WIRL Билл Гарнетт, который одно время работал на Federal, торопился подготовить запись The Wailers. Затем он переехал в Нью-Йорк, чтобы работать на студии Гарри Беллафонте, чье имя (Belafonte) впоследствии было принято для одного из лейблов Randy.
«Билл Гарнетт привел людей Джонни Нэша, а Нэш на лейбле JAD должен был тиражировать The Wailers, но это так, к слову. Билл привел Боба, Питера и Банни. Они забронировали студию надолго, но мы использовали свободное студийное время для собственных целей, и Питер начал работать над You Can’t Fool Me Again, проектом, который финансировал мой отец».
Записанная весной 1969 года You Can’t Fool Me Again Питера Тоша был открытым вызовом против мифов христианства – это одна из первых песен регги с таким мятежным посланием, и она предвещала весь жесткий напор материала 1970-х годов.
Среди первых песен с тематикой раста, попавших в ямайские чарты, была Bongo Nyah группы The Little Boys, записанная при содействии The Hippy Boys для Ллойда «Матадора» Дэйли в мае 1969 года. Эрл Лоу, известный как Маленький Рой, разделял в этой песне вокал вместе со своим одноклассником Донованом Карлессом; эта нежно-лиловая песня, почти детская, указывала путь к растафарианству Эрл Лоу сделал новые сольные хиты для Дэйли, в том числе томительную Without My Love и противоположную ей по звучанию Hard Fighter, а потом сформировал свой лейбл Tafari. Если отмотать к началу, он записывал рок-стеди у Коксона и Принца Бастера («Бастер был тем, кто дал мне имя Маленький Рой, потому что я и правда маленького роста»), потом он перешел к «Матадору», а потом сам занялся бизнесом.
Дэйли тогда переживал свой самый успешный период в качестве продюсера, но звуковую систему был вынужден демонтировать в 1966 году из-за враждебных действий полиции. «По какой-то злонамеренной причине полиция пришла и разгромила ее в центре, на Шортвуд-роуд, – все еще сокрушался Дэйли, когда мы с ним встретились. – В том же году я ее продал. Она была такой большой, что мне пришлось продавать ее в три приема».
В 1968 году Дэйли перевез свою мастерскую по ремонту радио и телевизоров и магазин на Уолхэм-Паркроуд, 43; в этом же доме размещался известный танцевальный зал, а на верхнем этаже его жена Диана, дочь Эрика Динса, руководителя оркестра Colony Club, управляла салоном красоты. Dark Of The Sun Джеки Митту (его первый значительный хит) был единственной песней, которую Дэйли как продюсер записал на Studio One, а Ugly Man, спетая The Scorchers в октябре 1968-го, поднялась еще выше. «Они пришли ко мне в магазин, напевая какую-то сентиментальную мелодию, и мы поняли, что это не то, что людям понравится. Я попросил их изменить слова; на следующий день они одни работали в студии, и получился настоящий хит».
Но самыми большими хитами, спродюсированными Дэйли, стали Bongo Nyah и Lord Deliver Us Алтона Эллиса, выпущенные в 1970 году. Сессии 1969 года дали также впечатляющий инструментал Ллойда Чармерса Zylon, который планировалось выпустить на В-стороне к Death а Come Ллойда Робинсона. «Мы рассчитывали, что Death a Come будет преобладающей, но нам пришлось ее переставить, потому что людям больше нравился Zylon. Он стал хитом номер один».
Тот факт, что Zylon перескочил с одной стороны пластинки на другую, обозначил заметный сдвиг в стиле: инструменталы, обычно с агрессивным органом, начали пользоваться популярностью, подзабытой со времен The Skatalites. Такие вещи как Clint Eastwood от The Hippy Boys, Dr No Go (издана Соней Поттинджер) и Liquidator группы Harry J. All Stars были широко популярны на Ямайке. Что их отличало от инструменталов эры ска – все они были версиями ранее выпущенных песен с удаленным вокалом. И везде, кроме Clint Eastwood, появляется орган, наложенный поверх основного ритма. Успех этих инструменталов, включая другие хиты, такие как Return of Django и Man From MI5, позволили достичь ямайской музыке беспрецедентной популярности в Британии, после того как молодежь рабочего класса все чаще стала поступать в духе руд-боев.
Шестьдесят девятый стал годом прорыва регги на британском рынке. В конце 1967-го большое впечатление произвел хит Десмонда Деккера 007 (Shanty Town), пришедшийся на самый конец эпохи рокстеди. После успеха первого тура The Ethiopians компания Commercial Entertainment в декабре 1968-го привезла Деккера в Великобританию, и в это же время его The Israelites, выпущенная Лесли Конгом, достигает вершины; за Israelites следует A It Mek, вошедшая в чарты в апреле 1969 года.
В июле в чарты попадает Пэт Келли с песней How Long Will It Take, спродюсированной Банни Ли с участием Ли Перри. Пэту много помог радиоэфир оффшорной станции Radio Caroline, и популярность песни дала возможность певцу приехать в Лондон и впервые выступить за рубежом. В августе в турне по Британии поедет уже Принц Бастер, а в сентябре в Эмпайр Пул состоялся первый фестиваль Карибской музыки, в котором приняли участие Макс Ромео, Десмонд Деккер и Джонни Нэш. В следующий месяц чарты заполнились регги-мелодиями, самая известная из которых – инструментал The Upsetters под названием Return Of Django (переработка Sick And Tired Криса Кеннера). За ним быстро последовал Liquidator от The Harry J. All Stars, инструментальная версия любовной песни What Am I To Do неизвестного Ноэля Байли, (приписывается Тони Скотту, который продюсировал запись), – там просто потрясающий орган Уинстона Райта. В ноябре 1969-го в Британию приезжают Ли Перри, The Upsetters и The Pioneers; в чарты попадает Long Shot Kick The Bucket от The Pioneers.
К этому времени дуэт, переживший разногласия с Джо Гиббсом, переходит записываться к Лесли Конгу. О том, как это было, рассказывает Сидни Крукс: «The Pioneers стали очень популярными. Затем мы повздорили с Джо Гиббсом и решили, что уходим от него. И вот идем мы по Оранж-стрит на следующий день, и я вижу Лесли Конга и его брата Фэтса. Лесли спрашивает: “Чем вы сейчас занимаетесь?” Я говорю: “Да ничем. Мы ушли от Джо Гиббса”. Он говорит: “А вы не хотите спеть для нас несколько песен прямо сейчас?” Первая песня, которую мы сделали для Конга, была Samfi e Man, и сразу же она пошла на первую строчку – с Конгом у нас был немедленный успех. Затем мы сделали Easy Come Easy Go — еще один хит».
Работая на Конга, группа подключила брата Десмонда Деккера – Джорджа Агарда, несмотря на сопротивление продюсера. «Когда мы были на Беверли, Джордж Деккер тоже был там, пел с братом и The Aces. Он даже пел с Дерриком Морганом, а прозвищем Агарда в то время было “Джонни Мелодия”. Он присоединился к
