Последнее время Джея вдруг начали посещать мрачные сомнения, рожденные расстоянием в тысячи миль между ним и его женщиной. Дремлющая мнительность, присущая любому влюбленному, разлученному с объектом своей любви, неожиданно проросла и заколосилась. Истоки собственной паранойи он, пожалуй, объяснить не смог бы. Смутное беспокойство, еще не облеченное не только в слова, но даже в образы и мысли, одолевало его. Эта подсознательная тревога вновь и вновь заставляла его вчитываться в каждую строку сообщений, через которые большей частью и протекало их общение, словно в попытке постичь некий тайный смысл, скрытый в ее словах. Таких милых словах.
Дьявол, почему эта женщина всегда была так скупа на внешнее проявление эмоций? Даже в самые интимные моменты, когда, казалось бы, их близость была такой полной, такой всеобъемлющей, у него не было уверенности, что он постиг ее всю, целиком, что она позволила ему это сделать. И сейчас ему казалось, что разлука и время лишь усугубили эту ее, пусть и ощутимую лишь на уровне подсознания и инстинктов, отстраненность.
Джейден встал на ноги, подошел к самому краю склона. Кейптаун и Дублин разделяли одиннадцать с половиной часов на самолете. Если вылететь ночным рейсом, завтра утром он будет в Ирландии.
Он дернул веревку, проверяя надежность крепления. Внизу у подножия скалы, зябко ежась под тонкой штормовкой, курил Тайлер. Отсюда, с 35-метровой высоты он походил на лилипута.
— Я спускаюсь! — крикнул ему Джей.
Тайлер знаком показал, что понял его, и, неторопливо затушив сигарету, поднялся с камня, на котором сидел.
Сборы в номере отеля заняли от силы полчаса. В последний момент за ним увязался брат. В ответ на удивленный взгляд Джейдена, он рассудительно произнес:
— Алекс должна скоро родить. Как думаешь, где она предпочтет это сделать?
— Э-э, а как скоро? — осторожно спросил Джей.
— В ближайшие недели, — последовал ответ.
— Ты собираешься торчать в Дублине несколько недель?!
— Если нужно – да! — последовал непреклонный ответ. — Не каждый день у меня на свет появляется ребенок. И я хочу быть рядом в этот момент.
— Твой предполагаемый ребенок, — не удержался Джей.
— Не старайся. Я лечу и останусь там, сколько потребуется, — отрезал Тайлер.
Джейден махнул рукой. Спорить с ним — примерно то же, что восставать против сил природы — непродуктивно и бессмысленно. К тому же, удивительно, но, похоже, Тайлер искренне радовался столь глобальным переменам в своем статусе. Возможным переменам.
* * *
— Ну, и чего ты здесь сидишь? — недовольно поинтересовался Марк, сверху вниз глядя на Алису, обессиленно приткнувшуюся в нише возле шкафа с чистыми операционными пижамами.
— Поеду я, — Алиса откинула голову к стене, закрыла глаза. — Что-то я устала. Присмотри за Сашкой, хорошо?
— А без тебя я, конечно, не догадался бы! — обиделся приятель.
— Я люблю тебя, Марк, — пробормотала она, не открывая глаз. — Ты самый лучший!
— Давай-давай, иди уже, — Марк потянул Алису за руку, поднимая на ноги.
— Ты не говори пока Алекс о ребенке, хорошо? Она все равно после наркоза не совсем адекватна. Сложно предположить, как она отреагирует в своем состоянии.
Он страдальчески сморщился:
— Выметайся!
— Уже, — согласилась Алиса и потащилась к дверям.
— Стой! — окликнул ее Марк.
Она оглянулась.
— Ладно! — он по привычке засунул руки в карманы. — В общем, это… взаимно.
Алиса изумленно глянула на него, рассмеялась и вышла из комнаты для персонала.
Покинув операционный блок, она заглянула в палату интенсивной терапии, где под наблюдением приборов и медсестры спала Саша. Еще раз строго напомнив мелко и часто закивавшей сестре «в случае чего звонить», Алиса, наконец, поднялась в рекреацию.
Малый холл располагался на последнем этаже, в царстве экономистов, бухгалтеров и юристов, и в силу своей удаленности общественным достоянием не стал. Ни пациенты, ни их гости о нем попросту не знали. Зато прекрасно был осведомлен медперсонал двух ближайших отделений, родильного и педиатрического, использовавший это небольшое помещение под стеклянной крышей, обилием зелени смахивающее на оранжерею, для релакса и, чего греха таить, амурных свиданий. Правда, сегодня холл был пустынен. Почти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нолан сидел совсем близко от нее в низком глубоком кресле, вытянув ноги и откинув голову на спинку, в позе человека, прождавшего немало и готового ждать еще больше. Спрятавшись за толстой раскидистой пальмой, Алиса, забывая дышать, с волнением смотрела на него. Он почти не шевелился, глядя сквозь прозрачный потолок в хмурое неприветливое небо, лишь методично вращал в руках полупустой пластиковый стаканчик из-под кофе. Рукава тонкого джемпера были поддернуты, открывая смуглые запястья, одно из которых было охвачено разнокалиберными металлическими браслетами. Браслетов было с полдюжины, и при каждом движении руки они едва слышно позвякивали, вгоняя Алису в самый настоящий транс. Ее взгляд, словно приклеенный, скользил по его рукам и плечам, огибая столб молодой шеи, цепляясь за традиционную пижонскую бородку, которая так шла ему, спотыкаясь на двух родинках на левой щеке и замирая на рассыпавшихся по спинке кресла волосах, вернувших свой натуральный цвет, с хорошо заметными паутинками ранней седины у висков.
Задохнувшись, Алиса изо всех сил сжала кулаки в карманах халата, впиваясь ногтями в ладони. Почувствовав наконец ее присутствие, Нолан повернул голову и тут же вскочил на ноги. Застигнутая врасплох Алиса вышла из своего укрытия.
— Как… Как все прошло? — хрипло спросил он, с треском сминая стаканчик.
— Хорошо, — кивнула она, не отрывая от него взгляда. — Все хорошо. У Алекс дочка.
Он стоял рядом, хлопая ресницами, улыбаясь широко и немного глупо. И тогда Алиса, сделав шаг навстречу и вцепившись пальцами в его синий джемпер, прижалась щекой к его ключице.
— Поехали домой, Нолан, — очень тихо проговорила она.
Нолан замер недоверчиво, словно ему требовалось время, чтобы постичь смысл этих трех простых слов, а потом осторожно обнял ее.
— Да, — пробормотал он, касаясь щекой ее волос.
И, не почувствовав сопротивления, он прижал ее к себе уверенно, надежно и крепко и снова повторил:
— Да.
* * *
— Что ж, сюрприз удался! — констатировал Тайлер, когда и после третьего звонка дверь не открыли. — Что будем делать?
— Не знаю, — честно ответил Джей, прислушиваясь к вопросительно-возмущенному лаю за дверью. — Подождем? Собака дома, значит Алиса никуда не уехала. По крайней мере, надолго, — поправился он, встретившись со скептическим взглядом брата. — Скорее всего, она просто на работе.
— Ага, — согласился Тайлер. — А если смена у нее только началась?
Джей не нашелся, что ответить. Ситуация была смешной и глупой. Он уже несколько раз набирал Алисин номер, но телефон молчал. Тайлер прав: о визите стоило предупредить заранее. Ему захотелось устроить сюрприз. В результате получил вполне предсказуемый сюрприз сам.
— Что мы имеем? — сам у себя спросил Тайлер. — Дверь закрыта, твоя дама отсутствует и когда появится — неизвестно, такси мы отпустили, на улице плюс восемь и самый густой туман, который я когда-либо видел. Хм… Я люблю Ирландию, — целиком логично заключил он, опираясь спиной о перила.
— …Доброе утро! — из тумана возник вначале женский голос, а затем, как изображение на старой фотопленке, проявилась и его обладательница — молодая женщина в джинсах, резиновых сапогах и вязаной полосатой шапочке.
— Я как раз работала в саду и видела, как вы подъехали, — сообщила она, подходя, — вот, решила предупредить, что никого нет дома.
— Да мы уже и сами… — пробормотал Тайлер.
— Я Морин, соседка, мы живем через дорогу, — улыбнулась женщина, кивая себе за плечо.
— Очень приятно, — Джей вежливо пожал протянутые пальцы и осторожно поинтересовался: — Может быть, вы в курсе, когда появится хозяйка?
