из почвы, Дард пришёл к выводу, что карлик Гэри тут не виноват. Ни одному некроманту не придёт в голову тратить столько усилий ради сомнительного эффекта. Мертвяки зачем-то лезли сами. Слова Гэри Шиповника о том, что где-то рядом находится великий Мёртвый, Упырёк вчера на веру не принял, но сейчас содрогнулся.
Несмотря на все отговорки и якобы удивление, Упырёк прекрасно понимал, что он действительно тот самый человек, за которого его приняли и Тоби, и проклятый карлик. И в зависимости от исхода борьбы с великим Мёртвым он или сам станет повелителем мертвецов, или попросту сдохнет. Оставалось только понять, чего ему хочется меньше.
С такими мыслями Сарвен вышел на кладбище, вздохнул, озирая окрестности и тянущихся к нему мертвяков. Они были настроены не мирно. Костлявые руки пытались ухватить Дарда за щиколотки, черепа лязгали зубами — один даже уцепился за подошву башмака. Пришлось разбить дохлую черепушку о ближайший каменный памятник. Надгробье треснуло, оттуда, шипя, вылезла недогнившая глодь.
Дард ускорил шаг. В центре кладбища стоял обелиск, на который некромант не без труда забрался — левая рука почти не слушалась его, а в правой Сарвен держал меч.
Взобравшись на постамент, Упырёк очертил мечом воображаемый полукруг у ног.
— А ну стоять, дохлятина срычева! — зарычал он. Мертвецы шли к нему беспорядочной толпой. Кости тех, кто идти уже никак не мог, подрагивали на земле, словно желая приблизиться к некроманту. — Приказываю! Замереть!
И надо же… Едва Сарвен поднял меч над головой, как мёртвые застыли. Некоторые, в особо неустойчивых позах, тут же упали. Но и упав, уже не дёргались.
— Приказываю вам ступать в свои могилы! И не высовываться оттуда больше никогда! — прокричал Дард срывающимся голосом.
И снова мертвецы послушались. Не слишком поспешно, но они разбрелись по кладбищу и принялись закапываться в землю. Волны отвратительной вони шли от могил, но Упырёк уже перестал обращать внимание на запахи. Главное, чтобы это поскорее кончилось. У него уже дрожала рука, которую он вытянул вперёд и вверх, уподобившись памятнику королю Аракеру Первому, который красовался на одной из площадей Азельмы. Кажется, из столичных достопримечательностей Дард мало что успел повидать этой зимой, а вот памятник ему запомнился. Оказывается, даже не тяжёлый меч не слишком-то удобно держать вот так, в прямой руке, но Сарвен побаивался менять положение — вдруг мертвяки тогда раздумают самозахороняться и прятаться обратно в землю и полезут опять? А это Упырьку изрядно успело надоесть.
Больше книг на сайте - www.litlib.net
— Господин, у вас получилось, — раздался за спиной квакающий голос. Дард дёрнулся, обернулся, ткнул наугад клинком в воздух. Если бы Гэри не был головы на три ниже Упырька и не будь сам Дард таким бездарным фехтовальщиком, то, пожалуй, меч проткнул бы клятого карлика насквозь. Упырёк уже заметил, что лезвие у меча великолепное — мертвяков режет, словно острый нож колбасу.
— Какого шура? — спросил Упырёк, опуская оружие. Надо всё-таки заказать где-то ножны. Вот пусть Гэри займётся, нечего без дела по кладбищу шляться, под руку лезть. — Ты что, не видишь, я занят?
— Пожалуйте свежатинки откушать? — Шиповник вынул из-за спины руку, в которой болталась ощипанная и освежёванная курица. Сарвен посмотрел на неё с подозрением — не зашевелится ли? Но курица определённо подпала под магию меча и не дрыгалась.
Но всё равно, Дарду сейчас не очень-то хотелось мяса. Пожалуй, совсем не хотелось. Он повёл носом и сказал:
— Отдай… это… ученику. Пусть, что ли, суп сварит.
Он не был уверен, что Тоби справится с обедом, но ученика ведь надо чем-то занимать? Вот, пусть учится готовить. Это полезное умение, не всякий может нормальный суп сварить. Мысль о бульоне даже как-то приободрила Дарда.
Клятый карлик потащил дохлую птицу в дом, а Сарвен, оглядев напоследок вверенную ему территорию, вздохнул и на всякий случай вытер чистое, сверкающее на утреннем солнце лезвие полой рубашки. Его пробрала дрожь — пожалуй, прохладно ещё для того, чтобы выскакивать наружу не одетым как следует. Как он сразу не заметил холода?
Упырёк поплёлся в сторожку. Тоби уже управился с завтраком — поджарил картошку, нарезал ветчину и белый пышный хлеб. Шустрый мальчишка, ничего не скажешь. И эмоции у него хорошие — жизнелюбие через край. Как только в приюте не убили его жизнерадостность, непонятно. Наверное, это потому, что Тоби слишком мало времени там провёл.
— Быстро ты, — одобрительно сказал Дард.
— Да это всё просто, — широко улыбнулся Тоби. — Я и одной рукой бы справился!
Сарвен помрачнел и поднял к лицу левую руку. Пальцы слегка потеплели, сморщенная кожа посветлела и немного разгладилась. Однако онемение не прошло. Шевелить пальцами как следует у него не получалось. Тоби ойкнул и, забрав у Гэри тушку курицы, сделал вид, что очень, очень занят готовкой. Даже принялся что-то там ощипывать и мыть — Дард не очень знал, какие ритуалы полагаются при готовке бездыханной куриной тушки.
— Иди ешь, — Дард подумал, а не дать ли ученику подзатыльник, но левая рука плохо слушалась, а в правой он всё ещё держал меч. С огромным сожалением Упырёк поставил оружие в угол за картофельным ларём и кивнул карлику. — Гэри! Ты умеешь делать ножны? Или знаешь, кому заказать?
— Поспрашиваю, господин!
Гэри с таким обожанием уставился на Дарда, что тому стало не по себе. Он вдруг представил возможное развитие событий: со всех сторон к сторожке стекаются преданные слуги, которые вот так заглядывают ему в лицо, ища участия и одобрения от «господина». Ни минуты свободного времени, ни секунды покоя, ни малейшей возможности уединиться — повсюду снуют клятые карлики и заискивающе квакают «господин!» По нужде спокойно не сходишь, поспать нормально — не поспишь, только и слышишь угодливое «господин» сутки напролёт. Ужас какой.
Тоби, видимо, догадался, о чём подумалось учителю, и широко ухмыльнулся. В его глазах не читалось ни малейшего преклонения перед учителем.
— Всё на столе, — сказал он, ставя три тарелки и наполняя их жареной картошкой. — Предлагаю употребить внутрь.
Дард и Тоби принялись за еду, а клятый карлик с умилением смотрел на них, портя своим идиотским видом аппетит.
Часть 2. Глава 7. Человеческие обломки
Временно заняв кабинет Венделы, дознаватель Эдвард Гисли никак не мог избавиться от множества женских мелочей, которые переполняли эту небольшую и, надо сказать, уютную комнату. Бумаги старшего офицера он пока что не трогал, только сложил в стопку и отодвинул на край стола. Но расчёски с запутанными рыжими волосами, щётки для одежды, зеркальца, миниатюрные ножнички,
