала еду. — Я же сказала, все прекрасно. Постарайся сейчас ничего не испортить!
— Ладно, ладно! — говорю я, все еще осматривая пространство. — Но что, если мы что-то забыли?
— Мы не забыли. Ты проделала потрясающую работу! — настаивает Скай. — Только посмотри на это место!
Я на минуту перестаю искать недостатки и просто смотрю — старинные платья, сверкающие украшения в стиле деко в стеклянных витринах, оригинальный постер Касабланки, проецируемый на заднюю стену. Но речь идет не только о старинных киноафишах и реквизите: здесь есть смотровые кабины с кадрами социальной истории той эпохи, дающими контекст экранным жемчужинам, закулисным интервью и кадрам.
Это все, на что я надеялась и даже больше.
— А теперь иди домой! — приказывает Скай. — Если только ты не собираешься ошеломить наших гостей своими джинсами и блейзером.
— Ладно, — неохотно соглашаюсь я, направляясь к выходу. — Но позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится?
— Не понадобиться, — твердо заявляет Скай. — Иди готовься. — Она машет на меня рукой с французским маникюром, как будто я какое-то надоедливое насекомое. — У меня все под контролем.
Вернувшись домой, нахожу у двери моей квартиры огромную белую коробку, перевязанную огромным красным бантом. Я заношу ее внутрь, срываю обертку и пробираюсь через мили аккуратно сложенной папиросной бумаги, беру карточку из толстой тисненой бумаги, на которой написано:
«Привет от Джейка Уэстона.
Заеду за тобой в восемь.»
Сердце подпрыгивает в груди. Под всей этой папиросной бумагой я нахожу великолепное красное атласное винтажное платье от Валентино, с такими же красными босоножками на шпильках и замысловатой вечерней сумочкой из бисера.
Успокойся, сердце!
Я подхожу к зеркалу, прикладывая к себе тяжелый, скользкий материал. Святое дерьмо, оно точно моего размера, словно сделано специально для меня, только для меня.
Я аккуратно, благоговейно кладу платье на кровать и иду в душ, чувствуя зуд от возбуждения.
Что это значит? Он появился после своего исчезновения? И разве притягательное платье, как у героини «Притти вомен» не должно компенсировать щедрость и не сказать мне?
Да.
Я пытаюсь успокоиться. Возьми себя в руки! Чтобы добиться моего расположения, потребуется нечто большее, чем винтажное платье высокой моды, но, когда час спустя я слышу стук в дверь, мне кажется, что в моем животе поселился целый луг бабочек. Я бросаю последний взгляд в зеркало и иду открывать дверь.
Черт меня побери!
Джейк стоит на моем пороге в смокинге, и он выглядит как за пределами совершенства, это даже несправедливо. Даже лучше, чем он чертовски сексуален, как он смотрит на меня. Будто я самый ценный экспонат в мире.
— Ух ты, — выдыхает он, оглядывая меня с ног до головы. — Ты выглядишь потрясающе.
— Спасибо, — краснею я. — Потрясающее платье. — Я поворачиваюсь кругом, чтобы показать, как оно смотрится на мне.
— После тебя, — он делает жест, и я хватаю свою шелковую накидку и сумочку, выхожу в коридор. Он кладет руку мне на спину, направляя к лестнице, и боже, все мое тело вспыхнет снова от одного его легкого прикосновения.
Я скучала по нему.
— Где ты пропадал? — спрашиваю я, стараясь говорить небрежно. — Я почти не видела тебя на этой неделе.
— Работал над несколькими сюрпризами до последней минуты, — говорит он с загадочной улыбкой.
— Для открытия? — требую я, внезапно запаниковав. — Но почему? Что? Что-то не так?
— Нет! — Джейк смеется. — Расслабься, с выставкой все прекрасно.
— Уверен? — Я делаю глубокий вдох. — Господи, не пугай меня так. Вся моя карьера зависит, чтобы все прошло без сучка и задоринки.
— Так и будет. — Джейк одаривает меня улыбкой, способной успокоить бешеного зверя. — Обещаю. Все, что вам нужно сделать сегодня вечером — это расслабляться и наслаждаться жизнью.
Я побывала на множестве модных вечеринок в «Метрополитен» (привилегия моей работы), но нет ничего лучше, чем войти в этот невероятный вестибюль музея и увидеть, что он весь забит людьми, пришедшими на выставку, которую я организовала.
— Это потрясающе! — визжит Скай, подбегая к нам. Кажется, все с энтузиазмом восприняли классическую голливудскую тему, потому что она одета в голубое платье-футляр, которое делает ее похожей, будто она только что сошла со съемочной площадки MGM. — «Таймс» здесь и «Вашингтон пост», и «Энтертейнмент сегодня вечером», даже постелили красную ковровую дорожку из-за всей этой звездной мощи! Это выставка — хит сезона! Вы, ребята, проделали потрясающую работу! Все говорят, какие вы оба блестящие, а я так возбуждена…
— Дыши, Скай, — смеюсь я.
— Нет времени! Я должна проверить торт, который прибыл! Его обещали доставить час назад… — бормочет она, ее голос затихает, когда Морган приближается к нам, раздвигая море толпы, шурша по полу длинным черным платьем, таким узким, я удивлюсь, чем она питалась все это время, вероятно, только коркой хлеба в эти последние три недели.
— Браво! — Морган улыбается, ее губы покрашены в мерцающий красный, в ушах и на шее сверкают бриллианты. — Вы двое действительно справились! Должна признаться, я не ожидала такого количества гостей. Не на такую незначительную выставку, — добавляет она, не в силах произнести комплимент, не приправив его ядом. — Джейк, браво.
— Вовсе нет, — говорит он, подталкивая меня вперед. — Вся тяжелая работа Лиззи, ничего бы не было, если бы ни она. Это ее видение этой выставки. Я, конечно, помогал доставать некоторые предметы, но ее стоит поздравить, выставка состоялась.
Морган поднимает бровь.
— Ну, Лиззи, похоже, ты превзошла саму себя. Хотя я заметила, что в разделе «Принеси мне звезды» все еще нет ожерелья. Ненавижу давать пустые обещания.
