Это все.
— Учебник Чарновского? — Он включил прозрачный пластиковый чайник.
— Э-э-э. Скажем так. Частная методичка.
— Боярские методики? — Настороженно спросил маэстро. — Или эти дебильные справочники, которые заполонили «Всемирный Эфир»?
— Боярские. Так что?
— Боярские. Х-м-м. И сейчас эти методички недоступны? — Посмотрев на мою каменную физиономию, Геллер продолжил. — Ладно. Не мое дело в общем-то. Что вы рассчитываете от меня получить? Вы выглядите как человек, который хочет решить какую-то конкретную задачу.
— Курс материаловедения в основном. Что для каких ритуалов лучше подходит. Долговечность, стойкость материалов. Методики, связанные с очисткой дряни. Я ликвидатор. Хотел бы повысить личную эффективность. Насчет энергии — ритуал же никто не мешает запитать от накопителя, насколько я знаю.
— Ликвидатор. Ага. Так понятнее. — Он налил в кружку кипяток, бросил в нее два пакетика чая из разных коробок и протянул мне. — Сахар на стойке, если надо.
Я вежливо взял кружку и поставил ее на стойку. Чай пах голимой химией. С моим восприятием, я такое выпить не смогу.
— Мне есть что вам предложить. Сперва мы проверим имеющиеся навыки. Выполните несколько простых заданий по самостоятельному созданию схемы ритуала. По поводу материалов: поделюсь с вами хорошими учебниками. Из тех, что отсутствуют в общедоступных источниках. Когда определимся с вашими навыками, я составлю для вас индивидуальный курс обучения.
— Отлично! — я энергично потер руки. — Какова стоимость ваших услуг?
— Час — пятнадцать рублей. — Геллер почесал волосатую грудь, видневшуюся в вырезе майки. — Час академический — то есть сорок пять минут. Минимальное занятие — два часа. Больше можно. Меньше нет. Плюс расходники, за ваш счет. Для практических занятий. Плата за занятия — предоплата, записываешься на время и вносишь, за сутки минимум. Хочешь, ходи. Хочешь, не ходи. Я капать на мозги и звонить с напоминаниями не буду. Все ясно?
— Все кристально ясно, сенсей. — Я тоже, кажется, нацеплялся этих дурацких японизмов. — Могу внести предоплату за, скажем, десять часов занятий, а потом пополнять депозит.
— Можешь, наверное. С Валей поговори. Валя у нас бухгалтерией рулит.
— Всё-таки он или она? — Спросил я. — Догадаться нелегко. Пахнет эстрогеном. На вид мужик.
— Это, вообще-то, не ваше дело, Орлов. — Справедливо заметил «сенсей». — При Вале только такие вопросы не задавайте. — Скользнув по моей крепкой фигуре взглядом, посоветовал мне Геллер. — Валя очень любит драться. А мне здесь сломанная мебель и лужи вашей крови не нужны. Но вообще Валя не определился. В один день может говорить о себе в мужском роде. В другой в женском. Короче, как я и сказал, не ваше дело. Просто игнорируйте.
— Хорошо. — В каждой избушке свои погремушки.
Он прав, его странный помощник, совершенно не мое дело. Сомневаюсь, что с таким подходом, у сенсея Геллера куча клиентов. Хотя что я о нем знаю? По сути — ничего.
— В общем, утрясите остальные вопросы с Валей. — Он забрал у меня чашку и отхлебнул. — Если чай не нравится, можете свой приносить. Идите уже.
С Валей, кем бы он или она сегодня не были, мы договорились довольно быстро. Речь шла о деле, и помощник Геллера демонстрировал потрясающий профессионализм. Если отвлечься от внешнего вида, уровень подготовки и реакции тянул на ассистента главы боярской семьи. Не личного секретаря, это совсем другая должность. А именно ассистента. Пах он-она очень странно. Почти совсем не чувствовался запах пота. Зато витали вокруг него нотки дряни. Слабые, еле уловимые. Но все же. Нечеловеческий запах, понял я, направляясь на выход. Валя — мутант.
Выйдя от Геллера, я пересек улицу и устроился в небольшом заведении с надписью «Пельменная» на вывеске. Втянув ноздрями воздух, я понял, что ничего здесь заказывать не буду. Хотя опять был голоден. На дежурство я себе ничего купить не догадался, а после так и не поел.
Через минуту, правильно расшифровав мой сигнал, ко мне подсела Кэт. Она очень профессионально «приклеилась» ко мне при входе на уровень. Я, даже зная о наблюдении, несколько раз ее терял.
— Привет, красотка. Я так понимаю, пока пусто? — Спросил я ее, наблюдая, как к нам направляется массивная официантка.
— Пока да. Или он суперпрофи. Или так и не вышел на твой след. Или следит дистанционно, через ментовские или частные камеры, например.
— Че брать бум? — Официантка нависла над нами сальной оплывшей горой, почесывая голый локоть.
— Мне две бутылки минеральной воды. — Сказал я, прикинув, что здесь можно употребить без критического урона организму. — И чистый стакан. Девушка сама закажет. Я заплачу.
— У нас все стаканЫ чистые. — Заявила мечта каннибала. — У столовой три звезды. Могешь проверить.
— Верю. Примите у девушки заказ.
Взяв у Катерины заказ, она убралась в сторону кухни, ворча что-то вроде: «Ходят тут, нос воротят. У нас полсектора столуется…»
Буквально через несколько минут к нам присоединилась Истомина. Деланно безразлично мазнув взглядом по Кэт, она выложила на стол папку с распечатанными документами.
— Только для изучения. — Предупредила она. — Забрать с собой не получится. Фотографировать нельзя. Ты не мог место поприличней для встречи выбрать?
— Честно? Наугад ткнул в смартфон, пока сюда ехал. Ну что? Приступим?
— Такое впечатления, что я целые сутки сломанный пазл собирала. — Пожаловалась Истомина.
— Но что- то нашла?
— Что-то нашла. Слушайте.
Пришла пора узнать нашего господина-невидимку поближе.
Глава 21
Следы на песке
Главное: Истоминой удалось обнаружить «шкурку» предполагаемого реципиента. Методом исключения из трех наиболее вероятных вариантов был выбран самый подходящий.
Некий подданный въехал на территорию района позавчера. Вернее, не въехал, а появился. Ранее не фиксировавшийся профиль реестра подданных засветился при вхождении в «Эфир» и посещение сайта собственников жилья Соколовского района четыре дня назад. Подданный по фамилии Гарнец был чист аки младенец. Непонятно, кстати, почему регулярно уделывающих пеленки младенцев считают за эталон чистоты. Возможно, имеется в виду чистота душевная.
В нашем же случае профиль был чист просто подозрительно. Подданный империи сорока трех лет от роду: не был, не состоял, не замечен. Ни одного привода или административного штрафа. Ни единой пометки налоговых или любых других государственных органов. Не работающий. Государственные ящики для уведомлений девственно чисты. Но главное, он явно питался святым духом. За те три месяца, что были выпущены банковские карты, привязанные к его профилю, прошло всего несколько мелких транзакций. В основном приход наличными через банкомат. И снятие. И все это в течение последней недели.
Ничего удивительного бы не было, будь он резидентом третьего уровня любого из районов или земским обывателем. Но его официальное место жительства значилось как четвертый уровень района Скворцовых. А
