святого, – бормочу я в подушку, а потом чуть не глохну от визга. Она вскакивает за секунду и начинает испуганной козой бегать по комнате, снимая пижаму и надевая одежду. – Ты в порядке?..
– У меня собеседование через час! Я все проспала! – кричит Саня. Она постоянно ходит по каким-то собеседованиям, я даже не пытаюсь запомнить.
– Куда в этот раз? – Я зеваю, но понимаю, что уже не усну. Да и Вольт, услышав, что я проснулась, уже лает под дверью и требует еды.
– Вот не поверишь, – хихикает она, схватив мою косметичку, – к хоккеистам твоим любимым. Точнее, в их администрацию. Переводчика ищут, там какие-то партнеры иностранные, и вроде дела в гору идут. Короче, попробую! – говорит она быстро и убегает в ванную, а мне приходится вставать и идти на кухню, хотя и дико хочется спать.
– Смотри, украдет сердце какой-нибудь хоккеист, я тебе тогда все упреки припомню! – кричу я из кухни, заметив пришедшее сообщение. Папа сейчас приедет. Ну вот, теперь точно не посплю.
– Это ты у нас падкая на них, подруга. – Саша забегает уже полностью собранная, как будто она не на три минуты ушла в ванную, а на три часа минимум. Не знаю, что за суперспособность, но мне такая тоже нужна. Хотя обычно Солнцева может и полдня собираться. – Меня больше бизнесмены привлекают. Лехе привет, – подмигивает мне коза, хватает из вазы для сладкого сушку и с ней во рту убегает обуваться. Маленький ураган. Громкая, быстрая, резкая. А потом раз… и тишина.
Подхожу к окну, хочу проветрить, пока не слишком жарко. Открываю и наслаждаюсь тем, как это прекрасно. Пока маньяк был на свободе, я жила, словно в бункере. Закрытые шторы и почти всегда выключен свет. А сейчас хорошо…
Выглядываю во двор, рассматриваю людей, детишек на площадке и натыкаюсь взглядом на Лешу. И Светлану Николаевну. Они выходят из подъезда, Леша открывает маме дверь в машину, садится сам, и они куда-то уезжают. Мне внезапно становится очень интересно, куда. А еще я думаю о том, что все эти недолгие полторы минуты совершенно бессовестно пялилась на Лешу. Он очень красивый мужчина. И выглядит потрясающе. Ему не нужны костюмы и галстуки, чтобы приковывать взгляд, хотя я уверена, если бы он оделся так, я бы в обморок грохнулась. Леша в спортивных штанах и стильных кроссовках выглядит так, как будто только сошел с обложки журнала. Хотя я почти уверена, что он надел первое выпавшее из шкафа. Он не особо заморачивается над стилем, не подбирает одежду у зеркала долго и нудно. У него просто в принципе очень хороший вкус, и он покупает сразу то, что на нем в любой ситуации будет смотреться шикарно.
Внезапно телефон жужжит на подоконнике, и я от неожиданности чуть не напарываюсь рукой на кактус.
Чудовище: Я почти подумал, что ты пялилась:)
Улыбаюсь в телефон и закатываю глаза. Вот же засранец, все видит!
Рыжик: А вдруг да?:)
Отвечаю Леше и вдруг ловлю себя на мысли, что действительно улыбаюсь в телефон как дурочка, точно как вчера говорила Сашка! Боже… но я ведь не влюблена в него. Я в этом уверена. Влюбленность, это же… ну, что-то другое. Мне очень нравится Леша как человек, но я не могу сказать, что у меня есть к нему чувства. Я была влюблена однажды, это что-то другое! Я просто очень запуталась.
Леша что-то отвечает, но я не успеваю прочитать: слышу, как дверь открывается. Папа приехал. Бегу навстречу и радостно вздыхаю, когда он меня, совсем как раньше, обнимает. Словно и не было тех ссор и недопониманий между нами. И хорошо. Я забуду обо всем плохом, главное, что все наладилось.
Папа выглядит очень уставшим. Он крутится как белка в колесе ради того, чтобы я не ездила в полицию. Делает все, чтобы я не присутствовала, не хочет снова испытывать мою нервную систему. Мне его очень жалко, хочется помочь, но совсем не знаю, чем. Лучший вариант восстановить силы – вкусно покушать. Это ведь со всеми мужчинами работает. Я даже доверие Вольта заработала тем, что вовремя его кормила. Умение вкусно готовить – мой главный козырь, я считаю. Никто не устоит.
– Иди мой руки и за стол, а потом расскажешь все.
Папа впервые не спорит, потому что бессмысленно. Я все равно буду спрашивать все по поводу дела, потому что как минимум имею к этому непосредственное отношение.
Как оказалось, Костя очень быстро во всем признался, а еще рассказал гораздо больше, чем кто-то вообще мог ожидать.
Это прозвучало ужасно, до мурашек, даже противно! Но он следил за мной целый год… Год! Он целый год знал, где я живу, часто был рядом, смотрел, фотографировал, снимал на видео. В его телефоне нашли десятки кадров, где присутствую я. У магазина, на прогулке, с Сашей, одна, выходящая из такси, выносящая мусор. Он целый год следил за мной, зная, что хочет мне отомстить за то, что я не ответила ему взаимностью на выпускном и это видели некоторые одноклассники.
Папа сказал, что он явно не в себе и с ним работают психиатры, чтобы установить диагноз. Но это так страшно! На самом деле. Во время его рассказа у меня снова бегут те жуткие мурашки, которые бежали по спине, когда я убегала от Кости.
Еще он рассказал, что специально пугал меня. Не собирался убивать. Шел за мной, хватал за руки, показывался из-за угла, чтобы я заметила, и уходил. Не преследовал никакой цели, кроме той, чтобы напугать. Только в последний день все-таки решился, когда ударил Володю по голове, но не ожидал, что появится Леша. Что он хотел сделать со мной – не признался. По крайней мере, так сказал папа. Я не стала уточнять, не врет ли он, потому что не уверена, что хотела бы услышать правду. Самое главное я поняла, остальное меня уже мало интересует. И так не по себе.
Я очень хочу попросить папу съездить к Володе, но он такой уставший, что не решаюсь. Лучше поеду завтра одна или с Лешей, если он будет ехать утром на перевязку. Не думаю, что он откажет мне, если попрошусь упасть на хвост. Поэтому мы остаемся с папой дома и просто болтаем обо всем. О детстве, о бабушке, которую я очень любила, даже о маме. Папа признается, что я очень похожа на нее внешне, но совершенно другая внутри. И мне льстит это. Я не хотела бы
