десятки мертвецов. Их становилось всё больше с каждой секундой. Целое море гниющей плоти двигалось к нам, словно приливная волна.
— Блядь, — выдохнул я, перекатываясь на носки и отталкиваясь от крыши несущегося автобуса. Ветер хлестнул по лицу, когда я на мгновение завис в воздухе, а потом обрушился на асфальт на полном ходу. Мои колени спружинили, поглощая удар, а подошвы ботинок проскользили по дороге, оставляя дымящиеся полосы.
Диана уже была рядом — она спрыгнула с грузовика одним текучим движением, словно хищник в прыжке. Даже на такой скорости она приземлилась без единого лишнего движения, её тело окутано тонким голубоватым сиянием. Транспорт продолжал двигаться за нами, а мы с ней в считанные секунды сравнялись скорости, как будто это была обычная утренняя пробежка, а не смертельный забег. Она коротко кивнула мне, и без слов мы поняли друг друга.
— ДЕРЖИМСЯ ВПЕРЕДИ! — проорал я, перекрикивая рёв двигателей и утробное рычание зомби. Мой голос сорвался на хрип, когда я выхватил нож из-за пояса. — ВЫЧИЩАЕМ ВСЁ НА ПУТИ! — Схватив рацию, я прижал её к губам: — ГОНЧИЙ! СЛЕДИ ЗА ПЕРИМЕТРОМ И ПРЕДУПРЕЖДАЙ О ПРИБЛИЖЕНИИ ПСИОНИКОМ! — в динамике затрещало от громкости моего голоса, но иначе в этом аду из моторного рёва и воя мертвецов нас бы никто не услышал.
Диана стартовала с места, как спринтер на олимпиаде. Её фигура размылась — в одну секунду она стояла рядом со мной, в следующую уже врезалась в первого зомби, который пытался преградить путь колонне.
Перед рывком я выпустил вокруг себя облако фиолетовых спор — они разлетелись вокруг невидимой для обычного глаза дымкой, цепляясь за ближайших мертвецов. Уже через секунду я почувствовал первые капли поглощённой энергии — слабый, но постоянный поток, питающий моё тело.
Следом я рванул следом за Дианой, ощущая, как адреналин и тёмная энергия пульсируют в жилах. С каждым шагом споры впивались в новых зомби, высасывая их силу и направляя её прямо ко мне. Поглощение на ходу было не таким эффективным, как при прямом контакте, но позволяло поддерживать постоянный приток энергии. Каждый шаг пружинил, каждый мускул налился силой. Тело работало как идеально смазанный механизм, питаемый беспрерывным потоком тёмной энергии, которая текла ко мне от десятков мертвецов вокруг.
Диана оказалась первой линией прорыва. Её правый кулак с хрустом вошёл в череп Отожравшегося, левым она одновременно перехватила руку второго зомби, выворачивая её с такой силой, что плечевой сустав лопнул. Не останавливаясь, она развернулась и ударила ногой третьего в грудь — тот отлетел на три метра, сметая своим телом ещё пару мертвецов.
Я работал чуть правее, используя короткие, экономные движения. Первый зомби получил удар в горло — кадык проломился внутрь, шейные позвонки хрустнули. Второй попытался схватить меня — я увернулся, перехватил его запястье и активировал Поглощение. Темная аура впилась в его плоть, высасывая последнюю энергию. Мертвяк дёрнулся, его тело стремительно высохло и рассыпалось прахом, стоило мне его отпустить.
Мы с Дианой работали как единый механизм, не отставая от несущейся колонны. Наша задача была не проложить путь — на такой скорости автобусы просто давили зомби под колёсами — а расчистить особо опасные скопления и не дать Отожравшимся запрыгнуть на транспорт. Мы бежали параллельно автобусам, уничтожая тех, кто пытался приблизиться к бортам, пока Гончий и Кукловоды прикрывали другой фланг.
Рёв двигателей превратился в сплошной гул, который разносился на несколько кварталов, привлекая новых и новых мертвецов.
— СПРАВА! — рявкнула Диана, резко меняя направление и устремляясь к боковому переулку.
Из него выплёскивалась новая волна мертвецов — не меньше тридцати особей, среди которых возвышались три Отожравшихся. Они выбегали прямо наперерез колонне, готовые таранить борта первого автобуса.
Диана врезалась в них, как бильярдный шар в кегли. Её силовое поле вспыхнуло ярче, когда она буквально снесла двоих передних зомби с такой силой, что те отлетели обратно, сбивая с ног остальных. Следующего она схватила за шею и с хрустом свернула голову. Удар ногой пробил грудную клетку четвёртого — ребра лопнули внутрь, пробивая лёгкие и сердце.
— Сзади! — предупредил я, когда особо резвый Отожравшийся попытался схватить её за плечи.
Диана даже не обернулась — просто ударила локтем назад с такой силой, что голова твари оторвалась от тела и отлетела в сторону. Серо-красная масса мозгов забрызгала стену ближайшего дома.
Я сосредоточился на Отожравшихся. Эти твари были в разы опаснее обычных зомби — быстрее, сильнее, иногда даже с проблесками интеллекта. Они могли координировать атаки, а их мышцы, разбухшие от поглощённой плоти, обладали нечеловеческой силой.
Отожравшийся попытался снести меня ударом руки — я нырнул под его выпад, чувствуя, как воздух свистит над головой. Перекатился и коснулся его лодыжки, вонзая пальцы в гниющую плоть. Пока энергия начала течь ко мне, другой мертвяк вцепился зубами в моё плечо. Резкая боль пронзила тело, когда зубы прокусили куртку и вгрызлись в мышцы. Кровь брызнула на асфальт, смешиваясь с чёрной слизью из пасти зомби.
— СУКА! — взревел я, разворачиваясь и вбивая локоть ему в висок с такой силой, что глазницы твари буквально схлопнулись, а череп прогнулся внутрь.
Плечо горело, но я уже перенаправил часть получаемой энергии на регенерацию. Рана затягивалась прямо на глазах — мышцы срастались, кожа стягивалась. Очередной зомби вцепился в ногу, я пнул его в лицо, дробя челюсть и отбрасывая в сторону. Сразу трое вгрызлись в спину, раздирая куртку и кожу под ней. Кровь хлестала, но я даже не замечал боли — только ярость и бешеное желание убивать.
Разворачиваясь, я схватил одного за горло и буквально оторвал голову, другому вогнал большой палец в глазницу, третьего просто отшвырнул, чувствуя, как часть моей плоти остаётся в его зубах. Фиолетовые споры, выпущенные мною ранее, кружили вокруг, присасываясь к каждому новому мертвецу и выкачивая из них энергию тонкими нитями. Эта энергия текла ко мне невидимыми потоками, питая мою тёмную силу. Я направил часть её на заживление — тёмные сгустки скапливались у ран, ускоряя регенерацию. Разорванная плоть срасталась, рваные края кожи стягивались, новые клетки формировались на глазах.
Отожравшийся задёргался, когда я впился в него Поглощением — не от боли, а от инстинктивного сопротивления. Его массивное тело содрогалось, пытаясь вырваться, пока тёмная энергия методично вытягивала из него жизненные силы. Плоть твари усыхала на глазах — сначала опала раздутая туша, затем мышцы превратились в волокна, а кожа обтянула проступающий скелет. Рёв монстра стих, перейдя в сухое клацанье челюстей.
