– Мне бы очень хотелось, чтобы, пока мы здесь, ты уважал эти традиции.
– Дафна, я все понимаю и не стану их нарушать. Я готов на все, если это сделает тебя счастливой, – он снова поцеловал ее и, поднявшись, подошел к шкафу, потом обернулся: – И все же это очень забавно! Ты постоянно твердишь, что эти традиции в свое время сильно усложняли тебе жизнь. Тебе не кажется странным, что теперь, став взрослой и имея возможность принимать собственные решения, ты снова оглядываешься на них? – В его голосе не было раздражения, только смущение от их вынужденной размолвки.
– Я понимаю, но, думаю, я никогда не рассматривала этот вопрос с этой точки зрения, – улыбнулась она Стивену. – И сейчас проблема не в том, пойду ли я в греческую школу или в школу девочек-скаутов. Это совсем другое. И ты прав, многое на этом острове не поддается логическому объяснению. Но сейчас меня это устраивает. Я очень устала от необходимости делать множество дел одновременно и не вижу ничего плохого в том, чтобы позволить устоявшемуся подходу взять верх и избавить меня от необходимости принимать решения, по крайней мере на какое-то время! – Она расправила юбку и выпрямилась.
Разглаживая невидимые морщинки на темно-синем блейзере, он покачал головой.
– В Греции…
Глава 24
– Yia-yia! – Дафна распахнула калитку и удивилась, не увидев бабушки на веранде. – Ты где?
Дверь в дом со скрипом отворилась, и, появившись на пороге, Yia-yia тут же прислонилась к косяку.
– Koukla mou, ты вернулась! Мне тебя не хватало.
– Yia-yia, иди познакомься со Стивеном. Как же давно я хотела, чтобы вы встретились!
– Ах да, Amerikanos! Где он? – Старушка оперлась о руку Дафны. Она не обулась, и сквозь тонкую ткань чулок проглядывали шишки на ногах.
Пока они шли, Дафна почувствовала, что бабушка опирается на нее чуть сильнее, чем обычно. В отличие от традиционно полных вдовствующих женщин, которые целыми днями только и делали, что готовили еду и ели, ее бабушка была худощавой. Она не могла так сильно прибавить в весе за последние двадцать четыре часа, и все же Дафна не сомневалась, еще никогда она так тяжело на нее не опиралась.
Когда они приблизились, Стивен вежливо улыбнулся и протянул руку.
– Что это? – Поглядев на него, бабушка перевела взгляд на Дафну. – Дафна mou, пожалуйста, скажи своему молодому человеку, что здесь не деловое совещание. Это наш дом.
– Стивен, дорогой, – Дафна кончиками пальцев коснулась его плеча. – Люди здесь обнимаются и целуются, когда приветствуют друг друга. Мы не пожимаем друг другу руки. Оставь это для бизнеса. – Она оглянулась и увидела, что бабушка, Попи и Эви внимательно смотрят на них. – Сейчас ты в кругу семьи.
Стивен молча кивнул и, сделав шаг, обнял старушку. Yia-yia немного подалась к нему и поцеловала в обе щеки. Когда она отстранилась, Стивен улыбнулся, и его идеальные белые зубы блеснули на солнце. Прищурившись, бабушка посмотрела ему в глаза: сквозь ресницы, грязно-голубые белки, темные зрачки – казалось, она заглядывает к нему в душу. Даже деревья не шелестели, чтобы своим тихим шепотом не отвлекать старушку от ее задачи.
– Ах, kala, хорошо. – Судя по всему, она увидела все, что хотела.
Наблюдая за происходящим и не понимая, что задумала Yia-yia, Дафна разволновалась. Она знала ее достаточно хорошо и видела, что, пристально разглядывая Стивена, она пытается найти ответ на какой-то вопрос. Все, что делает бабушка, не случайно. Каждое слово, каждый взгляд и каждая briki с кофе имели свой смысл.
– Попи, Эви, – Дафна стояла, продолжая поддерживать бабушку под руку. – Почему бы вам не показать Стивену сад? Может быть, вы даже познакомите его с Джеком? А мы пока приготовим обед. – Повернувшись к Стивену, она улыбнулась: – Это займет всего несколько минут, и было бы хорошо, если бы ты пообщался с Эви. Ты ведь знаешь, ей требуется время, чтобы освоиться.
– Конечно, – ответил он и оглянулся, ища Эви. Та разглядывала еще одного паука, на этот раз – свившего паутину между изогнутыми ветвями лимонного дерева. – Эви, иди сюда! – позвал он. – Где тот знаменитый ослик, о котором я столько слышал?
– Смотри! – Эви показала ему паутину. – Это Арахна.
– О, паук! Да, дома в Нью-Йорке тоже такие есть. А вот ослов и цыплят у нас нет, но говорят, что здесь их предостаточно.
– Нет, это не обычный паук. – Эви наконец оторвала взгляд от паутины и посмотрела на Стивена. – Это Арахна – девушка, которая была слишком тщеславна! Мне о ней рассказала Thea Попи. Афина наказала ее, превратив в паука. – Она помолчала. – Вот что бывает с тем, кто считает, что он лучше других! – назидательно завершила она рассказ.
– Что ж, малышка Эви, я вижу, что ты узнала здесь много нового… – Пока Стивен говорил, какое-то маленькое черное насекомое, покружив над их головами, залетело в паутину Арахны. – Ну вот, смотри, она достаточно умна, чтобы поймать добычу, – заметил он и приблизил лицо к паутине.
Вместе с Эви он наблюдал, как муха пытается выбраться из липких нитей, дергая черными лапками и крылышками. Она сражалась, пока не стало очевидно, что это бессмысленно. Паук не двигался. Сидя в неподвижности в другом конце паутины, он словно ждал, когда же пробьет час обеда.
– Эви, знаешь, что будет дальше? Эта муха достанется пауку на обед. Пауки высасывают кровь из насекомых, которые настолько глупы, что попадают в их сети. Забавно, правда? Если тебе интересно мое мнение, то эти маленькие восьминогие очень умны, и у них есть все основания быть тщеславными, что бы там ни думала эта Афина.
– Не всегда! – Эви повернулась к Стивену, ее кошачьи глаза сверкали. – Thea Попи говорит, что Арахна по-прежнему иногда слишком тщеславна. А Янни считает, что каждому гордецу следует поостеречься.
– Что ж, мне кажется, это отличный совет, – ответил Стивен. – Но не забывай, малышка, тщеславие – это не всегда плохо. Оно заставляет нас больше работать, самосовершенствоваться и становиться лучшими. И в этом нет ничего страшного. Посмотри, например, на свою маму. – Но Эви, как всегда, не хватило внимания, чтобы дослушать. Стивен едва успел открыть рот, чтобы продолжить речь, как она развернулась и убежала вниз по лестнице в сторону курятника.
Не успела Эви скрыться из виду, Попи налетела на Стивена, как муха на сладкое. Коснувшись пухлыми пальцами его бицепса, она затарахтела:
– Пойдем, я все тебе покажу! Дафна рассказала мне о твоей деловой хватке! И о том, что многому у тебя научилась! Мне тоже нужен твой совет. Ведь мы скоро станем кузенами! А члены одной семьи помогают друг другу, разве не так? У меня есть идея. Но на этих островах мне некому помочь, кроме тебя. Как чистить рыбу или делать сыр – по этой части советчиков тут полно… А в отношении бизнеса… – Попи взметнула правую руку к шее и подбородку. Этот жест в Греции означал то же самое, что поднятый вверх средний палец в Америке. – Бизнес, tipota…[53] skata[54]. Дерьмо!
