* * *
Заглядевшись на красочное шествие, я чуть было не пропустил момент, когда отстрелявшийся торговец дурью покинул тенистый переулок и вновь направился в парк, торопясь перебежать улицу. И это ему удалось в самый последний момент. После этого никто уже не пытался перейти дорогу, так как за колонной раскрашенных девушек, шла колонна серьёзных молодых людей в костюмах с эмблемой Гарвардского университета на груди, а за ними показался духовой оркестр в красной одежде, напоминающей гусарскую форму. А следом ещё и ещё…
Лучшего момента я и не мог себе представить… Подхватив стоящую у стены картонную коробку с мусором. Я направился в тень переулка…
03 августа. 1974 год
США. Бостон. Безымянный переулок…
Этому я научился ещё в прошлой жизни. Притворяться. Вот сейчас я шёл к мусорным контейнерам, притаившимся в переулке, с явной мыслью выбросить коробку со всякой гадостью. То, что в коробке гадость, я понял по запаху… Ну и виду меня был соответствующий… Вид парня. которого заставили в этот «праздничный день» не глазеть на голоногих красоток, а выносить вонючий мусор…
Уже приближаясь к машине припаркованной у противоположной от мусорных баков стены, я заметил одну очень странную вещь… В машине никого не было.
* * *
А? Что? Кто? Где?
Мысли забегали по замкнутому кругу. Куда там белке в колесе… Ей за ними не угнаться.
Почему в машине пусто? Я же сам видел, что когда торговец к ней шёл, то за рулём кто-то был. Из переулка, кроме наркобарыги никто не выходил.
Быстро сканирую окружающие стены в поиске незаметных для меня дверей… А ноги по-прежнему, не меняя скорости, несут моё тело в сторону мусорных баков… Мне же нужно выбросить свой мусор.
Балисонг уже давно открыт и спрятан в левом рукаве моей джинсовки. Я его смогу выдернуть в одно движение в уже раскрытом состоянии, стоит мне только освободить руки от коробки с вонючим хламом. Но я почему-то пока не вижу никого, в кого бы можно было воткнуть свой ножик…
До мусорных баков и припаркованной машины остаётся всего несколько шагов, а я так и не увидел пока того, кто раздаёт наркотики уличным бегункам и собирает деньги за товар.
* * *
Сделав ещё пару шагов, когда я уже не знаю что дальше-то и делать, я всё-таки замечаю того, кого мне надо.
Долговязый парень с длинными волосами стоит между двумя помойными контейнерами и тщательно поливает стенку дома из своего краника. Причём это не был, так сказать, афроамериканец… Белый парень с рыжеватыми волосами… Я его хорошо разглядел. Ведь он даже повернулся и бросил взгляд на меня, когда я с шумом стал вытряхивать свою коробку в бак. Но я явно не заслужил его внимания, и он снова, отвернувшись от меня, принялся разглядывать подмоченную стену. А зря…
* * *
Бросив пустую коробку вслед за мусором, я одним движением выхвалил свой болисонг и вогнал «писающему мальчику» прямо в печень. Промахнуться с такого положения было сложно. Стоял он спиной ко мне, а обе руки у него были заняты чем-то впереди.
Я нанёс ошарашенному противнику ещё пару ударов ножом примерно в тоже место. Он уже упал на заплёванный асфальт, скрюченный от боли. Оставив нож в теле противника, я попросту свернул ему шею. И лишь только после этого он затих.
Всё правильно… Наркотики — это зло! Так что действовать будем исходя из моего обострённого чувства справедливости, под девизом: «Каждому дилеру да по киллеру!».
По поводу шума, производимого нами, я не беспокоился вовсе. На улице стоял такой шум, что творящееся в переулке было не более, чем писк комара во время Бородинской битвы.
* * *
Стараясь не особо перепачкаться в крови, я быстро вытащил у трупа бумажник из заднего кармана, а из переднего лишь только ключ на брелоке.
Правый рукав куртки я всё-таки испачкал. Но это во время первого удара. Или когда выдёргивал нож из раны после первого удара? Ладно. Не важно. Но с курткой придётся расстаться. Только это надо будет сделать не здесь, а где-нибудь подальше от этого места…
Я выдернул из трупа свою «бабочку», и как мог, обтёр его лезвие об майку бывшего наркобарона. Хотя, какой он в жопу наркобарон? Тоже мне, Пабло Эскабар… Так… Мелкая шушера местного масштаба.
* * *
На улице продолжала греметь музыка, а я всё не мог решить, что мне делать дальше. Бумажник у трупа был внушительный. Но где все деньги, которые ему приносили уличные бегунки. Вряд ли он сразу аккуратно складывал себе в бумажник. Я заглянул через открытое окно в машину.
Я не люблю такие американские машины, широкие и плоские. Они мне напоминали неповоротливые баржи на реке. На заднем сиденье валялась холщовая сумка, а на широком диване переднего сиденья примерно между местом водителя и пассажира лежала ещё одна похожая котомка. В замке зажигания торчал ключ.
Ни секунды не раздумывая… А почему бы и нет? Я плюхнулся на место водителя, провернул ключ в замке зажигания. Пришлось разбираться с рычажком на руле, поскольку привычного рычага переключения коробки передач под правой рукой не оказалось. Но и эта проблема покорилась мне, хотя и не с первого раза. Хорошо, что позади меня никого и ничего не было. А второе «хорошо» это то, что у меня нет привычки сразу давить тапком на газ, уходя с пробуксовкой… Так что, слегка дёрнувшись назад, я снова переключил рычажок, и уже не спеша покатил по переулку, удаляясь от места событий.
* * *
Водительское удостоверение у меня с собой было. То самое, что досталось в «наследство» от настоящего Декстера. Но светить им, предъявляя его копам, я как-то не планировал. Поэтому выехав из переулка, я свернул в сторону, которая мне показалась наиболее перспективной. Там виднелись какие-то строящиеся дома. и похоже, что там же было что-то типа местной промзоны. То ли задворки вокзала, то ли складские помещения для порта. По крайней мере, и рельсы туда вели, и море-окиян был где-то
