быть похожей на мать характером.
– Я не могу не признаться тебе, доча, – внезапно говорит папа, а у меня отчего-то сердце в пятки уходит. – Она приехала. Твоя мама давно живет в Германии, у нее другая семья. Но она приехала на неделю, чтобы похоронить своего деда. Связалась со мной и сказала, что очень хотела бы с тобой увидеться. Я за тебя отвечать не стал, ты взрослая девочка. Пообещал спросить. Тебе решать, хочешь или нет.
Этот вопрос застает меня врасплох. Мне очень не хватало материнского тепла в детстве. Мне хотелось бы плакать маме в плечо о каких-то неудачах, получать чисто женские советы в каких-то вопросах. Просто знать, что у меня есть мама, которая меня любит. Но у меня этого не было. Она ушла, даже не обернувшись, хотя я плакала. Она ушла и кучу лет не вспоминала обо мне. Нужно ли мне сейчас ее плечо? Нет. Хочу ли я советов? Нет. Она не нуждалась во мне все годы, когда я нуждалась в ней. А сейчас все наоборот. Мне это больше не нужно. Она чужой мне человек. Слишком поздно. Я даже не могу представить, о чем бы могла с ней поговорить.
– Не хочу, – говорю я папе с улыбкой и тянусь его обнять, – ты мой папа, мама моя, ты все мое. А других мне не нужно.
И я говорю это от всей души. Я научилась жить без нее, двери закрыты. Нам просто не понять друг друга. Я ее не осуждаю. Просто не понимаю, и пытаться понять тоже не буду. Я на Вольта смотрю и думаю, что никогда никому его не отдам. Он у Леши жил один день, и я требовала фотографии, чтобы узнать, как он там поживает. И когда-нибудь я обязательно стану хорошей мамой. А она просто ей не стала. По крайней мере для меня. Вот и все.
– Пойдем в честь этого купим торт, – говорит папа, и я соглашаюсь. Торт – это замечательно. От таких предложений я никогда не отказываюсь.
Цепляю на Вольта поводок, чтобы взять с собой, заодно прогуляется, а он упирается и не хочет идти. Пока я не могла гулять с ним, этот дурень так привык сидеть дома, что его лишний раз на улицу не вытащить. Но нужно приучать гулять и ходить в туалет на улице, поэтому папа, несмотря на свою аллергию, хватает собаку на руки и вытаскивает из квартиры, спасая меня.
– Я выпил антигистаминные, – говорит папа, меня успокаивая, и мы идем в магазин, продолжая болтать. Он мне рассказывает о смешном случае на работе, когда мы уже идем по супермаркету, а перед нами буквально из ниоткуда возникают две фигуры.
О-оу…
Ладно Леша. Папа с ним вроде нашел общий язык. Но его мама! Она ведь думает, что мы встречаемся! А если она расскажет это моему папе? Боже, я уже готова падать в обморок.
– Здравствуйте, Юрий Николаевич, – протягивает Леша папе руку, и тут случается то, чего ни я, ни, судя по выражению его лица, Леша ожидать никак не могли.
– Юра?! – удивляется мама Леши.
– Света? Да ладно! – отвечает ей папа не менее удивленно, а потом они улыбаются друг другу и тепло обнимаются. Вот это… неожиданно, однако.
– Ты что-нибудь понимаешь? – шепчу Леше. Он подходит ко мне ближе и качает головой. Как я и думала, он тоже не в курсе. – Леш, если она сейчас расскажет папе, что мы, ну, якобы…
– Успокойся, рыжая, я признался ей, что это все сказки, – отмахивается Леша. Что?! – Ну что так смотришь? Просто сказал ей правду.
А мне стукнуть его хочется! Какую правду? Кто просил? Как мне теперь в глаза его маме смотреть? Боже, какой позор!
Родители о чем-то быстро переговариваются, мы все еще ни черта не понимаем.
– Вы давно знакомы, что ли? – не выдерживает первым Леша.
– С первого класса! – отвечает Светлана Николаевна. – Мы одноклассники с Юрой, очень хорошо дружили в школе. Юра, а Дашенька твоя дочь? – внезапно спрашивает мама Леши, и мне от стыда умереть хочется. Ну все. Сейчас она ему расскажет, где и при каких обстоятельствах мы познакомились, а еще о том, какая я лгунья и еще чего похуже. Пока папа отвечает, что это я, и она молчит еще пару секунд, у меня сердце в пятки падает и разбивается там на мелкие кусочки. Страшно! – Такая хорошая девушка. Умница, красавица! – снова внезапно говорит мама, и я слышу, как Леша от смеха прыскает. И думаю, этот смех посвящен тому, что я тряслась стояла, как мышь полевая. – Ой, а приходите к нам сегодня на ужин вдвоем, – предлагает мама Леши. Я знаю, что папа не любитель ходить по гостям, и уже предвкушаю слушать интересную отмазку, но…
– А почему нет? Сходим, Даш? – добивает меня папа, и я пытаюсь дышать. А как вообще после всего я могу вернуться к Леше в квартиру. И… да какого черта происходит-то?!
Глава 35
Даша
Никогда не думала, что доживу до момента, когда приду со своим отцом в гости к Леше и его маме. Скажи мне кто-нибудь две недели назад, что такое будет, я бы пальцем у виска покрутила и решила бы, что человек с ума сошел. Сейчас же я несу в руках пирог, который испекла быстро дома, и пытаюсь дышать, чтобы не упасть в обморок.
Я вообще не представляю, каким образом пережить сегодняшний вечер. Как наши родители могли оказаться одноклассниками, как?! Я понимаю, что мама Лешу родила в восемнадцать, но как? Почему именно они? Почему из огромного города, полного людей, именно наши с Лешей родители учились вместе? Это все похоже на издевательство чистой воды.
И мне было бы все равно, если бы я не познакомилась со Светланой Николаевной при таких обстоятельствах. Еще и сам Леша рассказал в итоге, что я соврала… как в гости теперь идти? Я уже чувствую себя ужасно. Мало того что солгала, так еще и выставила себя непонятно кем. Просто круто, Даш, так держать! Такими темпами ты точно со всеми вокруг построишь хорошие отношения, да.
Папа выглядит подозрительно довольным. Хотя я понимаю, почему. Он просто соскучился по людям, которые находятся вне его офиса, потому что, кроме них и меня, толком никого не видит. Ну, в последние дни еще в полиции… В общем, его радость я понимаю, а вот он мои нервы – нет. Уже раз десять спросил, что со мной и почему меня так
