Выйдя из библиотеки, Анвар увидел лошадь Ориэллы, терпеливо стоявшую у дверей Башни магов, и все мысли о чудесном открытии тут же вылетели у него из головы.
— Моя госпожа! — радостно закричал юноша. — Она вернулась! — И рванулся через двор, вверх по ступенькам башни. Финбарр с улыбкой следовал за ним.
— Нет! Оставь меня, Миафан! — услышали они, едва достигли покоев Ориэллы. Анвар вскрикнул от ужаса. Верховный! Он отчаянно рванул ручку, но дверь была заперта. Без колебаний юноша навалился на нее, изо всех сил колотя кулаками по деревянным панелям, и услышал, как выругался Миафан. Через мгновение дверь резко распахнулась. Край одеяния великолепного Владыки превратился в лохмотья и дымился, руки покрылись волдырями и почернели от сажи, лицо пылало от гнева.
— Как ты посмел помешать мне?! — пророкотал он, и занес руку для удара, но Финбарр быстро выступил вперед и встал между Верховным Магом и его жертвой. Анвар в душе благословил самообладание архивариуса, а Миафан пробормотал проклятие и отступил назад.
— Это я помешал тебе, Миафан, — спокойно, будто ничего не случилось, произнес Финбарр. — Ты должен простить рвение слуги — мы только что сделали в архивах колоссальное открытие, и необходимо, чтобы ты немедленно взглянул на него. — Не дожидаясь ответа, он отстранил ошеломленного Миафана и вошел в комнату.
Анвар быстро нырнул за ним и замер, увидев свою госпожу, Ориэлла забилась в угол — одежда разорвана, глаза пылают гневом. Ее замысловатая прическа превратилась в золотой поток волос, почти касающийся пола, а в занесенной руке она сжимала искрящийся огненный шар, и дымящееся пятно на ковре говорило о том, что это уже не первый снаряд. Увидев Финбарра и своего слугу, Ориэлла непослушными пальцами медленно уничтожила шарик и, обессиленная, прислонилась к стене.
Анвар вспыхнул от гнева, но Финбарр успокаивающе взял его за руку.
— — Что-нибудь случилось, Ориэлла? — Он многозначительно посмотрел на Миафана, но тот лишь высокомерно пожал плечами и спокойно ответил.
— Просто неудачный опыт с магией Огня. Я как раз пытался ей помочь, и тут пришли вы.
— Не послать ли за Мериэль? — Финбарр обращался к Верховному, но глаза его при этом смотрели на Ориэллу.
— В этом нет нужды, — поспешно отозвался Миафан и с фальшивой улыбкой повернулся к двери. — Ну что ж, пойдем, поглядим на твое потрясающее открытие. Уверен, что Ориэлла тоже захочет присоединиться. — Это прозвучало как приказ, и Анвар понял, что Миафану не по душе оставлять ее одну.
— Она догонит нас, когда придет в себя, — сказал Финбарр. — Я знаю, как утомительны бывают эти.., опыты. Идем, Владыка, открытие не может ждать. — Он чуть ли не вытолкал Миафана из комнаты, и как только тот скрылся за дверью, нахмурившись, повернулся к Анвару.
— Позаботься о своей госпоже, — прошептал он. — А я займусь Миафаном. — И ушел.
Ориэлла, шатаясь, подошла к кушетке, и опустившись на нее, закрыла лицо руками.
— Он ждал меня, — прошептала она. — Когда я вошла, он был здесь. Он.., он был как безумный, Анвар! Он говорил, что уже достаточно ждал и не хочет ждать дольше. О боги! — Ее вздох граничил с рыданием. — Как он мог! Он всегда был мне как отец!
Не зная, что сказать, Анвар молча налил ей вина. Она благодарно приняла бокал, и юноша опустился на колени у ее ног, не в силах видеть эти испуганные, затуманенные болью глаза.
— Госпожа.., он не…
Ориэлла поморщилась и покачала головой.
— Нет, — ответила она дрожащим голосом. — Хотя, черт возьми, и пытался! Но я умею бороться!
Ее глаза предательски заблестели, и Анвара захлестнул внезапный порыв заботливой нежности. Он нерешительно взял ее руки в свои.
— Не беспокойся, госпожа. Финбарр понял, что произошло, и обещал поговорить с Верховным. Кроме того, — сурово добавил он, — Миафану не представится другой возможности — я позабочусь об этом! Что бы он ни говорил, я останусь с тобой и никогда не оставлю тебя наедине с ним, обещаю.
— Спасибо, Анвар. Я знаю, как это тяжело для тебя, ведь ты боишься его — и после сегодняшнего я начинаю понимать, почему! — девушка содрогнулась.
— Все будет в порядке, госпожа. Он, конечно, не решится докучать вам в присутствии свидетеля, — но его слова звучали не так уверенно, как ему хотелось бы.
— Надеюсь, ты прав, — вздохнула Ориэлла. — Иначе я просто не знаю, что мне делать…
Глава 11. ИСПЫТАНИЕ БОЕМ
«Вот уже и осень», — думала Ориэлла, спеша по пустынным улицам к гарнизону. Дни стояли ясные, рассвет скользил по городским крышам золотистыми лучами. Но солнце стало бледнее, воздух прозрачнее. Сегодня девушке пришлось надеть плащ, и она была рада этому. Миафан подарил ей новый
— роскошную мантию из мягкой толстой шерсти, выкрашенной в ее любимый изумрудно-зеленый цвет, но его подарок висел в шкафу, а Ориэлла носила старый добрый воинский плащ Форрала, сотканный из жесткой, водоотталкивающей шерсти горных овец. Девушка понимала, что это глупо, но когда она надевала его старый плащ, Форрал, казалось ей, становился ближе. Воин по-прежнему сохранял постоянную и непреодолимую дистанцию между ними, и девушка была на грани отчаяния. Она любит его так долго! С самого детства! Тогда Ориэлла еще не знала, что магам запрещено любить смертных, а теперь уже слишком поздно. Как она может полюбить кого-нибудь другого?
Эти мысли вернули ее к иной, куда более грозной проблеме: к Миафану. С тех пор, как Владыка взял Ориэллу к себе в ученицы, он неизменно обращался с нею как с родной дочерью, чем снискал ее любовь и уважение. Но вчерашнее событие все перевернуло. Ориэлла вздрогнула, не в силах избавиться от навязчивого ощущения грязи. Хотя у нее никогда не было любовника, друзья в гарнизоне хорошенько просветили девушку на этот счет, и мысль о том, чтобы разделить ложе с Миафаном, наполняла ее отвращением. Его жестокость по отношению к Анвару впервые заставила Ориэллу усомниться в нем — и неужели он намеренно солгал, обвинив слугу в убийстве? Ориэлла знала, что отныне никогда не сможет снова доверять Миафану, к ее отвращению примешивался легкий холодок страха.
Прошлой ночью суматоха, вызванная открытием Анвара, помогла девушке избавиться от преследований Миафана, но как избегать его в дальнейшем? Он был самой могущественной фигурой в городе и привык добиваться всего, чего хотел.
Ориэлла не решалась довериться никому из Волшебного Народа. Когда дело касается Миафана, любой и даже все они вместе могут быть замешаны в эту интригу. Быть избранницей Верховного Мага считалось величайшей честью. Элизеф отдала бы за это правую руку, с горечью подумала Ориэлла. Конечно, можно было бы посоветоваться с Марой, но тогда обязательно узнает Форрал, а девушке хотелось этого избежать. Она слишком хорошо представляла себе его реакцию, а воин не может тягаться с Миафаном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
