Но знаете что? Совесть меня совершенно не мучает.
Свобода!
Я сбрасываю одеяло, шлепаю по дощатому полу к окну и отдергиваю занавеску. Комнату заливает яркий свет, море за окном искрится и переливается, в гавани весело качаются на волнах лодки и чайки.
— Ку-ку, ку-ку, — раздается опять. Окончательно проснувшись, я понимаю, что это сигнал моего мобильника. Новое сообщение. За окном перекликаются чайки, а одна, особенно настойчивая, старательно ковыряет рыбью голову, которая валяется на причале. Я тру глаза, зеваю, вытаскиваю мобильник и сажусь с ним на постель.
Вечеринка в Фоу и впрямь удалась. Целая компания рыбацких жен, чьи кошельки пополнились деньгами после очередного удачного улова, просто сходила с ума от желания истратить как можно больше наличных. Вскоре кружевные лифчики и кожаные корсеты пошли по рукам. Многочисленные вибраторы гудели, точно стая ос. В импровизированной лотерее я выиграла мыло в форме фаллоса, а также осталось смутное воспоминание о том, что я приобрела у Мэдс какое-то нелепое нижнее белье. Подруга сообщила, что у нее рекордное количество заказов.
Надеюсь. Чем раньше она накопит денег для поездки на Карибы, тем скорее я вздохну свободно. Напрягает, что Ричард разъезжает по округе в церковном автобусе, набитом секс-игрушками, а мне, в случае необходимости, придется брать вину на себя. По крайней мере ночью я умудрилась написать очередную главу «Сердца разбойника», и она, признаюсь честно, весьма чувственная. Возможно, товары «Анны Спринг» произвели на меня странный эффект, и в итоге я принялась писать настоящую эротику. Родители гордились бы столь очевидным доказательством моей половой зрелости.
Я не обращаю внимания на мобильник и вытаскиваю из-под подушки тетрадь. Не хочу, чтоб она снова попала в руки врага. Кстати, если Ричард ее обнаружит, его мнение обо мне отнюдь не улучшится. А поскольку я, с точки зрения преподобного Ломэкса, и так уже ниже всякой критики, то тем более не стоит рисковать.
— О, Джейк! — произнесла Миландра. — Я больше не могу ждать. Умоляю, возьми меня…
Джейк застонал. Она была душераздирающе прекрасна, когда стояла перед ним в полупрозрачной шелковой сорочке. Сквозь ткань была видна нежная грудь, изгиб талии и темный треугольник внизу живота. Миландра была такой чистой и хрупкой, что Джейк боялся нанести ей непоправимый вред силой своей страсти.
Она легла на широкую кровать, и волосы золотым сиянием раскинулись вокруг головы. Джейк склонился над ней и начал целовать ее шею, ласково поглаживать грудь. Девственное тело Миландры содрогнулось от желания. Ей казалось, что она тает в лучах любви.
К сожалению, все это продукт нездорового воображения, но ведь девушке не возбраняется помечтать? Не сомневаюсь — однажды я тоже буду таять в лучах любви, хотя вряд ли какой-нибудь мужчина задумается о том, не повредит ли мне сила его страсти. Тем не менее я скоро докажу Мэдс, что в моей повести гораздо больше романтики, чем в вибраторах, которыми она снабжает половину Корнуолла!
Мобильник снова кукует. Видимо, что-то срочное. Я открываю входящие и обнаруживаю четыре непрочитанных сообщения — одно от Джеймса, два от Фрэнки и одно от Олли. По крайней мере они меня не забыли.
Сообщение Джеймса весьма лаконично: «Надо обсудить финансовый вопрос».
А как насчет того, что он скучает и хочет, чтобы я вернулась?
— Сукин сын, — говорю я, стирая эсэмэску.
Почему Джеймс настолько помешан на деньгах? Он ведет себя так, что его можно счесть нищим. А я-то думала, банкиры много зарабатывают. Впрочем, у него нет шансов выжать из меня ни пенса — ни сейчас, ни в будущем. Джуэл оплатила мои счета, но, возможно, мне тоже придется продавать вибраторы, если в пределах следующих двух недель я не найду работу. После завтрака нужно будет наведаться в местную службу занятости.
Я открываю сообщения от Фрэнки. Первое было отправлено вчера. Я смеюсь, потому что пишет Фрэнки точно так же, как и говорит. Сплошь восклицания и преувеличения.
«О Господи, ты не поверишь!!! Случилось самое большое чудо на свете!!! «Парамаунт рекорде» заключила с нами контракт!!! Мы прославимся!!! «Прада» и «Версаче», я иду к вам!!!»
Класс. Я очень рада за Фрэнки. Пусть даже, на мой взгляд, пение их группы напоминает кошачий визг, кому-то, должно быть, они и впрямь понравились. Открываю следующее сообщение, ожидая продолжения, и тут же роняю телефон, словно он раскаленный.
«Это правда? Я ревную!»
Я смотрю на экран. О чем речь?
«Фрэнки, что случилось?»
Всего через несколько секунд приходит ответ:
«Поскорее купи «Сан»!»
Что?
Я рассматриваю сообщение, пока буквы не начинают расплываться перед глазами. Что творится? Зачем мне «Сан»? Это чтиво как раз в духе Фрэнки, но я учительница английского языка и обязана как минимум делать вид, что читаю «Гардиан».
Но надо признать, любопытство берет верх.
Я выскакиваю из постели, натягиваю футболку и старые спортивные штаны, которые некогда принадлежали Олли, и спускаюсь на кухню.
— Я только что получила самое странное сообщение, — выпаливаю я, размахивая телефоном. — Ты в жизни не поверишь…
— У нас в ванне омар, — сообщает Ричард, который сидит за столом и жует тост, запивая чаем. — Ты надолго намерена здесь поселиться?
Вот черт. Разве ему не надлежит сейчас быть в церкви… ну или еще где-нибудь? Я немедленно вспоминаю, что моя футболка на размер меньше, чем следует, и прямо поперек груди, самым фривольным образом, написано «Шалунья». Ричард производит на меня странный эффект. В его присутствии я либо испытываю извращенное желание дерзить и бунтовать, либо, наоборот, покаяться во всех грехах и посмотреть, что он скажет. Впрочем, исповедь займет немало времени.
Несомненно, в прошлой жизни я была католичкой.
— Привет, Кэти. — Ричард встает и целует меня в щеку. Я смущаюсь — это все равно что целоваться с директором школы. — Мэдс говорит, ты у нас погостишь?
— Если ты не против, — быстро говорю я. — Я… приняла решение внезапно.
Почти месяц назад.
— Вот как? — Ричард поднимает бровь.
Да, блин.
— Хочешь чаю? Чайник только что вскипел.
— Спасибо. — Я нахожу чистую кружку. — А где Мэдс?
— Вот и вчера я задавался этим вопросом, — веско произносит Ричард, устремляя в мою сторону пронизывающий взгляд.
Черт. Он видел меня в пабе.
— Если ты намерена сохранять инкогнито, впредь прячь рыжие волосы под париком, — намекает он, откусывая тост. — Видимо, она пошла тебя встречать, а ты заглянула в «Русалку», чтобы выпить сидра?
