с креслом в клетку перед камином. Нора сразу же начала набирать номер и ждала, пока ей ответят. Не знаю, с кем она разговаривала, но с каждой секундой ее лицо становилось все мрачнее и мрачнее. Словно девушка стала воплощением самой тучи.
– Что значит, вы кого-то пришлете завтра? – В ее голосе звучал нескрываемый гнев. Нора наморщила лоб. – Я знаю, что это был опрометчивый поступок, но… М-м-м… да… – Она нахмурилась еще больше и снова осмотрела хижину, словно искала путь побега, и с каждым мгновением ее лицо каменело все больше. На нем появилось убийственное выражение. – Не могли бы вы попросить Грегори… Что, его идея? Ладно. – Казалось, что внутри себя она затачивает ножи. – На восходе? Поняла. Тогда до завтра.
Лишь только положив трубку, Нора повернулась ко мне с каменным лицом.
– Завтра нас заберут.
– Почему только завтра?
Нора фыркнула.
– Лучше не спрашивай.
Она развернулась и принялась разглядывать тесное помещение с кухонным уголком, маленькой ванной и единственной смежной комнатой. После этого ее лицо, вероятно, пришлось бы разбивать ледорубом.
– Что такое?
– Ничего.
Я усмехнулся.
– Тогда тебе срочно нужно поработать над покер-фейсом. – Ее взгляд словно стрела метнулся в мою сторону.
– Тут только одна кровать.
В моем сознании стремительно промелькнули образы, не предназначенные для детских глаз. Если бы я не был так чертовски голоден и измотан, такое заявление потребовало бы объяснений. Но сейчас я чувствовал лишь приятное притяжение.
– Перестань ухмыляться, – пробормотала Нора, насупив брови так, что между ними снова появилась та милая морщинка.
– Не могу.
– Это из-за тебя мы оказались в такой ситуации! Мне все еще хочется свернуть тебе шею. – Она в досаде провела рукой по лицу. Моя совесть дала о себе знать, потому что я все еще не извинился. Но ее ярость также была чем-то приятным.
– Ты так беспокоилась обо мне? – спросил я, подтрунивая над девушкой, и почувствовал, что уголки губ сами по себе поднялись еще выше.
Нора уставилась на мою кривую улыбку, словно это было особенно восхитительное зрелище, и нежно-яростное выражение на ее красивом лице вызывало во мне желание обнять ее и сказать, что все хорошо.
– Неправда! – слишком поздно возразила Нора, да и слишком слабо. Лишь ее глаза блеснули от досады.
– Ты переживала, – повторил я и сделал шаг к ней навстречу. Ее поза тут же резко изменилась, стала настороженной. Словно птица, которая чувствует приближающуюся кошку.
– Нет, – воинственно ответила она. – Я переживала из-за Вилмы. И так злилась на тебя, что прыгнула следом, чтобы свернуть тебе шею!
Я не собирался слишком просто сдаваться, ведь мне было важно услышать ее признание.
– Признайся, ты боялась. Только потому и прыгнула в воду…
В ее взгляде на мгновение отразилась целая гамма чувств, после чего девушка в раздражении вскинула руки.
– Ладно, хорошо! – выкрикнула она. – Я боялась, что с тобой что-то произойдет! Теперь доволен?
– Да, – ответил я и подошел еще на шаг ближе, чего Нора не заметила, потому что продолжала говорить, словно не слышала меня.
– Более того, я ужасно боялась! Представь себе, мы находимся в глуши, а здесь погибали даже те, кто не был так беспечен. Прыгать в воду головой вперед во время рафтинг-тура! – она почти кричала, однако в голосе слышалась чистая паника, отчего по всему телу пробежали мурашки. Сердце бешено колотилось. – Ты как опытный пловец должен знать это как никто другой! Кроме того, существуют меры безопасности, программа, о которых Эдда подробно рассказала. Но, возможно, ты даже не слушал.
Теперь ее глаза сияли, и мое сердце болезненно сжалось. Что-то глубоко в груди зашевелилось оттого, что ей было так важно мое благополучие. Если бы было наоборот, я бы чувствовал то же самое.
– Да, я плохо слушал, – признался я, стоя всего лишь в шаге от нее, и протянул руку к ее руке. – Я слишком отвлекся на то, как ты выглядишь в этом костюме и что бы ты могла со мной сделать. – Я осторожно убрал ее слегка влажные пряди волос с лица, потерялся в ее глазах и невидимой связи между нами, в то время как Нора удерживала мой взгляд.
– Мне жаль, что я испугал тебя. Это было ненамеренно, – тихо добавил я. Тишина вокруг нас наполнилась ее тяжелым дыханием. – Я лишь хотел убедиться, что Вилма в безопасности. Ничего больше. Я не собирался изображать героя. Это было глупо. Если бы ты прыгнула в воду головой вперед, я бы отреагировал так же. – Только представив себе это, я почувствовал, как сердце замерло. – Я не подумал о том, что такой поступок может значить для тебя. Из-за истории твоей семьи. Мне жаль.
Теперь по ее щекам катились слезы. Нора собралась что-то сказать, однако ее подбородок задрожал. Ее взгляд потерялся в моем, и тогда остались только мы двое.
Никакого холода, никакого голода, никакого беспокойства, никакого давления или времени.
Только мы двое.
Нора преодолела расстояние между нами, и я уже был готов сделать шаг навстречу, когда ее лицо оказалось прямо передо мной, а наши губы встретились. Почувствовать ее – потрясающее чувство. Словно наконец я вернулся домой.
Вкус поцелуя был соленым из-за слез, но прекрасным. Он был мягким, но настойчивым. Это было как первое знакомство, как первое исследование. И сейчас я понял, как сильно желал этого.
Все в ней было мягким, таким невероятно мягким, и я спрятал нос в изгибе ее шеи, вдыхая ее сладковатый запах. Потом вернулся к ее губам, исследовал их, не спешил, потому что знал, что ей нужно время.
Я был переполнен эмоциями, которые бурлили внутри меня. За последние две недели я глубоко проник в мир Норы, и это оказало на меня огромное влияние.
Прежде всего рассеялись сомнения, подходит ли мне работа в «КОСГЕН». И что делать дальше.
Наш поцелуй был чем-то особенным. В нем было все: и надежда, и доверие, и обещание, и симпатия. Он был прекрасен в своей идеальности.
Пылающее прикосновение. Радость, желание, счастье и так много эмоций, смешанных с легким страхом. Я обнимал Нору, чтобы она не упала и не ушла.
Я хотел ее. Всю. Тело, душу, разум.
Кончик ее языка соприкоснулся с моим, и тихий стон слетел с моих губ. Нора обхватила меня за шею, а ее пальцы зарылись в моих волосах, словно она хотела крепче прижать меня к себе. Хотела большего. Нуждалась в большем.
Поэтому я поддался ее молчаливому приглашению. Ее вздохи прямиком направлялись в мой пах. Она тянулась ко мне, ее тело прижималось к моему, и между нами не
