Это все в доме Захри. И это столько нового отрывало в нем для нее. Хотя… Достаточно было вспомнить те брутальные ботинки на толстой подошве, которые он ей тогда из гардероба вытащил. Настроение улучшилось от мысли, что у них схожие вкусы.
Пока Рази осматривалась, Мария подошла к духовому шкафу, заглянула через стекло и сказала:.
— Сейчас, еще буквально пять минут. И можно будет начинать экскурсию.
— Угу, — кивнула Рази.
Ее сейчас очень интересовал другое.
— Скажите, Мария, как зажигать эту плиту? — спросила Рази, вспоминая свой печальный опыт взаимодействия с жаровней на острове.
— Эту, — улыбнулась женщина. — Очень просто. Нажимаете на сенсоры вот здесь и здесь.
И стала показывать. Рази смотрела и запоминала, в конце концов, это не взрывоопасно, у нее должно получиться. Она хотела спросить еще что-то, но тут раздался мелодичный звон. Сработал таймер.
— Одну минуточку, — засуетилась Мария. — Сейчас вынем булочки, и потом можем начать осматривать дом. Вы с чего начать хотите? А может, чаю?
Она говорила, одновременно ловко вытаскивая из духового шкафа противень. Одуряюще запахло выпечкой, Рази уже согласна была на чай. Но тут раздался топот в холле, какая-то возня…
Мария мгновенно сделалась серьезной, они переглянулись и бегом бросились в холл.
ГЛАВА 48
В холле оказалось неожиданно много мужчин. Все в темной форме, похожей на военную, лица закрыты масками. Двое из них удерживали за плечи молодую темноволосую женщину, а она прижимала к себе мальчика лет пяти. Такая, невысокая, ладненькая, темноволосая, ничем особо не примечательная. Мальчик темненький…
Женщина ругалась, слабо выкрикивала срывающимся голосом:
— Отпустите нас! Не смейте трогать моего ребенка!
В синих глазах сверкала ярость, она готова была биться до конца, но слишком неравны были силы. Женщину держали аккуратно, не причиняя физических повреждений, но и достаточно крепко. И никто на обращал внимания на ее бессмысленные попытки вырваться, криков никто словно и не слышал.
Мороз по коже.
Захри сказал, что женщину брата с ребенком доставят уже сегодня? Выходит…
Это были они.
— Отпустите их немедленно! — бросилась вперед Рази.
Она сама не ожидала, но мужчины в темной форме отреагировали немедленно. Кивнули ей и тут расступились, а потом вообще исчезли. В холле остались они с Марией и испуганная женщина, прижимавшая к себе мальчика.
Стояли друг против друга, а напряжение такое, хоть ножом режь. Теперь молодая женщина со страхом и непониманием смотрела на Рази, видимо, посчитав ее заказчицей похищения и виновницей всех своих бед.
— Отпустите нас! — с жаром сказала женщина. — Прошу!
Ситуация становилась абсурдной. Они переглянулись с Марией, и Рази попробовала как-то сгладить все это.
— Не надо бояться, вам ничего не грозит, — сказала она.
Но та словно не слышала.
— Пожалуйста! Я заплачу любые деньги! — продолжала она, озираясь затравленно.
Это уже затягивалось. Мария выставив вперед ладони, показывая, что у нее в руках ничего нет, и попыталась позвать мальчика:
— Ой, кто это тут у нас… Как тебя зовут?
— Убирите руки от моего сына! — взорвалась криком женщина.
Схватила ребенка и спрятала его за спину, а сама приготовилась защищаться. Рази схватилась за голову. Так нелепо, просто немыслимо! Хотя, окажись она сама на месте этой женщины, которую, ничего не объясняя, просто выдернули из родного дома какие-то громилы в масках? Что бы она подумала?
Надо объяснить.
— Вы все не так поняли, — снова попыталась она. — Вы в безопасности, вы и ваш ребенок. Давайте поговорим спокойно…
— Что вам нужно от нас?! — снова выкрикнула та.
И вдруг осеклась и застыла.
Потому что в холле появился АзатХан. Рази видела, как меняется лицо женщины, искажаясь ненавистью и презрением.
— Ты?! — прошептала она, скривив губы.
А в глазах понимание, ярость, боль, страх. Она пятилась к стене, прижимая к себе темненького мальчишку и шептала:
— Ты… Подонок! Не приближайся… Я не отдам тебе ребенка. Никогда. Слышишь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но он оказался проворнее, перехватил ее. А мальчик остался стоять у стены один.
— Мила! Успокойся! — рыкнул Азат, продолжая прижимать к себе молодую женщину, и обернулся к ним. — Мария, уведите ребенка.
— Не смей! — сдавленно выкрикнула, ударяя его кулаками куда придется.
Но он не обращал внимания на удары и тычки и продолжал обнимать ее.
— Тихо, тихо… Все. Давай поговорим спокойно.
Однако там далеко было до спокойствия.
Понимая, что надо было что-то делать, они с Марией переглянулись. И та стала звать мальчика, доброжелательно улыбаясь ему:
— Пойдем, попьем чаю? А мама с папой поговорят. Да?
Мальчик за все это время не проронил ни слова, не заплакал. Худенький, смуглый, темные волосы и синие глаза. Рази пыталась разглядеть в нем черты Азата, но вдруг поняла, что он похож на нее, только другие краски. И от этого понимания сердце невольно перевернулось, разом признавая в ребенке родную кровь, и наполнилось теплом.
— У меня есть такие булочки! Попьем сейчас с тобой чаю, а мама с папой поговорят и придут,
— увещевала Мария, уводя мальчика с собой.
Рази постояла еще секунду, потом, понимая, что ее присутствие тут излишне, тоже ушла в кухню.
* * *
Когда она через некоторое время она выглянула в холл, эти двое уже не дрались, а просто стояли рядом. Было что-то такое в том, как Азат обнимал молодую женщину, положив подбородок на ее макушку.
Ей стало неудобно подглядывать, стараясь не шуметь, Рази вышла на террасу. Хотела подойти к парапету, но тут услышала в холле голос Захри и сразу же вернулась обратно.
— Уже здесссь? Хорошо.
Захри стоял в центре холла, сумрачный, жесткий, в деловом костюме он казался стальным. У Рази сердце ёкнуло. А женщина, увидев его, появившегося ниоткуда, снова испуганно сжалась. Он скользнул по ней косым взглядом и бросил Азату:
— Времени мало. Заканчивай тут, потом наговоритесь.
Азат что-то шепнул женщине и выпустил ее из объятий. А Захри обернулся и сказал:
— Рази, займисссь ими, — потом подумал и добавил: — Ссскорее всего, вернемся поздно.
И они с Азатом ушли.
Не понравился Рази взгляд, которым женщина проводила Захри.
Однако надо было что-то предпринять, не стоять же так в холле. Стараясь не делать резких движений, чтобы не пугать женщину еще больше, Рази подошла к ней и проговорила:
— Мы так и не познакомились. Меня зовут Рази. Я сестра Азата.
— Я Мила, Мила Саймон.
Женщина говорила на английском. Но, по счастью, внутренняя магия дома полностью снимала языковый барьер, иначе сложно пришлось бы Рази с ее скудными познаниями в английском. Впрочем, ей и так пришлось непросто, потому что Мила сразу ощетинилась тревогой:
— Где мой сын?!
— Пойдем, я провожу, — сказала Рази.
Та сосредоточенно кивнула, нервным жестом поправляя одежду. Оглянулась в холл, вздрогнула и выдавила сквозь зубы:
— Какой… страшный человек, холодный, жестокий!
Рази стало неприятно. Она выпрямилась и сказала:
— Этот неприятный мужчина сейчас занят тем, что спасает жизнь и будущее состояние твоего ребенка.
Та бросила на нее взгляд исподлобья и пробормотала:
— Простите.
Ну вот, теперь между ними выросла колючая стена. Рази мысленно закатила глаза, представив, как сложно будет объяснять ей ВСЕ. Та и без того была напугана и насторожена до предела. А если еще узнает про то, что они Наги и что их истинный дом подземный мир, истерика обеспечена.
Поэтому она решила подавать информацию осторожно и дозированно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ничего, я понимаю, вы пережили тяжелые минуты, — сказала Рази. — Но поверь, если это было сделано именно так, значит, так было нужно. Вы были в опасности оба.
А та недоуменно покачала головой.
— Но же мы никому не делали ничего плохого. Кому могли помешать я или мой сын?
