по чашкам. Когда же она ушла, герцогиня пристально посмотрела на меня, затем прищурилась с хитрецой:
— Признайтесь, Валерия, вам не дает покоя, вопрос кто такая Оливия?
Я глянула на нее со смятением. Откуда она узнала? С чего решила? Но вслух ответила:
— Боюсь, это не мое дело.
— Но я обещала, что расскажу…
— Я пойму, если вы передумаете. Возможно, господин Морр не одобрил бы этого… Не хотел бы, чтобы вы это рассказали мне… — проговорила я тихо.
— Вас беспокоят чувства Кристиана? — герцогиня продолжала внимательно смотреть на меня.
— Я побаиваюсь, когда он злится, — отшутилась я.
— Ничего, переживет, — усмехнулась лея Хирот. — А вам, думаю, рассказать можно.
Не знаю, чем я вызвала доверие у герцогини, но послушать все же было любопытно.
— Оливия — младшая сестра Кристиана, — между тем произнесла она и снова помрачнела. — Вы ведь уже слышали, что мать Кристиана выкормила и его, и императора? Они родились в один день… Отец Кристиана был в то время королевским егерем, он и привел Рут, свою жену во дворец, когда королева умерла через день после родов. Анлейну срочно требовалась кормилица, и ею стала Рут. Через пять лет родилась Оливия. Милая девчушка, красивая как лесная фея… Озорная, — герцогиня улыбнулась. — Я тогда еще жила в Остелле, часто бывала во дворце, они росли на моих глазах, как и Анлейн. Их отец погиб на королевской охоте, когда Кристиану было тринадцать, а через два года заболела бедняжка Рут и вскоре тоже умерла. Так, Кристиан и Лив остались сиротами. Они были очень близки, Крис обожал сестру, и она в нем души не чаяла… Все время хвостиком за ним ходила…
Лея Хирот немного помолчала, видимо, собираясь с мыслями, затем продолжила:
— Когда у Кристиана открылись способности к некромантии, с ним стал заниматься льерд Готсберри, придворный некромант…
— Льерд Готсберри? — встрепенулся я. — Профессор?
— Вы знакомы с ним? — удивилась герцогиня.
— Немного. Мы с льердом Морром заходили как-то в его лавку, — ответила я, умолчав пока о перстне и кулоне. — Но я не знала, что он был придворным некромантом. Думала, преподавателем в Академии…
— В Академии он тоже преподавал, — кивнула лея Хирот. — Кристиан потом тоже поступил в Академию, как раз на его кафедру… Продолжил учиться у него уже там. Кристиан был очень увлечен учебой, некромантией, даже вне занятий постоянно тренировался, ставил какие-то опыты, проводил ритуалы… Умудрился даже в свой день рождения заняться неким ритуалом… Именины они с Анлейном всегда праздновали вместе, в тот год им исполнялось двадцать один… Крис тогда с самой ночи засел в своей лаборатории, и даже когда к ужину стали собираться гости, никак не хотел к ним спускаться, и Оливия решила пойти за ним. Они как всегда начали препираться в шутку, Кристиан обещал, что скоро придет, а Лив не сдавалась и тоже не уходила. Потом она, все так же в шутку, схватила со стола какой-то эликсир, пригрозив, что выпьет его, если Крис сейчас же не бросит свои дела. Я же говорила, что она была баловница… Кристиан не успел опомниться, как Лив откупорила флакон, вот только в нем оказалась не жидкость, а ядовитый эфир… Достаточно было одного вдоха, чтобы смерть наступила мгновенно. Оливию спасти не удалось. Ни лекарь, ни Госберри, подоспевшие позже ничем не смогли помочь. А Кристиан начал винить себя в гибели сестры… И однажды проговорился мне, что обязательно найдет способ вернуть Лив. Некромант он или нет. Видимо, боль от потери единственного близкого человека была настолько глубока, что он стал одержим этой идеей. И она меня пугала. Я много разговаривала с ним, убеждала, что это безумие, и в какой-то момент он все же согласился со мной. Оставил свою сумасшедшую идею. Во всяком случае, я поверила ему. Потом появилась эта Роззи, — тут герцогиня откровенно поморщилась, — и он вроде как стал вовсе прежним. О Лив вообще перестал упоминать… Я думала, он наконец оставил чувство вины в прошлом. Тем более уже прошло столько лет… Но, кажется, я ошиблась… И прошлой ночью он совершил попытку «вернуть» Лив… Безумец… Счастье, что все обошлось, — лея Хирот закрыла лицо руками и замолчала.
Я тоже молчала. От услышанного в горле стоял ком. Я даже и представить не могла, что прошлое Морра было… таким. Я попыталась взять чашку, чай в которой уже давно остыл, но дрожь в руке не дала мне этого сделать, и я сцепила пальцы в замок, положив их на колени под столом.
Лея Хирот между тем протяжно выдохнула, убрала ладони от лица и посмотрела на меня уже бодрее и веселее, точно и не делилась со мной только что тяжелыми воспоминаниями.
— Ну а теперь о ваших «узах любви», — заявила она, с легкостью подхватывая свою чашку и делая из нее глоток. — Вас еще интересует этот вопрос?
— Безусловно, — я подобралась и приготовилась слушать. — Вам что-то удалось узнать об этом?
Герцогиня кивнула:
— Мои догадки полностью подтвердились. Это действительно древняя божественная магия, заклятие «уз любви» богини Алатеи. Оно заключается в украшение, которое и является оберегом влюбленных. Заклятие создается с согласия обоих влюбленных. Сами по себе узы не должны ощущаться, являясь лишь невидимым символом и охраняя чувства. И даже смерть приходит к таким влюбленным в один день.
— Жили они долго и счастливо и умерли в один день, — тихо произнесла я, вспоминая парочку скелетов. Некромант Крейн и родственница льерда Готсберри.
— Именно, — усмехнулась лея Хирот. — В вашем же случае… Заклятие, созданное для других, срикошетило на вас. Но, — она пристально посмотрела на меня, — оно никогда бы не перешло на тех, кто не создан друг для друга. Я изучила этот вопрос досконально. Перепроверила несколько раз.
— Нет, может быть… — я все же с неверием покачала головой. — Мы с льердом Морром вообще не подходим друг к другу. Мы разные, совсем разные… Мы ведь принадлежим разным мирам, — выбросила я «козырь».
— Это не имеет никакого значения, — отрезала герцогиня.
— А как же магия? Господин Морр обладает ею, а я нет. И тут мы не на равных. Совсем.
— Ха, ерунда! Есть амулеты, кристаллы и прочие артефакты, которые помогут вам без проблем использовать бытовую магию, если вы сами не владеете ею.
