– Монтана – рай для… лошадей, – запнувшись, проговорил ковбой. Первоначально он хотел сказать «ребятишек», но, вспомнив о том, что детей у них с Мэгги не будет, изменил конец фразы.
Совершенно забыв о своей выдумке и о том, что Чейз до сих пор считает ее бесплодной, Мэгги не обратила внимания на его запинку. Посерьезнев, она задала ему прямой вопрос:
– Чейз, ты хочешь на мне жениться? Я правильно тебя поняла?
– Ну конечно, солнышко. Мы обязательно поженимся, я ведь не намерен оставаться здесь дольше, чем на год-два. А потом мы сможем…
– Год-два?! – пораженно переспросила Мэгги. – А мне что прикажешь делать все это время?
– Ну… летом поживешь в хижине на участке.
– А тебе не кажется, что нам там будет тесновато? Посчитай-ка: ты, я, Расти.
Чейз нахмурился.
– Да, действительно, об этом я не подумал. Что ж, тогда ты останешься в Доусоне, а я буду приезжать к тебе каждую декаду или даже каждую неделю. Ей-богу, это не так уж плохо, зато уедем отсюда богачами.
– Нет, Чейз, так дело не пойдет. Я хочу вернуться в Сиэтл и уже купила билет на «Сьюзи». Пароход будет здесь через месяц.
– Что? – пришла очередь удивляться Чейзу. – Получается, я для тебя ничего не значу?
– Ну не надо, родной мой. Я люблю тебя, но ты почему-то считаешь, что наши желания совпадают целиком и полностью, а это не всегда так. Я, например, не знаю, понравится ли мне Монтана и смогу ли я жить там, ты же думаешь, что это само собой разумеется. Мне хочется, чтобы ты советовался со мной, принимая решения о том, где мы будем жить и чем заниматься.
– Но Монтана мой дом, – сдержанно заметил Чейз. – А жена должна ехать за мужем, всегда так было. Проклятье, Мэгги, мы так любим друг друга и, вместо того чтобы заниматься любовью, спорим всю ночь напролет.
– Что тебе мешает исправить положение? – поддразнила его Мэгги.
– Я так и сделаю, но сначала ты пообещаешь остаться в Доусоне и ждать меня. Ты можешь написать в свою газету и попросить увольнения. Или, что еще лучше, посылать свои статьи по почте. А когда мы вернемся в Монтану, тебе не придется работать, ведь у нас будет куча денег.
– Но я люблю свою работу, – возразила девушка. – Журналистика стала частью моей жизни, и я не могу от нее отказаться. Мне не хочется проводить свои дни в бессмысленном прозябании где-то на ранчо.
– По-твоему, быть женой и вести хозяйство – значит бессмысленно прозябать? – рассердился Чейз. – Значит, ты требуешь, чтобы я отказался от своего образа жизни и принял твой? Нет, детка, этого я тебе обещать не могу, но, черт побери, должен же быть какой-то выход, устраивающий нас обоих! Клянусь тебе, если он есть, я найду его.
– Когда? – скептически поинтересовалась Мэгги. – Через пару лет? И все это время я буду сидеть без дела и ждать неизвестно чего? Извини, Чейз, но мне лучше вернуться в Сиэтл. В конце концов, это мой долг перед газетой. Издатели щедро финансировали мою поездку, и я обязана отчитаться перед ними.
– Я не вынесу разлуки с тобой, – признался Чейз. – Хотя, с другой стороны, мне понятно, почему ты не хочешь остаться в Доусоне.
– Значит, ты согласен с тем, что мне следует вернуться в Сиэтл? – обрадованно воскликнула Мэгги. – Какой ты молодец, я буду ждать тебя там. Ждать столько, сколько потребуется.
– Будешь ли? – тоскливо спросил Чейз. – А может быть, твой отъезд только предлог, чтобы избавиться от меня? Я же грубый, неотесанный ковбой и совсем не пара тебе. Вот капитан Гордон – другое дело, он может предложить тебе что-нибудь поинтереснее ранчо в Монтане.
– Не впутывай в наши дела Скотта! – возмутилась Мэгги. – Я же сказала, что люблю тебя, а все остальные мужчины для меня просто не существуют.
– Ладно, детка, не горячись. Мы спорим уже два часа, а я так и не понял: ты не хочешь переезжать в Монтану или не хочешь бросать свою излюбленную журналистику?
Мэгги задумалась. Чтобы дать ясный и честный ответ на этот вопрос, ей пришлось глубоко заглянуть себе в душу.
– Работа для меня очень важна, но дело не только в ней, – медленно начала она. – Я не уверена, что мы с тобой готовы к взаимному обязательству. Подумай сам, ведь твое предложение подождать год-другой означает, что участок для тебя важнее нашей любви. И я не могу так сразу отказаться от того, чего добивалась многие годы. Мы любим друг друга, но разумнее будет пожить пока врозь, чтобы убедиться в прочности наших чувств. Ты согласен со мной?
– Нет, Мэгги, тут что-то не так. Отвечай прямо, остаешься ли ты в Доусоне? Если нет, то забудь обо мне и о том, что между нами было.
– Это ультиматум? – ахнула Мэгги. – Чейз, дорогой, но я же пообещала, что буду ждать тебя хоть всю жизнь.
– Здесь или на участке? – деловито спросил Чейз.
Мэгги печально покачала головой, понимая, что их разговор зашел в тупик.
– В Сиэтле. Я возвращаюсь к своим обязанностям, мой адрес ты знаешь.
– Ох, Мэгги, ну почему мне вечно не везет? Вот и ты хочешь меня покинуть, а ведь я люблю тебя так сильно, что готов забыть даже о твоем бесплодии.
– Бесплодии? – тупо переспросила девушка и тут же вспомнила о своем обмане. – Чейз, но я…
– Хватит, детка, завтра поговорим, я устал от споров. Позволь мне любить тебя, ведь времени у нас осталось не так уж много.
– О господи, Чейз, я так боюсь, – всхлипнула она, отчаянно прижимаясь к нему.
– Не бойся, милая. Доверься мне и увидишь, что все наши проблемы не стоят выеденного яйца.
– Может быть, тебе лучше уйти? Мне кажется, нам обоим надо хорошенько все обдумать.
– Ты права, но сначала я покажу, как сильно люблю тебя.
Больше не было сказано ни слова. Все исчезло для них, кроме одного – темноты вокруг и огня внутри.
Позже, когда усталость погрузила Мэгги в глубокий сон, Чейз выскользнул из постели, тихо оделся и вышел. Ему хотелось побыть одному и принять то единственно правильное решение, которое устроит их обоих.
ГЛАВА 14
Капитан Гордон запер свой кабинет и пошел к новым баракам, которые были построены на берегу Юкона буквально за одни сутки. С прибытием новой партии золотоискателей работы у него стало невпроворот. На столе скопились горы бумаги, но он даже не прикасался к ним, проводя все время в мечтах о Мэгги. Чем ближе подходил день ее отъезда, тем больше он думал о ней, и эти мысли не давали ему покоя.
Громкий смех и сердитые выкрики привлекли внимание Скотта к салуну, который славился своими буйными завсегдатаями. Он решил заглянуть туда и удостовериться, все ли в порядке. Увидев, что шум подняли двое что-то не поделивших старателей, Гордон решил не вмешиваться, предоставив им самим решать свои проблемы. Он уже повернулся, чтобы уйти, но в этот момент заметил Чейза, сидевшего за угловым столиком. Поразмыслив, Скотт решил подойти к нему. Он давно собирался поговорить с ковбоем, так почему же не сделать это сегодня?
