в стену. Идеально вторгается, глубоко, по самый корень, так что, мне уже не сдержать стоны.
— Что же неправильного? — ускоряя темп, спрашивает Рор.
Слышу в его голосе улыбку, что ещё больше воспламеняет меня.
— Подарки… должны быть такими… — задыхаясь, чувствуя приближающуюся разрядку, произношу я. — Чтобы везде! С собой!
Рор начинает смеяться, гортанно, раскатисто, ускоряясь при этом.
Он отпускает мой хвост, берёт меня на руки, насаживая на свой член. Сильный… я для него совсем ничего не вешу… Его хвост проникает между моих ног, умело ласкает клитор, пока он поднимает и опускает меня на своём члене… до совершенства правильно. До невозможности хорошо.
Я взрываюсь диким оргазмом практически мгновенно. Неотрывно глядя в его глаза. Меня трясёт, мне хорошо, очень хорошо…
Рор замедляется, остаётся внутри меня.
— Верно, нужно с собой, — кивает он, лаская меня горящим взглядом. — Так я для того и выписывал своей рыбке все эти пропуски и разрешения, чтобы ты могла его с собой везде брать. Ммм…
Возразить на это уже нечего. Просто смотрю на него, чувствуя, как влагалище пульсирует и сжимает его. Плоский шелковистый хвост надёжно обвивает мой, поглаживая кончик, выпускающий и прячущий жало.
— Крылатка моя, ты уже вся-вся моя, — шепчет он, снова набирая темп. — И от кольца не отвертишься.
— Не совсем вся, — упрямо говорю я и тянусь к его губам. — И орсы ведь колец не носят. Что твои подданые скажут?
Рор заливисто смеется.
— Я император, Мирей. Как скажу так и будет. И я лучший охотник, — жарко выдыхает он в мои губы. — И удачливый. Сети уже расставлены на тебя, моё сокровище. К свадьбе тоже подготовка идёт. Никуда не денешься от меня…
Глава 41. Операция
Полумрак, броне-жалюзи на окнах, запертые двери, и мы вдвоём на просторном диване. Голые, утомлённые диким сексом. Да ворох полосочек, которая была нашей одеждой, на полу. Романтика.
— И когда ты намеревался мне обо всём этом сообщить? — лениво поинтересовалась я, нежась в императорских объятиях.
Рор медленно погладил меня плоским хвостом по спине от шеи до поясницы. Мой гребень приподнялся от удовольствия, а я сама выгнула спину. Подставилась под изысканную ласку.
— Собирался сообщить… — задумчиво произнёс он.
Он улыбнулся, и повторил поглаживание. Подозреваю, что ему нравилось ощущение, как шипы на моём гребне легко царапают его хвост.
— Когда пришло бы время, операцию бы закончили с морфами так или иначе, — он неспешно зарылся в мои волосы и пропустил белые пряди сквозь пальцы. — Нашу свадьбу готовят. Я пригласил лучших специалистов. Всё будет безупречно. И это требует времени. Как раз и ты бы, рыбка моя, поглубже в моих сетях увязла.
Я приподняла голову и, прищурившись, посмотрела на него.
— Ещё недостаточно, значит, — приподняла бровь я.
— Ты опасная вёрткая рыбка, Мирей, — Рор сверкнул своими красивыми бесстыжими глазами, — я не намерен давать тебе ни малейшего шанса ускользнуть от меня.
Его хвост властно обвился вокруг моего хвоста, а могучие руки прижали к его твердому телу.
— Ни малейшего шанса, моё сокровище. Вся моя будешь. Навсегда.
Я аж заурчала от удовольствия. Приятно-то как… Но, из принципа подозрительно прищурилась.
— А моё мнение на этот счёт тебя не интересует? — вкрадчиво поинтересовалась я.
— Конечно, интересует, — серьёзно кивнул Рор. — Сколько детей ты захочешь, трёх или больше.
— Рор! — воскликнула я и стукнула его по груди.
Он низко и раскатисто засмеялся, стиснул в объятиях и поцеловал — глубоко, властно, жадно, вынуждая азартно ответить, выпуская шипы на хвосте и дразня кончиком жала его хвост.
— Мирей моя, — выдохнул он в мои губы. — Вся моя…
И замолчал. И я молчала. Смотрели друг на друга. Балансировали на том, чтобы не сорваться в очередной сексо-марафон.
Мой самец… Но я не собиралась так уж легко ему даваться. Чувствовала своим женским чутьём, можно и нужно его ещё дразнить. Ему нравятся наши игры на грани. Пусть не расслабляется.
Поэтому я легко поцеловала его в губы, прижалась, потягиваясь гибко… и тут же отстранилась, серьёзно уставившись на него.
— Что ты готов для меня сделать? — выпалила я, распахнув пошире глаза.
На его лице промелькнуло озадаченное выражение, но он тут же принял новую игру.
Растёкся на диване и сделал широкий жест рукой.
— Проси, моя императрица! — провозгласил он.
Я насупилась.
— Я ещё не императрица.
— Ты же станешь ею, — прищурился он, ехидно улыбаясь, а потом добавил почти серьёзно: — Что ты хочешь, чтобы я сделал для тебя, Мирей?
Помедлив, я попросила:
— Ты обещал рассказать про операцию насчёт морфов. Утром же ещё мне говорил, что детали расскажешь. Ты как раз собирался на встречу с отцом.
Рор молчал, и я вдруг нахмурилась:
— Слушай, вы что, уже всё проговорили с отцом? А мне рассказать? Я же тоже хочу быть в курсе!
Он пожал плечом и обнял меня, притягивая к себе повыше и удобнее укладывая на себе.
— Да в принципе, особо и рассказывать нечего, — начал Рор, поёрзав на диване и уютно устраиваясь в обнимку со мной.
