- А? Что?
- Я говорю – мандаринке налить апельсиновый сок?
- Нет, - ответила рассеянно, - я колу люблю.
- Держи!
Парень протянул прохладную баночку, я приняла её.
- Спасибо.
Разговор продолжился. Сложила в тарелку парочку панкейков и осмотрела стол в поисках миски с шоколадной пастой. Та обнаружилась по соседству с вазочкой клубничного варенья. Шлёпнула пару ложек тягучей субстанции себе в тарелку. Всё, как всегда, я не изменяю своим привычкам.
Отпила газировки и принялась за еду. Роза что-то шепчет Максу на ухо, тот снисходительно улыбается. Лика болтает с Теоной. Миа и Вика заняты омлетом.
На зубах что-то скрипнуло, какие-то крохотные зёрнышки – откуда они в панкейках и шоколадной пасте? Отпила ещё газировки. Спустя пару минут в груди сделалось жарко и резко начала кружиться голова. Ухватилась руками за край стола, чтобы не свалиться, попыталась сделать вдох, но вышел свистящий хрип.
Глаза Розы Королёвой полезли из орбит, она пихнула Макса локтем. Расслабленная улыбка сползла с лица Старского, он отшвырнул стул прочь и вскочил на ноги. Теона попыталась ухватить меня за плечо, но стул вдруг стал неустойчивым, и я просто соскользнула с него вниз, по касательной приложившись виском о столешницу. А потом всё пропало.
Влад.
Целый день накануне Ирина ныла о том, что автомастерская затянула с ремонтом, и что она сейчас без тачки. И как раз на площадке обнаружились важные бумаги, которые я должен завизировать после неё, а потом передать в бухгалтерию. Заодно подбросив её на работу – чего зря кататься.
- Отправь с курьером, - пытаюсь отмазаться, чтобы не ехать. Не планировал, сегодня в телецентре важное совещание.
- Ага, а если что-то пропадёт? Или будет утечка? Ты хоть понимаешь, сколько жёлтые газетёнки заплатят за инсайды с площадки? Нет, дорогой, никому не доверю. Сама бы отвезла, но я без машины, - театральный вздох, - а ты и так частенько к нам заглядываешь, вот и захватишь.
- Ладно. Выходи через пятнадцать минут, подброшу на площадку и заберу грёбанные бумажки.
Настроение с утра было какое-то нервное. На дороге все будто вчера только права купили. Чёрт, куда ты лезешь? Наконец остановился возле элитной высотки.
Струкова загрузилась на сиденье. Поморщился и открыл пошире окно, чтобы не задохнуться от тошнотворно-сладких духов.
- Весь флакон «Красной Москвы» на себя вылила?
- И тебе доброе утро, Влад. Как дела? Как Юленька, как дочка?
Скривился и быстро на неё взглянул.
- Нормально.
- Ну, и хорошо!
Прибавил громкости. Ирина зависла в телефоне. Доехали, на удивление, быстро. Ирина спросила:
- Поднимешься за бумагами?
- Видимо.
Заглушил мотор, и мы вместе неспешно пошли в сторону входа. Потом я буду снова и снова прокручивать в памяти этот день. И не раз проснусь в холодном поту от ужаса, увидев во сне, что я не поехал в то утро за дурацкими бумажками.
Твою мать! Какая-то кривая овца на входе в лифт случайно плеснула кофе на пиджак. Что на хрен за день сегодня? Прошли сразу в аппаратную. Внутри никого.
- Да, Марин, загран нужен срочно! Когда? Вчера! Ха-ха, но мы-то знаем, что ты волшебница. - Ирина с кем-то трепалась по телефону, копаясь в портфеле. – Сканы? Скину, да. А заберёт девочка сама лично подъедет. Даа… И не говори! Даа… Я помню, помню! Да ты что? А он что? А ты?
Да сколько можно? Отдай бумаги, и трещи в своё удовольствие! Нет ведь! Женщины, чёрт возьми!
Убрал руки в карманы и прошёлся взад-вперёд. Бросил мимолётный взгляд на монитор. Нахмурился, резко метнулся к нему, всмотрелся в экран, а затем бросился прочь из аппаратной.
На кухне все столпились вокруг Арины, лежащей на полу без сознания. Роза носилась вокруг стола, причитая и заламывая руки. Бесстужева застыла на месте, в ужасе приложив ладони ко рту. Миа повторяла без остановки: «Она умерла? Она умерла? Умерла?» Теона, прикрыв свободное ухо, дозванивалась в скорую. Макс неловко пытался приподнять голову Арины и без конца звал её по имени. Хворостов, мать его, снимал и успевал давать команды своему помощнику! Вместо того, чтобы помогать!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Весь этот балаган только нервировал.
- Тихо! Заткнулись все и отошли!
Растолкал всех в стороны и упал рядом с ней на колени, всматриваясь в неё и лихорадочно соображая, что делать. Наклонился к самому лицу: дыхание слабое, слишком слабое, пульс еле прощупывается.
- Что случилось? – Рявкнул на Старского.
- Не знаю! – Закричал в ответ тот, выпучив глаза и трясясь от страха. - Мы все сидели завтракали, и вдруг она хлопнулась на пол!
«Завтракали, завтракали, завтракали».
Снова всмотрелся в лицо. Красные пятна около рта. И шею раздуло.
- Аллергия! Есть у неё на что-то?
Уже и так видно, что есть. Только бы успеть. Принялся судорожно хлопать себя по пиджаку, пытаясь найти. Только бы был с собой, только бы был с собой. Он всегда у меня с собой, но сейчас его, кажется, нет. Неужели, выложил, чёрт возьми?!
- Она говорила давно, что у неё аллергия на клубнику, - пропищала блондинка. – Но она же её не ела!
Анафилактический шок, тяжелейшая реакция немедленного типа в ответ на введение аллергена, развивается стремительно, угрожает жизни, если не оказать немедленную помощь. Скорая не успеет, просто не успеет! Есть!
Дрожащими руками достал из внутреннего кармана шприц-дозу с адреналином. Арине сказочно повезло, просто сказочно! Сделал укол в плечо, не переставая внимательно всматриваться в её лицо.
Если сейчас же не станет лучше, начну сердечно-лёгочную реанимацию до приезда скорой. В ушах шумело от волнения. К горлу подкатывала паника, и это мерзкое чувство собственной беспомощности, которое я ненавидел всей душой, ещё со времён случая с дочкой, и сейчас его пришлось испытать снова. Адские секунды ожидания. Есть. Веки дрогнули, Арина шумно вздохнула и распахнула широко глаза, непонимающе уставилась на меня, на Макса, на остальных, и попыталась сесть.
- Спокойно! – Положил ладонь ей на грудь, удерживая на месте. – Не двигайся, я сам.
Аккуратно, словно величайшую драгоценность, приподнял её на руки и медленно перенёс на диван. Так, голову ниже, под ноги подушку. Сейчас давление на дне, но нужно, чтобы кровь активней поступала в мозг.
Опустился рядом с ней на пол и провёл рукой по волосам, напряжённо всматриваясь в лицо:
- Ты как, малыш? – Спросил шёпотом, забыв обо всём на свете. О том, что вокруг толпа, что меня могут услышать, что поведение моё выглядит со стороны неуместно и странно.
Вокруг шептались. Теона громко объявила, что скорая уже едет. Вошла ничего не подозревающая Ирина, и Королёва с подружками принялись сбивчиво рассказывать ей, что стряслось.
Меня не волновало всё это. Просто посторонний шум, побочный и неважный. Весь мир сузился до размеров Арины, лежащей на диване, её карих глаз с зеленоватыми крапинками, гораздо светлее, чем у меня. Она облизнула пересохшие губы и прошептала хрипло:
- Бывало и лучше.
Прислонился лбом к её лбу, закрыл глаза и открыл их снова, выравнивая дыхание. Чёрт возьми, так и до инфаркта недалеко.
- Я охренеть, как испугался. – Сказал еле слышно, одними губами, но она поняла. Моргнула в ответ и покосилась в сторону. Оглянулся и встретился с пристальным взглядом Струковой. Хитрая ведьма всё видела и наверняка уже до черта всего придумала своим воспалённым мозгом, и то, что было, и чего не было.
- Лежи не двигайся.
Прошёл к столу и подозвал Старского:
- Что она ела?
- Что ела? – Макс почесал затылок. – Колу точно пила, я сам ей передал, а вот что ела…
- То, что всегда, - влезла блондинка, - панкейки с шоколадной пастой, вот же её тарелка, так, стоп.
Роза шарила по столу удивлённым взглядом:
- Не вижу, погодите, она тут стояла!
Нахмурился, проследив за её рукой. Стул так и остался лежать перевёрнутым, и открытая банка с колой была на месте, а тарелки не было. Как и миски с шоколадной пастой. Роза тоже это заметила:
