ведь не из Акиса? Какая-то подземная экскурсия?
— Нет, мы выживаем в зомби-апокалипсисе, — ответил Боря.
— Если идти прямо, куда мы выберемся? — спросила Даша.
— Ну как, — Дворф удивился, — Мимо Киев-Московского и на Демиевку.
— А на поверхность когда?
— Около маргаринового завода, там заодно устье Ореховатки. Меньше полутора километров отсюда. По левую руку будет еще приток с Лыски, по правую — Живец, но то не исторический Живец, просто его так называют.
— Полтора километра непрерывного суицида, слышишь, Жека? — сказал Борис.
— Почему?
— У нас смартфоны разрядятся.
— Почему вы не взяли с собой на вылазку фонарики? — недоумевал Дворф.
— Я похожа на экскурсантку? — Даша показала на униформу.
— Нет. Ну под землей по-разному люди одеваются.
— Послушай, — сказал ему Борис, — Там на Лыске рухнул самолет. И разбрелись зомби.
— Охотно верю, — подтвердил Дворф, — Я сам спасаюсь от них аж с Кардач.
— Значит, они везде?
— Везде не везде, а по ходу течения Лыбеди так точно. А это добрая половина Правого берега. Когда всё это началось, я рассудил, что безопаснее всего будет по Лыбеди плыть до ее устья, и там фекальным коллектором под Днепром перебраться на Левый берег.
— Отличный план! — по голосу Бориса нельзя было понять, одобряет он или стебётся.
— Но теперь, — продолжал Дворф обстоятельно, — Когда вы мне сказали, что возле Лыски зомби, я уже начинаю сомневаться.
— Какой-то ты блин пужливый, — сказал Жека.
— Я такой, — подтвердил Дворф, вдруг схватился за висящую у пояса чудовищного размера рацию, приставил к щеке и прокричал:
— Товарищ майор, доложите обстановку!
И другим голосом:
— Не ссы братишка, работает спецназ.
Потом повесил рацию обратно и поглядел на Жеку. Тот пожал плечами.
— А можно ли отсюда добраться под землей до аэропорта Жуляны? — спросила Даша.
Дворф задумался, почесал подбородок:
— Ну, не совсем всё время под землей… Частью на поверхности, а последний отрезок весь на поверхности, но можно.
— Когда мы летели, — сказала Даша, — В аэропорту всё было спокойно. Мы вообще думали, что в Киеве, на земле всё в порядке. Но аэропорт — ограниченная территория, к тому же хорошо охраняемая. Он в любом случае…
— Я за аэропорт! — Борис поднял руку, — Хотя я уже вижу, как там в залах ожидания сидят на чемоданах беженцы от конца света. Но лучше там, чем здесь.
— Вы можете провести нас до аэропорта? — обратилась Даша к Дворфу. Сейчас всё освещал только его налобник.
— Да. Но мне понадобится ваша помощь, чтобы нести лодку.
— Сколько она стоит? — спросил Жека, — Я на карту скину. Нет времени ждать.
— Она дорогая, — возразил Дворф и вытащил рюкзак из лодки. Оказалось, что половину рюкзака занимает чехол от нее. Дворф начал сдувать лодку — ползал по ней коленями, прижимал руками, наконец додавил и стал сворачивать. Упаковал в чехол — получилась такая люля размером с человека.
— Сиденье я не брал, — как бы извинился Дворф. Он взял отложенные в сторону вёсла и у каждого снял лопасть с древка. Сохранялось почтительное молчание.
Взгромоздив рюкзак за плечи, взяв в одну руку сумку-чехол с лодкой, в другую вёсла, Дворф пригласил:
— Идемте, друзья!
И мерной поступью двинулся в сторону, откуда приплыл.
— Фонарики на смартах не включаем! Экономим! — Жека обратился к Боре и Даше.
На бетонном полу всюду холоднели лужи разной глубины. Боря и Жека промочили ноги, а босой Даше было всё равно. Дворф принялся насвистывать некую мелодию, потом прервался и пояснил:
— Фанатею.
— Не узнаю, — сказала Даша.
Дворф только вздохнул.
Справа за колоннами текла, тихо всхлипывая, черноструйная Лыбедь. На пути попадался мусор — встрявшие в песок палки, доски, тряпки, кульки.
Глядя перед собой, Дворф рассказывал:
— У Лыбеди очень быстрое течение от большого перепада высот. В пределах Киева он такой, как у Днепра от Киева до моря, представляете? Поэтому Лыбедь даже зимой не замерзает.
— Скажи, — спросил Жека, — А правда что диггеры ищут в Лыбеди старинные драгоценности?
— Иногда даже находят, — важно сказал Дворф, — Тут же веками несет мусор со всего города.
— Но ведь коллектор не веками был.
— Моют, моют золотишко, — продолжил Дворф.
— А как называется место, где мы идем? — задала вопрос Даша.
— ПБС, пещера белых сталактитов, — Он поднял голову, освещая потолок.
— Тут нет сталактитов, — сказал Жека.
— ТУТ нет, — согласился Дворф, — Они здесь под люками обычно. Как сопли тонкие свисают.
Он остановился:
— Друзья. Я думал, кто-нибудь вызовется мне помочь нести или лодку, или вёсла.
— Он поможет, — Боря во тьме указал на Жеку, — Я Дашу на себе тащил, я устал. А вот товарищ со свежими силами.
— Давай мне вёсла, — сказал Жека.
Понёс.
— Это же, — заметил, — И оружие. Зомбаков можно пробивать. Кия!
Он махнул вёслами вперед.
— Я кажется ногу порезала, — сообщила стюардесса.
— Покажи, — Дворф опустил голову с фонариком, — Ооо, сколько крови.
И отрубился, выпуская из руки сумку с лодкой. Пучок света от фонарика остановился на стене с красивой надписью «Веста».
Глава 53
Веста одной рукой тащила Пашу за плечо, в другой держала свой ножик, а Паша душил Ивана. Тот карикатурно высовывал язык, нарочито хрипел и пытался смеяться, хотя лицо его всё больше приобретало цвет бледный, слегка бордовый.
— Паша, Паша, если он умрет, то станет зомби, — говорила Веста.
— Мне пофиг, пусть дохнет!
Глаза Ивана покраснели от лопнувших сосудов. Он уже не пытался прикалываться, а медленно осаживался. Паша отпустил его и, секунду помедлив, ударил кулаком в нос. Ваня, прижав руки к лицу, согнулся пополам. На бетон закапало красное вперемежку с белыми бубочками, будто зернами кукурузы. Паша толкнул его, Иван ступил назад, споткнулся и упал за островок травы, растущей из намытой грязи. Паша подскочил и потащил Ивана к желобу, где быстро текла Лыбедь. И полетел в воду вместе с ним, потому что Ваня увлек его за собой.
Сверху, за сетчатой оградой железной дороги, перед поездом стояли какие-то люди и смотрели на это. Но им оттуда сначала было плохо видно и они встали на цыпочки, а когда действие переместилось в речку, то всё стало как на ладони и люди даже начали что-то кричать.
Яна обернулась к ним, потом забежала на насыпь. Паша продолжал мордовать Ивана в воде, тот упал, поднимая волны, нырнул с головой, вскочил, поймал руку Паши и начал ее кусать. Паша повалился на него, погрузил под воду и держал. Иван бурлил руками. От рта к поверхности поднимались большие пузыри. Что-то орала Паше Веста, или не Паше — он не слышал, он удерживал до конца. Но конец не наступал, и в разуме Паши рождалась страшная догадка. Сзади
