его потянули — это спрыгнула в воду Веста. Паше стало противно держать дергающиеся плечи, он выпустил, начал дико пробираться к берегу — Веста вылезла туда быстрее и подала руку.
Ваня поднялся из воды, по пояс, открыл рот — оттуда вылилась вода. Разбитый рот ширился в улыбке. Опустил голову набок, приложил ладонь к уху. Квац, квац. Затряс головой.
Веста вытаскивала Пашу на стену внешнего желоба. Ей помогала вернувшаяся Яна. С горем пополам, обдирая Паше пузо и колени ниже шортов, они подняли его и провели к ограде около рельсов. Пошли вдоль нее.
Люди по ту сторону ограды двигались параллельно — человек пятеро, среди них молодая, крашеная блондинка проводница, странно смуглая. Говорил бритый наголо, накаченный мужчина:
— Как к вам пройти? С кем вы дрались? Тут есть дверь?
— Да кто вы такие? — крикнул Паша.
— Мы с поезда, — сказала проводница, — Он остановился. В одной части поезда или одном вагоне убийцы. В нашей части поезда мирно. Мы закрыли межвагонную дверь.
Веста попросила всех:
— Стойте!
— Где этот дрищ? — Паша не видел Ваню во внешнем желобе Лыбеди.
— Он наверное под мостом или у самой стены, — сказала Яна.
— Мля! Он зомби, я так понимаю, он сам зомби!
— Да нет, — сказала Веста, — У него же кровь шла, у мертвых кровь не должна идти.
— Он наверное под водой умер и сразу ожил!
— Я не знаю, — Веста провела по лбу рукой.
— Что у вас тут происходит? — затрясла сетку проводница.
— Ваши убийцы в вагоне это не просто убийцы, это зомби! — ответила ей Веста.
— Вы чеканулись на всю голову, — качок пнул ограду. Паша послал его на три буквы. В ответ лысый стал еще более ожесточенно лупить по сетке, распаляя себя матом. Веста жестами привлекла внимание проводницы:
— Пока вы внутри ограды, вы в безопасности. Вы можете добраться пешком до станции Протасов яр, вот туда.
— Я знаю, — ответила проводница.
— Или на Киев-Московский. Или топайте до самогО главного вокзала.
— А куда лучше? ГДЕ нет зомби? Да заткнись ты! — проводница как бы обняла голову качка, потом резко притянула ее вниз, одновременно поднимая своё колено. За оградой началась свалка — бритый набросился на проводницу, остальные его оттаскивали.
— Вы дебилы! — Паша несколько раз долбанул ладонями по сетке.
С другой стороны сетки на секунду приникло носом расквашенное лицо лысого, с высунутым набок языком.
— Он вылез! — Яна показала на Ваню. Пригнувшись, тот поднимался тропкой от стены к ограде.
— Бежим! — Паша первый последовал своему призыву.
Мелкие камешки хрустели под ногами. Долго бежать не получилось, они устали и замедлились вскоре, у места, где поперек Лыбеди шла толстая труба. Оглянулись — Ваня юродствовал около пассажиров поезда. Но оттуда к ребятам бежала проводница:
— Подождите меня!
— Как ты к нам перелезешь? — спросила Веста.
Издалека раздался крик — качок держал перед собой руку, схватившись за ее кулак другой. Можно было подумать, что Ваня откусил ему палец.
Проводница сняла с себя темно-синий пиджак, подпрыгнула и бросила его поверх колючей проволоки, что под углом прочь от нее загибалась на ограде. Цепляясь за сетку, проводница подтянулась наверх и стала хвататься уже за тросы проволоки, сокрытые под тканью.
— А подождать? Мы бы еще вещей накидали, — предложила Веста.
— Нет времени, — с кряхтением ответила проводница и перекинулась по эту сторону. Она приземлилась и сразу присела, а потом встала и расставила руки:
— Вуаля!
Потом картинно обвела кровожадным взглядом окрест:
— Где тут зомби? В очередь, сукины дети!
Глава 54
Проводница представилась:
— Я Пуджа.
— Это индийское имя? — спросила Веста.
— Давайте мы подальше отойдем, — сказал Паша, — Пока этот урод за нами не бежит.
— А потом я расскажу вам историю своей жизни, — пообещала проводница. Она говорила с пулеметной скоростью.
— Домовылысь.
На другой стороне Лыбеди был короб ТРЦ. Яна предложила перебраться туда по перекинутой с берега на берег трубе.
— А смотрела старый фильм «Зомби в супермаркете»? — намекнула Веста.
— Я вообще там людей не вижу. Ни людей, не машин.
— Отож, — заключил Паша.
Наконец миновали хвост остановившегося поезда. Дальше по течению виднелось, на высоте двух с половиной метров от пола внешнего желоба, еще несколько подобных труб, а все стены коллектора были исписаны граффити. Некогда, до сооружения ограды вдоль железной дороги, тут был металлический мостик, по коему с Лыбедской площади ходили на Демиевку. Потом с людьми началась борьба — и с мостика исчезли перила, а потом сгинул и мостик. Тогда народ, рискуя жизнью, стал переправляться по двум идущим рядом трубам — толстой и тонкой, безо всяких перил. Иначе приходилось делать большой крюк через Демиевский путепровод. И затем появилась двойная ограда вдоль рельсов, навсегда преградившая краткий путь.
Перед трубами, около многоствольной ивы, справа к Лыбеди присоединялся бетонный, заросший по боку болотной травой, канал с перекатом. В нём текла, извергаясь небольшим шумным водопадом, речка Совка. Воздух был пропитан резким запахом моющей химии. Высокая стена внешнего желоба Лыбеди тут снижалась почти до самого уровня воды.
Спустились в низинку.
— Этот козел Токсик, — вспомнил Паша, — Говорил, что пробовал из Совки воду.
— И что? — спросила Яна.
— Сначала у него стал печь язык, потом онемело нёбо, и часа через два всё прошло.
— Мы не будем пить, — сказала Веста.
Наверху насыпи, сетчатая ограда подходила к железнодорожному мостику над Совкой — дальше был просвет, а потом снова тоннель, выруливающий из тьмы.
— Куда мы вообще направляемся? — Пуджа сморщилась, глядя на поток воды, который явно предстояло перейти вброд.
— Хотим добраться до устья Лыбеди, а потом фекальным коллектором под Днепром на левый берег, — ответила Веста.
— А других вариантов нет?
— Мы пока не придумали.
— Аэропорт Жуляны… Он ведь недалеко отсюда?
— Относительно. Хотя… — Веста задумалась, — Туда большую часть можно дойти под землей. Что на это скажете? — обратилась к остальным.
— Именно шо большую ЧАСТЬ, — сказал Паша, — А потом пешачка мимо Совского кладбища.
— А так пилить по этой вонючей воде? — спросила Пуджа.
— Да. Ты не думай, тут не только химия. Жители улицы Гвардейской и прилегающей сливают сюда свою канализацию. Там на нижнем каскаде Совских прудов есть настоящие поля орошения.
— А это что такое?
— Ну такая площадка с канавами, по ним гамно всё это течет, задерживается и как бы естественно водичка очищается и вливается в основное русло Совки.
— Тогда я пас. Не хочу в Жуляны.
— А под Днепром в еще более удушливой атмосфере хочешь? — спросила Веста.
— Никуда не хочу. Давайте я вам расскажу историю своей жизни.
— Давай тока быстрее! — сказал Паша, — Тот дегенерат может
