— Спросил Томми.
— Я не трону ее, — прорычал Ноа, вырываясь из рук друга.
Отпустив Ноа, Томми медленно попятился.
— Я избавлюсь от него, — добавил он, глядя на меня с неприкрытым отвращением.
Как только он закрыл за собой дверь, Ноа взбесился.
Голыми руками оторвав один из комодов от пола, он швырнул его в стену, и штукатурка треснула, когда он с громким стуком приземлился.
— Блять! — Зарычав, он схватил вазу и швырнул ее через всю комнату.
Я в ужасе смотрела, как ваза разлетается на куски.
Во что, черт возьми, я вляпалась?
Этот человек был жестоким, он был невменяемым — опасным.
Так почему же у меня возникло непреодолимое желание утешить его?
Успокоить его.
Когда я успела стать мазохистом?
Все внутри меня говорило мне бежать.
Убираться отсюда к чертовой матери, пока он не натворил чего похуже.
Я не пошевелила ни единым мускулом.
Подойдя к окну, Ноа повернулся ко мне спиной и заговорил.
— Что он здесь делал? — Его тело сотрясала сильная дрожь. Мебель разлетелась вдребезги, осколки стекла разлетелись по всей комнате. Он так сильно вцепился в подоконник, что на его жилистых руках вздулись вены. — Почему он был здесь, Торн?
Я осторожно приблизилась.
— Я знаю, как это, должно быть, выглядело, но ты должен поверить мне, когда я говорю, что понятия не имею, почему он был здесь. — Покачав головой, я попыталась придумать, как лучше объяснить эту бурю дерьма, но безуспешно. — Я была в ванной, а когда вышла, он был просто... тут. Меня подставили.
Ноа невесело рассмеялся.
— Подставили.
— Да! — Я энергично закивала. — Меня подставили.
Сокращая расстояние между нами, я обхватила его руками за талию и прижалась щекой к его спине, но Ноа был против. Он грубо оттолкнул меня, прежде чем повернуться ко мне лицом.
— Ты сделала это нарочно? — спросил он, его голос был едва слышен. - Притворилась, что заболела, чтобы сбежать от меня и встретиться с ним?
— Что? — Я упиралась. — Конечно, нет. Я же сказал тебе, меня подставили.
— Уже слишком поздно бросать меня, — выпалил он, как будто эта мысль только что пришла ему в голову. — Я не такой, как Джордан, Торн. Ты не уйдешь от меня без боя.
— Я совсем не хочу с тобой расставаться! — Закричала я, отчаянно пытаясь заставить его успокоиться. — Ты мой муж.
— Я не могу... — Проведя рукой по волосам, Ноа схватил свой бумажник с комода и направился
к двери спальни.
— Куда ты идешь? — В ужасе спросила я.
Тон Ноа был резким.
— Вон отсюда.
— Я не сделала ничего плохого. Ты не можешь просто так уйти от меня. — Я закричала. — Мы еще не закончили разговор.
— Я закончил, Тиган. Я, - бросил он через плечо, не останавливаясь. — Но, эй, если тебе станет одиноко, ты всегда можешь позвать его снова.
— Ноа! — Вскочив, я бросилась за ним. — Не уходи. — У меня вошло в привычку гоняться за этим человеком. В ту секунду, когда мой взгляд упал на шестиструнную гитару розового дерева, лежащую на диване, мои ноги резко остановились. — Мартин?
Я подошла к шестиструнке так, словно это был оазис, который мог исчезнуть в любой момент.
Приблизившись к гитаре, я протянула руку и провела пальцами по струнам. Мои глаза блуждали по гитаре. Он выглядел точно так же, как тот, что подарила мне мама, когда я была ребенком.
— Это... — Сделав паузу, я покачала головой и провел пальцами по струнам. На глаза навернулись
слезы. — Зачем ты это сделал?
— Я заказал его некоторое время назад, — хрипло сказал он. — Должно быть, привезли сегодня вечером.
Я не знала, почему была такой эмоциональной.
Я была сделана из более прочного материала, чем этот.
Плакать из-за мужчин, потому что они задевали мои чувства, было не в моем характере.
Плакать, когда мужчина покупал мне подарок, было еще более не в моем характере.
— Я не мог позволить себе заменить его для тебя в школе, — добавил Ноа резким тоном, напрягая челюсть. — Теперь я могу.
— Но тогда ты его не ломал.
Он не ответил.
— Спасибо, - выдавила я. — Это много значит для меня.
— Делай с этим, что хочешь. — Бросив последний взгляд, он направился к двери. — Используй это
как дрова, мне все равно.
ГЛАВА 24
Ноа
— А что насчет тебя? — прорычала Тиган с порога нашего гостиничного номера. — Целуешь всех этих фанаток. Занимаешься проституцией и гастролируешь, как будто ты божий дар для женщин. Не рассказываешь мне о том, что эта шлюха Риз снова шныряет вокруг.
Остановившись на полпути по коридору, я повернулся к ней лицом и с отвращением прищурился.
— Ты правда собираешься швырять мне в лицо дерьмо после того, что я только что увидел?
— Да, — прошипела она. — Потому что ты ничего не видел. — Захлопнув дверь, Тиган направилась по коридору к тому месту, где я стоял. — Я ни черта не сделала, Ноа.
Я почувствовал, как моя кожа вспыхнула от гнева.
Я был на взводе.
Черт возьми, я был вне себя от гнева.
Я был вне себя от ярости…
— Тогда почему он был в нашей спальне, Торн? — Прорычал я ей в лицо. Тиган разрушила этот
фундаментальный элемент доверия внутри меня много лет назад, и то, что я увидел сегодня вечером, просто разрушило все, чего я добился. — Скажи мне, почему он был там с тобой наедине?
— Я уже говорила тебе, — прорычала она. — Меня подставили.
— Прекрати, блять, врать мне. — Мне нужно было взять себя в руки, но я больше не мог этого выносить. — Скажи мне чертову правду, Тиган. — В глубине души я знал, что этому должно быть логическое объяснение, но логика не приходила мне в голову прямо сейчас. А гребаный реализм того, что я увидел его в той комнате с ней?
Это, блять, убило меня.
И осознание того, что это, черт возьми, моя собственная вина, что он вообще прикоснулся к ней?
Что ж, это вывело боль на совершенно новый уровень.
— Я тебе наскучил? — Моя боль выплеснулась наружу, как гребаный яд, и Торн стала
