поход, что бы оно всегда было готово. Не следует объявлять войску о могущих случиться опасностях, если это не нужно и явно бесполезно. Отдающихся под наше покровительство избегать и не принимать их тотчас же, как они сами сдаются, потому что неприятель часто посылает своих под видом ищущих покровительства, а они впоследствии обманывают принявших их. Надо следить за перебежчиками от неприятеля в осажденные города, потому что неприятель часто посылает их для производства пожаров; когда же гарнизон будет занят тушением их, то неприятель легко может овладеть городом. Разбитого в открытом бою неприятеля не надо допускать отступить в его лагерь или в какой-либо другой укрепленный пункт, но теснить его, пока в нем свежо еще впечатление ужаса: если же позволить ему уйти туда, то в другой раз не так легко можно будет одержать победу. Если главнокомандующий уверен, что его войско равно числом неприятельскому, то ему лучше внести войну в неприятельские пределы, чем вести ее в своих; ведущие войну в чужой стране предприимчивее, так как сражаются не только за государство, но и за свое спасение, чего обыкновенно не делается, когда война ведется в своей земле, где воины более обеспечены крепостями (укрепленными пунктами с гарнизоном), на которые могут безопасно отойти при отступлении».
Книга VIII («О принципах»), глава II – «Некоторые выводы»: «Главнокомандующему, прежде чем начать какое-либо опасное предприятие, надо сперва снискать себе помощь Божью. Потому что, склоняя Бога на свою сторону, он будет отважнее. Кто более заботится о войске и об обучении его, тот менее будет подвергаться опасностям в бою. Никогда не следует вести в бой войско, не убедившись заранее в его мужестве. Не всегда следует вступать в открытый бой с неприятелем, а лучше поражать его хитростью, или нечаянными нападениями, или лишением съестных припасов, потому что в бою чаще всего главную роль играет не храбрость, а счастье. Мы думаем, что из этих средств наиболее пригодны для войны те, про которые неприятель не знает до той поры, пока они не обнаружатся сами. На войне чаще всего пригодна хитрость. Если кто-либо передается к нам от неприятеля без задней мысли, то может принести большую пользу. Такие более приносят вреда неприятелю, чем взятые в плен. Кто не сравнит своих сил с неприятельскими, тот может жестоко ошибиться. Дело решается более строем, нежели числом. Ведь часто помогает местность и делает слабых сильнейшими. Не много родятся храбрыми, большинство же делаются годными для боя через свое старание и посредством упражнений. Воины, занятые постоянно делом, становятся более склонными к храбрости; если же они ничего не делают, то по большей части делаются неискусными и слабыми, вследствие чего надо заботиться о том, чтобы они никогда не были без дела. Неприятеля страшит внезапность и неожиданность, другой же способ действия, к чему мы и придем, мне кажется малопригодным. Кто, разбив неприятеля, станет преследовать его, бегущего в разные стороны, не приведя сначала в порядок своего отряда, тот сам отдает свою победу в руки противника. Причина войны должна быть законна. Могущественный император достоин славы, если, смотря по условиям времени и принимая во внимание враждебные отношения, употребит особенные соответственные средства. Для выполнения предприятия не следует сводить всего войска сразу в одно место; нерадивых наказывать не сейчас же, а после. Потому что это служит поводом к бунту. Воины всегда в возбужденном состоянии, даже если и не предстоит боя. Если войско будет праздно, то эта праздность и будет причиной волнений. Благоразумно поступает тот император, который не приглашает в свои владения вспомогательных войск в числе, превышающем его собственные, чтобы они не устроили заговора и, свергнув своих повелителей, не подчинили бы их царства себе. Вспомогательные войска надо набирать по возможности из разных национальностей. Вследствие этого они менее имеют возможности вступить в заговор. Свой боевой порядок надо строить сообразно с числом и порядком неприятеля, т.е. пехоту против пехоты и легковооруженных, конницу и тяжеловооруженных – против таковых же. Кто не заботится о том, что нужно войску для победы, «тот бывает разбит еще до сражения». Кто более надеется на свою конницу, в особенности если она вооружена пиками, тот пусть выбирает ровную местность и на ней дает сражения. Кто же более надеется на пехоту, тот пусть выбирает пересеченную, крутую и труднодоступную местность и на ней вступает в бой. Если узнаешь, что план войны продан неприятелю, то перемени его. О том, что надо сделать, советуйся со многими, о том же, что ты намерен сделать, – с немногими доверенными лицами. Наилучший план надо выбрать самому и самому же его выполнить. Войско надо или привести туда, где для него заготовлено все необходимое, или последнее доставить к войску. Рекогносцировку путей надо производить не только посредством одних разведчиков, но и лично самому полководцу, а выбирать наиболее безопасные. В разведчики надо назначать людей с твердым характером, надежных, старательных и склонных более к славе, чем к деньгам. Слабохарактерные, ненадежные и корыстолюбивые правды не скажут, вследствие чего главнокомандующий и войско могут очутиться в большой опасности. В мирное время дисциплина и взыскания заставляют воинов исполнять свои обязанности, в военное же они становятся послушными от доверия к вождю и из-за наград. Полководец нанесет более вреда неприятельскому войску, уничтожив у него продовольственные припасы, нежели если будет искать случая победить его оружием. Если наша позиция крепка и выгодна, то пойманного при рассматривании ее неприятельского лазутчика надо отпустить, чтобы он рассказал об этом неприятелю и внушил ему опасение атаковать ее. Если же наше положение не особенно выгодно, то пыткой заставить его открыть намерение неприятеля, а затем или сейчас же повесить, или отослать куда-либо в безопасное место. Если воины будут почему-либо бояться неприятеля, то должно различными способами возбудить их мужество. Решаться надо осмотрительно, но, раз решившись, быстро приводить задуманное в исполнение, потому что случай благоприятный на войне непродолжителен, и, упустив его, можно потерять все сразу. Кто не превозносится в удаче и не теряет головы при несчастии, тот явно предназначен к военной службе. Не тот страшен врагам, кто умеет красно говорить, а тот, кто действует решительно. О том, что надо сделать, следует размышлять ночью, задуманное же исполнять днем, потому что это время удобно и для совета (с начальниками) и для построения (войска). Излишний страх, перед главнокомандующим, вследствие непомерной его строгости, вселяет в войске ненависть к нему, излишняя же снисходительность – презрение к нему. При вступлении с неприятелем в переговоры или при заключении перемирия с ним особенно
