Правда, действовать приходилось все же аккуратно — не очень хотелось выставлять себя перед друзьями каким-то пророком, ведь они и так к нему после вчерашнего происшествия в лесу относились с явной настороженность.
От плана позвонить в милицию ему тоже пришлось отказаться. Во-первых, это, опять же, выдавало его с потрохами перед ребятами, во-вторых — милиция могла спугнуть террористов, и те наверняка бы залегли на дно, или рванули взрывное устройство в каком-нибудь другом месте.
Максим мог уповать только на свои внезапно открывшиеся сверхспособности воина и на точные сведения об опасном объекте. Сейчас он уже не сомневался в себе, зная, что при случае может противостоять любому, абсолютно любому противнику.
Лишь только они очутились на злополучном центральном рынке города Курска, время для Максима стало замедляться. Нет, с этой таинственной субстанцией ничего не произошло, просто темп жизни Громова многократно возрос, и теперь окружающий мир казался ему вязким, тягучим, противоестественным. Звуки стали протяжными, глухими, появились ранее не слышимые шелест и треск.
Громов, сам того не ведая, разделил свое сознание. Одна его часть, как ни в чем не бывало, продолжала общаться с друзьями, исполнять роль обыкновенного парня, вторая — просеивала через себя все окружающее пространство, ища способы предотвратить катастрофу. Как это ему удалось сделать, Максим не понимал, он просто в один прекрасный момент осознавал, что может проделать с собой тот или иной трюк, пока еще не подозревая, что расплачиваться придется за все.
Мимо прошли две женщины, закутанные в шерстяные платки даже несмотря на то, что стояла тридцатиградусная жара. Приглядываться к ним Громов не стал, прекрасно зная, что произойдет в скором времени.
— Я сейчас, — бросил он друзьям, отходя к тому месту, где должен были появиться ярко красные Жигули, и, делая вид, что рассматривает витрину с товаром.
Приближающийся автомобиль со смертником в качестве водителя он видел внутренним зрением (термин этой способности Максим придумал сам) и сейчас готовил себя к сверхскоростному действию, наподобие того, что он демонстрировал на поляне.
Но в этот раз все проходило по-другому. Той пустоты, того спокойствия и полного понимания ситуации Громов не ощущал. Чего-то не хватало, а чего именно — он не понимал.
Шестерка, меж тем, проехала поворот, и появилась в поле зрения. До взрыва оставалось еще каких-то пять максимум десять секунд — для реального мира практически ничто, для Громова, в его теперешнем состоянии — сродни вечности. Но как заставить себя действовать? Как вызвать то так необходимое сейчас состояние?
На мгновение пришел страх, ворвался подобно голодному волку в загон для овец, разметал стройный порядок мыслей, разбил сознание на миллиарды мелких фрагментиков. Изо всех сил соображая, что ему делать дальше, Максим, опять же неосознанно, позвал на помощь. Только сделал он это не традиционным способом, а как бы крикнул в себя, обращаясь к кому-то, засевшему внутри.
И этот некто отозвался, раскрылся перед напором разума Максима, помог собрать сознание воедино и…
Для всех, кто сейчас мог наблюдать Громова, он исчез, растворился в воздухе, только, конечно, никуда он не исчезал и не пропадал, просто темп его жизни возрос настолько, что остальные люди просто перестали его фиксировать.
Максим бросился на пределе сил к машине, не стал даже тратить время на то, чтобы открыть дверь, пробивая мощнейшим ударом ладони в форме копья стекло, и смертник, готовый взорвать себя и окружающих не успел привести в действие адский механизм. В то же время Громов, двигаясь все так же молниеносно, нечеловечески быстро, вернулся на то место, где как бы рассматривал понравившиеся ему в витрине товары.
Никто не понял, что произошло на их глазах, даже Григорий не успел ничего заметить и понять. Ему лишь показалось, что его друг на мгновение пропал, и тут же появился на том же месте.
И в этот самый момент Максиму пришлось расплачиваться за сверхъестественные способности. Впечатление было такое, что все тело сразу, в один момент заболело, загудело. Под ногти воткнули острые иглы, суставы сдавили тиски, дыхание перехватило, затошнило. В глазах все потемнело, уши заложило, Максим едва не упал на асфальт, но вовремя подоспел Григорий, поняв, что с другом что-то не то.
— Ты чего? — спросил он Громова, поддерживая его за руку.
— Тепловой удар, — промямлил Максим. Врать было не приятно, но того требовала ситуация. Не мог же он сказать, что за какие-то доли секунды он грохнул террориста, спасая тем самым десятки жизней.
— Да, на улице жарко, а ты еще после вчерашнего.
Григорий незамедлительно купил бутылку воды, половину вылил на голову Максиму, половину дал ему выпить.
— Ну, как полегчало?
— Более-менее… Еще дай водички.
После второй стало еще лучше, перед глазами перестали бегать разноцветные насекомые, предметы приобрели истинные свои очертания и цветовую гамму.
— Да нервничать мне вредно, — попытался пошутить Максим.
— Нервничать вообще вредно, лучше жить размеренно и спокойно, без сюрпризов так сказать.
— А, по-моему, это скучно, — заявила Лена.
— Ты хочешь сказать, что вот так — гораздо веселей? — Григорий показал пальцем на своего друга.
— Нет, так не веселей, я про процесс жизни в целом. Размеренность делает людей зависимыми от постоянства, они уже не способно адекватно ответить на вызовы судьбы, которые бывают, как не пытайся ты их избежать.
— Ты у нас философ прям.
Через пол часа молодые люди были уже дома. Вечером по новостям передали о великолепно проведенной спецоперации в результате которой удалось предотвратить взрыв на центральном рынке города Курска. Начальник городского ФСБ вовсю живописал о многомесячной кропотливой работе, в результате которой была полностью ликвидирована опасная группа террористов, заброшенная в область с целями проведения нескольких диверсий. Разумеется, большинство людей в это поверили, однако только один человек на свете знал, что на самом деле произошло, но он пока даже не догадывался, что за чудовищные и чуждые человечеству силы за этим стояли.
Глава 8
Тревожный вызов
Настроение приходилось поддерживать искусственным путем — всевозможными гимнастиками, которых Виктор знал огромное количество, да медитативными практиками. С того памятного визита в скрытый под теремом бункер прошел уже почти месяц, однако таинственный незнакомец отца так и не объявился.
Виктор спускался в комнату-хранилище космических артефактов еще пару раз, подолгу рассматривал голограмму Домена на всех уровнях — от звездной системы до уровня целикового Домена — держал в руках черный и красный камни-кристаллы неизвестного происхождения и назначения, изучал, хоть и чисто визуально, инопланетные системы оружия и пытался вникнуть, понять истинную суть происходящих событий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
