как внутри все ломается. И в этот момент я понимаю, что хочу согласиться, несмотря на риски, даже если не могу вымолвить ни слова.
* * *
Этот день пролетел неожиданно быстро. Мы с Булатом негласно перешли на нейтралитет и больше не затрагивали серьезные темы. Эля скоро проснулась и мы посвятили остаток дня ей, даже вместе готовили ужин, пока малышка ковырялась в овощах на своем детском стульчике.
К ужину мы уже устали, но настроение было на удивление легким. Даже Булат выглядел расслабленным, когда подавал Эле ложку с ее любимым пюре.
— Па-па, — вдруг пробормотала Эля, уставившись на него и хихикнув.
Булат застыл на мгновение, а потом рассмеялся.
— Ну вот, ты снова это сказала! — восхитился он, мягко тронув ее за щечку. — Это уже официально, Алиса. Она умеет говорить папа. И не спорь со мной снова!
Мы с ним немного спорили на эту тему, когда Эля впервые начала произносить эти два слога, потому что мне казалось, что это просто звук, а не попытка назвать отца. Теперь и я вынуждена с ним согласиться, Эля говорит «папа» уже осознанно.
— Хорошо, твоя взяла, — смеюсь я. — Наша умничка умеет звать папу, да Эля? Совсем уже взрослая девочка.
Вечер продолжается в такой же уютной атмосфере.
* * *
Уложив Элю спать, я уже устроилась в своей комнате, переоделась в мягкую пижаму и улеглась на кровать. Мне нужно время, чтобы переварить все, что сказал мне Булат. Но тишина не успевает стать спасительной — дверь тихо скрипит, и я вижу, как он заходит внутрь.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, садясь на кровати.
— Иду к тебе, — отвечает он просто, закрывая за собой дверь. Его голос звучит спокойно, но в то же время твердо.
— Булат, это моя комната, — напоминаю я, чувствуя дрожь от волнения.
— Твоя, но я хочу быть рядом, — он подходит ближе, садится на край кровати и смотрит мне прямо в глаза. — Не выгоняй меня, пожалуйста.
Я молчу, не зная, что сказать. Но вместо того чтобы уйти, он ложится рядом, его лицо оказывается так близко, что я чувствую его тепло.
— Сегодняшний вечер был потрясающим, — говорит он тихо, его взгляд становится мягче. — Я не знаю, как сказать это лучше, но… спасибо, что ты есть.
— Булат… — начинаю я, но он перебивает.
— Я знаю, что ты боишься, — его голос становится ниже, но он все так же мягок. — Но я хочу, чтобы ты знала: я никуда не уйду. Ни сейчас, ни потом.
Я не успеваю ответить, потому что он наклоняется и целует меня. Его губы теплые, нежные, но в то же время требовательные. Я чувствую, как мои сомнения начинают растворяться, уступая место чему-то более сильному — желанию.
Булат медленно обнимает меня, его руки скользят по моей талии, притягивая ближе. Я не сопротивляюсь. На этот раз я не хочу спорить, не хочу говорить, что это ошибка. Я просто хочу быть здесь, с ним.
Когда он укладывает меня на спину, нависая сверху, его движения остаются такими же мягкими, но уверенными. Его руки изучают каждый сантиметр моего тела, его прикосновения вызывают волны тепла, которые разливаются по всему моему существу. Я чувствую его тепло, его силу, и впервые за долгое время позволяю себе быть уязвимой.
Эта ночь становится для нас новой отправной точкой. На этот раз я не сопротивляюсь. Я просто доверяюсь ему, позволяя моменту быть таким, какой он есть.
Глава 26
Прошло два месяца, и жизнь обрела неожиданный ритм. Булат окружает меня заботой, нежностью, делает все, чтобы я чувствовала себя желанной и нужной. Иногда мне кажется, что он читает мои мысли, предугадывает, что мне нужно, еще до того, как я об этом скажу. Его внимание и доброта трогают меня до глубины души, но где-то в этой глубине все еще сидит страх. Страх, что это все может закончиться. Я не могу заставить себя признаться ему в своих чувствах. Каждый раз, когда он говорит, что любит меня, я не отвечаю тем же и он это замечает, но не обижается и не обостряет на этом внимание, показывая удивительное терпение. Я действительно чувствую себя принцессой в этих новых отношениях.
Эля тем временем растет. Она становится более активной, любознательной, и ее лепет с каждым днем становится осмысленнее. Недавно она впервые сказала «мама». Я не учила ее этому, и все же это слово прозвучало так естественно, что я не смогла ее поправить. Вместо этого я почувствовала, как внутри все согрелось, будто этот звук был именно для меня.
Булат, услышав это, лишь улыбнулся, но ничего не сказал. Я знаю, что он тоже заметил перемены в наших отношениях. Мы стали по-настоящему семьей, и даже мои родители, которые изначально относились к Булату с недоверием, стали не так сильно давить на него и немного смягчились.
Я чувствую себя очень счастливой, моя жизнь играет яркими красками, но все это рушится в один момент.
Очередной выходной день начинается для нас, как обычно. Эля играет на ковре в гостиной, я читаю книгу, а Булат заканчивает разговор по телефону в соседней комнате. Все идет спокойно, пока в дверь не звонят. Я открываю, и на пороге стоит Настя.
— Привет, — говорит она холодно, ее глаза чуть прищурены, а выражение лица — недовольное. — Булат дома? Есть разговор, лучше покончить со всем этим побыстрее.
Я чувствую, как внутри поднимается тревога.
— Конечно, проходи, — отвечаю, стараясь звучать ровно. — Он разговаривает по телефону, скоро освободится.
Настя заходит, ее взгляд тут же падает на Элю, которая с радостью тянется к новому взрослому в комнате. После того, как Настя забрала Элю недавно на пару часов, малышка стала лучше к ней относиться и уже не сторонится, как раньше.
— Ну, моя девочка, — говорит Настя, поднимая ее на руки. — Как ты тут? Не забываешь свою маму?
Я молчу, чувствуя, как внутри все начинает сжиматься. Эля смотрит на нее немного растерянно, а потом произносит:
— Мама! — и тянет руки ко мне.
Настя застывает. Ее лицо мгновенно краснеет, и она оборачивается ко мне.
— Что это? — спрашивает она резко. — Что она только что сказала?
— Она сказала «мама», — отвечаю я спокойно. — Она
