очередь. Имелась такая категория людей, которые ходили на такие мероприятия, как на интересное шоу. Развлечения ради.
Фиг вам. Сегодня представления не будет… или будет, но такое, которое тут долго ещё не забудут.
Мы прошли к нашему широкому столу, что располагался перед судейской трибуной. Наши оппоненты уже находились здесь, заняв такой же стол, но по другую сторону прохода справа от нас.
Бросив взгляд в ту сторону, я заметил сразу две странности. Первая — Смит сидел с весьма недовольным лицом. Вторая — Генри Харроу пребывал в прекрасном расположении духа. Заметив мой взгляд, он с довольным видом улыбнулся и нагло подмигнул мне. При этом его эмоции были пропитаны ликованием настолько, что мне аж тошно стало.
Как только мы заняли свои места, пристав призвал зал к тишине.
— Тишина в зале, — приказал он, после чего развернулся, будто военный на карауле, и поклонился сидящему за трибуной судье. — Достопочтенный судья Джозеф Аарон Ли, стороны готовы к началу процесса.
Сказав это, он отошёл в сторону и занял свой пост по правую руку от судьи, будто страж на посту.
— Итак, — заговорил уже знакомый мне мужчина в чёрной мантии. — Начнём.
Далее должен был начаться процесс из подготовительных процедур. Классический набор из проверки явки сторон, установления полномочий, уточнения заявленных сторонами требований и прочее, прочее, прочее.
Но ещё до того, как судья перешёл к ним, Лора нарушила порядок вещей и поднялась со своего места.
— Ваша честь, сторона защиты просит о временной отсрочке процесса, — уверенно заявила она.
Вот забавно. Вроде бы пять минут назад нервничала и дрожала, как осиновый лист, а сейчас стояла с такой твёрдостью, будто у неё позвоночник из легированной стали отлит. А я ведь помню, как она припечатала тогда тех полицейских, что докопались до нас в первый день после прилёта. Тогда она тоже выглядела, как воплощение карающей длани закона. А потом тряслась в машине, когда адреналин отпустил.
Я хорошо знал такой тип людей. С виду и не скажешь, но в стрессовой ситуации они могли держаться круче любых стоиков. Правда, существовал у них и значительный минус. Марафонцами они не были.
Возвращаясь же к процессу… заявление Лоры вызвало весьма неоднозначную реакцию. Сидящие за свидетельским столом землевладельцы начали источать неудовольствие пополам с раздражением. Понять их можно. В конце концов, их оторвали от важных занятий, вызвав для этого процесса, а тут какая-то девчонка собирается просить об отсрочке, что сразу делает их время потраченным впустую.
Меня даже не удивило некоторое недоумение со стороны судьи. Потому что самым показательным оказался громкий смех, что раздался справа от нас.
Мне даже не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, кому именно он принадлежал. А вот Лора не удержалась, направив горящий яростью и негодованием взор в сторону нашего противника…
* * *
Генри видел, как эта девка на него смотрит. Видел злость в её глазах. И эта картина доставляла ему особое удовольствие.
Но оно даже и рядом не стояло с тем, насколько растерянной выглядела сидящая за столом Анна. Словами было не передать, сколько приятных эмоций доставила ему эта картина. На какой-то миг в его голове даже появилась мысль о том, что все трудности, что ему пришлось пережить за последние месяцы, стоило одной только этой картины.
Генри хорошо помнил, насколько уверенной она была. Сколько спесивости и недостойной её положения высокомерной решительности. Он хорошо помнил, как она держала себя с ним после смерти Эдварда. Вела себя так, будто всё уже решено.
Но сегодня он докажет ей, что это не так.
На самом деле, если бы у него была возможность, то он бы решил эту проблему раньше. Решил бы её… более радикально. К сожалению, большая часть служившей его старшему брату охраны, по какой-то непонятной для Генри причине, остались с этой дрянью, продолжив служить… женщине!
Одна только эта мысль выводила его из себя. Как настоящие мужчины могли выбрать для себя служение женщине? Бесхребетные слабаки! Харроу испытывал отвращение от одной лишь мысли об этом.
Тем не менее, какие бы эмоции не одолевали его в связи с этой ситуацией, на общее положение дел это не влияло. Эдвард никогда не скупился на свою охрану, нанимая опытных и проверенных людей. Это, в купе с тем фактом, что после смерти брата эта женщина не покидала хорошо охраняемое поместье в течении почти двух месяцев, сделали практически невозможным любую попытку Генри избавиться от неё. Даже сюда, к зданию суда, она приехала со своей охраной, что только лишний раз доказывало ему, насколько сильно она боиться за свою жалкую, лживую жизнь.
— Вперёд, — негромко сказал Генри, небрежно ткнув Захарию локтем. — Отрабатывай свои деньги.
Возможно, если бы он сейчас отвлекся, то успел бы заметить секундное замешательство на лице своего адвоката. Но он был слишком поглощён, упиваясь чужими эмоциями.
Захария поднялся на ноги.
— Ваша честь, — громко заявил адвокат. — Я протестую против подобного заявления. Данное дело тянется уже два месяца, в течении которых эта женщина всеми силами старательно увиливала от решения проблемы. Проблемы, замечу отдельно, крайне чувствительной и касающейся одного из столпов нашего общества.
Повернувшись в сторону стола, где сидела Анна Харроу и её адвокаты, Захария указал рукой.
— Тем более, что у стороны ответчицы нет ни единой действительно достойной причины для того, чтобы просить об отсрочке. Всё, чего они надеются добиться — лишь очередного затягивание процесса…
— Ваша честь, это чушь! — резко и твердо произнесла Лора. — Мы просим об отсрочке, так как в данный момент сторона защиты не представлена в полном составе и…
— Это что? — перебил её Захария. — Какая-то глупость? Или очередная ложь, чтобы выбить себе ещё немного времени? Ваша честь, они понимают всю несостоятельность своей позиции, а потому и пытаются затягивать процесс…
— Хватит! — негромким, но жестким голосом сказал судья, после чего посмотрел на Лору. — Вы сказали, что сторона защиты не представлена в полном составе? Что вы имеете в виду?
— Ваша честь, на процессе должен присутствовать также Вячеслав Молотов, но он пропал и…
— Ваша честь, — встрял Захария. — Если вы позволите, то я хотел бы сказать.
— Только быстро, — судья покровительственно махнул рукой.
— Господин Молотов, об отсутствии которого сейчас говорит моя коллега со стороны ответчицы, не является официальным представителем Анны Харроу. Он иностранец. Его пригласили в роли консультанта для
