маму... — выдохнула я и расплылась в широченной маньячной улыбке.
Гастон же, наоборот, нахмурился.
— Аврора, в чём дело? — в его голосе появилась настороженность.
Ага, почуял опасность? Я схватила его за рукав, заставила наклониться и прошептала:
— А жениться на первой красавице королевства, родственнице короля, случайно не желаешь? Представь, какие перспективы перед тобой откроются, когда ты войдёшь в семью самой короны. И титул будет и всё на свете будет. Честно-честно.
И пальчики скрестила. Гастон забрал у меня свой рукав и произнёс задумчиво:
— Я на тебе жениться желаю... Кто она? Я не припомню у короля молодых родственниц.
Вот оно. В голосе мужчины услышала заинтересованность. Закусила губу и поняла, что мне нужно всё хорошенько обдумать, продумать и обязательно посоветоваться с Лиамом.
— Значит так, жди до завтра. Броди где-нибудь неподалёку, я тебя найду и позову, — произнесла приказным тоном.
— Я тебе не пёс бродячий, ходить вокруг твоего дома и прибегать по первому зову, — разозлился Гастон.
Ути, какая неженка.
— Короче, ты меня понял. Завтра всё тебе расскажу.
Он снова не дал мне пройти.
— Что ты задумала?
Я хмыкнула и напомнила:
— Тебе кто помог выйти из дурацкого спора с достоинством и выигрышем? Или у тебя короткая память?
— Ты помогла. И что с того? А-а-а, ты намекаешь, что ты умна и хитра. Ладно,
понял. Так и быть, подожду до завтра.
Он одарил меня хитрым и заинтересованным взглядом, развернулся и направился... Чёрт знает, куда он направился. Главное, отвалил от меня. Возвела глаза к небу и уже совершенно спокойно дошла до своего дома. Бросила овощи на стол, а сама метнулась в спальню, писать письмо Лиаму.
ЛИАМ
— Милорд, хотите чаю? — поинтересовался Сэм. Он вошёл в кабинет без стука. — Я могу попросить приготовить чай и пирог с...
— Нет-нет-нет, — покачал головой, обрывая дворецкого, при этом не отрывался от письма.
Прочитал и не поверил своим глазам. Перечитал заново. Министр сообщал новость, что госпожа Аврора Даль отныне моей невестой не является. Как это возможно?! Мерзкий чиновник с радостью сообщал, что корона в лице Его Высочества нашла идеальное решение и моя невеста отныне — леди Синтия Бэлл, племянница короля. Внебрачная дочь брата короля. Но признанная высокородным отцом и королём.
Стиснул письмо, желая скомкать или разорвать его на мелкие клочья. Руки превратились в звериные лапы и острые когти царапали гербовую бумагу.
— Проклятые бюрократы! — не сдержался от яростного рыка.
Сэм не вздрогнул, но выгнул одну бровь и удивлённо произнёс:
— Плохие новости, милорд?
— Плохие?! — рявкнул на всю силу лёгких.
Посмотрел на дворецкого и с усилием сдержал зверя, чтобы не обернуться и не помчаться прочь из дома, творить глупости. Потряс письмом и рычащим тоном проговорил:
— Принц решил меня женить на другой женщине! Аврора отныне не моя невеста! Теперь моя невеста — леди Бэлл! Ты представляешь!
Я начал обходить стол по кругу, как зверь ходит по кругу в своей клетке.
— У Его Высочества, — сразу заговорил Сэм, — кажется, серьёзные проблемы.
Всё-таки скомкал письмо и с яростью швырнул его на стол.
— Да. Принц забывается. Одно дело, когда помолвка по разным причинам расстраивается, но совсем другое — через короткий промежуток времени менять невесту! Я не хочу никого, кроме Авроры!
Запустил лапы в волосы и издал утробный рык. Зверь внутри бился, рвался наружу, царапался, рычал, ещё чуть-чуть и я над волком утрачу контроль.
— Эти бюрократы, проклятые чинуши, они как паразиты, Сэм. А что делают с
паразитами? Их уничтожают.
Я был готов бросить вызов короне и отправить их всех к праотцам, лишь бы всё осталось, как есть сейчас. Чтобы Аврора стала моей. Переворот? Да я готов совершить что угодно, лишь бы мне не мешали строить своё счастье.
— Ваша Светлость, скажите, а сама госпожа Даль в курсе изменений? — поинтересовался Сэм.
Я замер и посмотрел на дворецкого с подозрением.
— Не думаешь ли ты, что это с её подачи... — начал я. И в этот момент пришло
новое письмо. Оно было от Авроры.
Едва не разворотил почтовую шкатулку, пока открывал её. Развернул бумагу, хотя лапами это делать было неудобно и долго. Впился взглядом в пляшущие строчки.
Она спешила, писала очень быстро, кое-где нажимала на перо сильнее, где-то остались капли чернил. Авроре было не до красивого письма с вензелями и расшаркиваниями.
Она сообщала ту же новость, что я получил от министра и к моему огромному облегчению, была, как и я, крайне возмущена этими изменениями. Аврора писала, что министр заставляет её подписать новые документы, что договор расторгается, а если не подпишет, у неё будут проблемы. Кроме этого, она сделала предположение, отчего принц решил поменять одну невесту на другую. Так-так-так, а это уже очень интересно и выглядит довольно правдоподобно. Опустился в кресло и с улыбкой произнёс:
— Знаешь, Сэм, она... невероятная. Не зря мой зверь впервые в жизни обратил на кого-то своё внимание. Кстати, что скажешь на такую версию, как сговор?
Дворецкий напрягся и потемнел лицом. Этот человек был не просто умён, он всё понимал и с полуслова, и намёка.
Лапы исчезли. Погладил уже человеческими руками письмо самой удивительной и прозорливой женщины и сказал:
— Принц решил получить не только теллуритит, похоже, ему интересен весь Роузтаун. А леди Бэлл со всей страстью готова стать вдовой Найтмэр.
— Кажется, наше королевство перейдёт в руки дефектного принца, — звенящим от гнева голосом, ответил дворецкий. — Боги, храните короля. Пусть он поправится и живёт ещё лет триста, пока не родит новых наследников.
Я хмыкнул.
— Именно, Сэм.
Щёлкнул пальцами и продолжил:
— Но что удивительно, Аврора зрит в корень. Возможно, её версия излишне фатальна и накручена, но, чутьё мне подсказывает, принц решился на подлость.
— Или его надоумили, — задумчиво сказал Самуэль и потёр подбородок. — По слухам, леди Бэлл та ещё штучка, милорд. Принц всё же сын своего отца, он прямолинеен и заинтересован в металле для оружия. Вряд ли его заинтересовал Роузтаун, скорее на графство глаз положила вышеупомянутая леди. На мой взгляд, беспринципная тварь.
Я обдумывал слова слуги, помощника и друга, всё в одном лице. Ещё раз прочитал письмо Авроры и улыбнулся, как мальчишка, увидевший нечто восхитительное.
Меня умиляли её гнев на министра и корону. И восхитила её сила духа. В письме она
