улыбнувшись, произнесла с едва заметной ноткой сарказма:
— А что же, вы можете расстараться и переубедить корону?
Господин Ханс протянул мой экземпляр, свой убрал в ящик стола и твёрдым тоном ответил:
— Не могу, госпожа Даль. Даже если бы вы действительно нашли способ или довод, который бы мог повлиять на решение короны, всё равно ничего бы не вышло. Его Высочество был категоричен. А теперь, благодарю вас за содействие, можете идти. Кстати, выплату за доставленные неудобства вы получите в течение этого месяца. Всего доброго, госпожа Даль.
Между строк так и сквозило, мол, надеюсь, мы с вами больше никогда в жизни не увидимся. Ага, размечтался. Министр взглянул на меня последний раз и тут же демонстративно уткнулся в свои бесчисленные бумажки.
— Кхе! Кхе! — кашлянула я, привлекая внимание мужчины.
Он с силой сжал в руках документы, явно представляя, что это моя шея.
Поднял на меня глаза и ядовитым тоном поинтересовался:
— Что-то ещё, госпожа Даль?
Я кивнула и произнесла:
— Да, есть кое-что...
Он выгнул одну бровь, кивнул и безнадёжным тоном проговорил:
— Слушаю вас внимательно...
Присела на край стула, сложила ладошки, как примерная девушка, и с самой очаровательной улыбкой, пропела:
— Я хотела бы получить официальное приглашение на две персоны на помолвку графа Найтмэра и леди Бэлл. Ведь их первая встреча, как и помолвка, состоится в королевском дворце, если не ошибаюсь?
А я не ошибалась, нет. Лиам мне с самого утра прислал весточку, где скорректировал наш план.
Ведь у чёртова принца семь пятниц на неделе. Сначала леди Бэлл должна была, как и я прежде, приехать к графу, там и должна была состояться помолвка и совсем скоро сама свадьба. Но принц всё переменил и теперь Лиам должен приехать к леди. И не к ней домой, а во дворец, куда леди Бэлл уже переместили.
Если бы министр не сидел, а стоял, после моей просьбы он бы упал. Мужчина весь побледнел, потом покраснел, даже побагровел, ноздри раздул, запыхтел, будто он конь, а не человек. Ещё рот пару раз открыл и закрыл, не находя слов на мою дерзость. А я что? А я ничего.
Сижу себе примерной девочкой, ресничками хлопаю, улыбаюсь мягко, кротко смотрю на мужчину и жду правильного ответа. Просто ангельское создание.
Наконец, министр пришёл в себя. Вскочил с места, погрозил мне пальцем и как рявкнет:
— Да что вы себе позволяете?! Кто вы такая, чтобы являться на помолвку графа?! Корона не позволит...
Он что-то ещё там вещал... Я не слушала. У меня в голове вдруг всплыла фраза из моей прошлой жизни, из советского фильма «Операция "Ы" и другие приключения Шурика». «В то время, когда космические корабли бороздят просторы Вселенной...».
Стало отчего-то смешно и немного ностальгично. И пока министр, раздутый от гнева, продолжал песочить мой мозг, я без всякой спешки достала из сумочки сложенный вдвое лист бумаги и всё так же неторопливо протянула его господину Хансу. И совершенно спокойным тоном сказала:
— Вот, прочтите.
Мужчина умолк. Взглянул на сложенный лист так, будто я ему на стол жирную сколопендру бросила и хрипло (а нечего было кричать) проговорил:
— Что это?
Склонила голову и повторила:
— Прочтите, господин Ханс.
Он плюхнулся обратно в кресло, налил из графина в стакан водички, выпил. С громким стуком поставил его на стол, тем самым выражая всю степень своего негодования от моей наглости, и взял, наконец, сложенный лист. Развернул и прочитал. Посмотрел на меня выпученными глазами. А они у него и без того были навыкате. Сейчас же сложилось впечатление, что глазные яблоки господина Ханса вот-вот вывалятся на стол и запрыгают в мою сторону как мячики.
«Мой цветочек бы их сразу съел», — подумал вдруг о своём милом питомце.
— Это... — начал он и закашлялся. Снова налил себе водички, отхлебнул, и после договорил: — Вы с графом находитесь в переписке?
— Как видите, — ответила невозмутимо. И добавила: — Его Светлость поставили свою подпись и гербовую печать.
— Я вижу. Не слепой, — проворчал Оливер Ханс и прикрыл глаза, покачал головой. Потом хмыкнул и проговорил:
— Взять двух независимых свидетелей — это ваша идея, верно, госпожа Даль?
— Отчего сразу моя? — рассмеялась я. — Как я уже говорила вам, мы с графом отлично поладили, и он не желает терять меня из виду. Я и господин Гастон Ли будем свидетелями со стороны жениха. А уж кого возьмёт в свидетели леди Бэлл — принца, вас или кого другого, мне совершенно неинтересно.
«Потому что никакой свадьбы не будет», — проговорила мысленно.
А сама одарила министра лучезарной улыбкой и пропела:
— Так что же, господин Ханс? Когда я могу забрать официальные приглашения во дворец? На моё имя и на имя господина Гастона Ли.
— Нужно время... — прокряхтел он.
— Я подожду, — произнесла с нажимом.
От меня не отвертишься, хитрый жук. Отсюда уйду только с приглашениями, а то ведь Лиаму скажу, что не вышло их сразу получить, так он сам напишет министру письмецо, что тот не возрадуется. Кстати, почему бы не добавить скорости господину Хансу?
— Если вы сомневаетесь, то быть может сами напишите графу и спросите, желает ли он на самом деле видеть меня и господина Ли своими свидетелями или...
— Хорошо! Сейчас будут вам приглашения! — рявкнул он, стукнул кулаком по столу и вызвал помощника.
Через полчаса я выходила из министерства с улыбкой на губах. В сумочке у меня находилось два приглашения на королевский бал по случаю помолвки графа Найтмэра и леди Бэлл, чтоб ей икалось до конца жизни.
Статус в приглашениях значился, как свидетели со стороны графа. Не последние люди, короче. Взяла повозку и направилась на поиски Гастона. Теперь нужно подробно всё рассказать этому верзиле, чтобы он как по нотам отыграл свою роль. Хмыкнула и подумала, что отыграет. То вознаграждение, что он получит от Лиама сделает его шёлковым, даже ручным.
Итак, игра началась.
* * *
— Это просто нелепо! — зверем взревел Гастон, когда я рассказала ему в подробностях, кого он должен соблазнить, а там дальше по желанию и женить на себе.
Как хорошо, что я захватила с собой артефакт, который не позволяет другим слышать наш разговор. Иначе вопли Гастона распугали бы всех посетителей местной таверны.
Ничего. Так Гастону и надо. В конце концов, это его больная идея приударить
