– Иду, Скотт, не нужно применять силу, – она устало поднялась с кровати и пошла к дверям.
– Слава Богу! – выдохнул Скотт, входя в номер. – Но почему здесь так темно? – недоуменно спросил он.
Только сейчас Мэгги заметила, что уже стемнело. Остаток дня она пролежала на кровати, тупо уставившись в потолок, и сумеречные тени идеально соответствовали ее настроению. Девушка безучастно наблюдала за тем, как Скотт зажигает лампу, а когда он повернулся к ней, смело встретила его вопросительный взгляд.
– Как ты себя чувствуешь? – встревоженно спросил Гордон. – Ты такая бледная, у тебя больной вид.
– Я здорова, – коротко ответила Мэгги.
– Тогда почему ты прячешься в номере? Что-нибудь случилось?
Скотт прекрасно знал, что гнетет Мэгги, но хотел услышать это от нее самой.
– У меня… все в порядке, – неуверенно солгала девушка. – Ты же сам видишь, что ничего не случилось.
– Макгаррет в городе.
– Я знаю.
– Ты его видела?
– Да.
– Это он тебя обидел? – всполошился Скотт. – Если он посмел причинить тебе боль, то я упеку его за решетку!
– Нет, нет, Скотт, ничего подобного, – поспешно сказала Мэгги. – Просто мы, Чейз и я, решили расстаться.
Капитан изумленно уставился на Мэгги. Он никак не ожидал, что его вчерашний разговор с Чейзом будет иметь такой эффект. Скотт даже зауважал неотесанного ковбоя: не каждый мужчина решится отказаться от своего чувства ради счастья любимой женщины.
– Мэгги, дорогая, я понимаю, как тебе тяжело, но, поверь, так будет лучше для вас обоих.
– Ох, Скотт, я любила его, мне казалось, он тоже любит меня, но я ошибалась. Чейз Макгаррет использовал меня как вещь, как средство для достижения своей цели! – гневно воскликнула девушка. – Все и всегда должно быть только так, как хочет Чейз, а мои собственные мысли, надежды, мечты даже не принимались в расчет.
– Сейчас ты сильно обижена на него и поэтому злишься, но пройдет время, и ты забудешь, что в твоей жизни вообще был мужчина по имени Чейз Макгаррет.
– Ты прав, Скотт, я зла! Чертовски зла, но я не позволю этому неучу из Монтаны властвовать над моими чувствами. Я вернусь в Сиэтл и заживу прежней жизнью, ведь я как-то обходилась без него раньше, значит, смогу и теперь.
Высказав Скотту то, что было у нее на душе, Мэгги немного успокоилась. И в самом деле, было бы из-за чего переживать. Она молода и еще сможет счастливо устроить свою судьбу. Вот только полюбить ей не удастся уже никогда, вряд ли найдется на свете мужчина, способный занять место Чейза в ее сердце.
Капитан Гордон одобрительно улыбнулся. Он знал, что гордость и боевой дух Мэгги не позволят ей долго страдать. Окружающий мир так прекрасен и интересен, что она просто не сможет отгородиться от него стеной отчаяния.
– Ты удивительная женщина, Мэгги, и я всем сердцем люблю тебя, – тепло улыбнулся Скотт. – Могу ли я надеяться, что когда-нибудь мы с тобой будем… – он не договорил, предпочитая, чтобы девушка сама закончила фразу, но она, казалось, пропустила его слова мимо ушей.
– Скотт, я умираю от голода, – призналась Мэгги. – Как насчет ужина?
– Хорошая идея. Я отведу тебя в новый ресторан, говорят, он лучший в городе.
– Отлично! – оживленно воскликнула она. – Дай мне пять минут, чтобы одеться и привести себя в порядок. Подожди, пожалуйста, в вестибюле.
– Я согласен ждать тебя где угодно и сколько угодно, но меня беспокоит твое самочувствие. Может быть, лучше поужинать в номере?
– Я совершенно здорова, полна сил и энергии, – улыбаясь, заверила его Мэгги. – Ресторан как раз то, что нужно.
– Рад, что у тебя улучшилось настроение, – сказал Скотт и вышел из комнаты.
Как только за капитаном Гордоном закрылась дверь, от напускной бравады Мэгги не осталось и следа. Сердце ее разрывалось на части, и девушка печально подумала, что вряд ли сможет вести себя как ни в чем не бывало. Но уже в следующий момент ей стало стыдно за собственные мысли. Нет, она не превратится в слезливую дурочку, жизнь продолжается!
Мэгги быстро умылась, переоделась и спустилась вниз, к Скотту. Она чувствовала небывалый душевный подъем, потому что ее ждал красивый галантный мужчина и впереди был чудесный романтический ужин в новом ресторане. А Чейз еще горько пожалеет о том, что предал их любовь.
Вечер действительно удался. Скотт, добрый и нежный, много шутил, своими остротами заставляя Мэгги смеяться до слез. Она была поистине счастлива и благодарила Бога за то, что он послал ей преданного и любящего друга. Ведь не будь Скотта, она до сих пор рыдала бы, запершись у себя в номере.
Возвращаясь в гостиницу, они шли рука об руку по узкому тротуару, стараясь избежать липкой уличной грязи. Проходя мимо салуна, из которого неслась громкая музыка, Мэгги не удержалась и заглянула внутрь. Безотчетно отыскав глазами столик в глубине зала, она отпрянула и быстро пошла прочь.
– Что случилось, дорогая? – крикнул ей вслед Скотт и, не дождавшись ответа, тоже заглянул в салун. Он сразу понял, что так огорчило Мэгги. Чейз Макгаррет, как король, восседал за уставленным бутылками столом, держа на коленях пышную брюнетку. Рядом сидела еще одна девица, которую ковбой прижимал к себе свободной рукой. Все трое оглушительно смеялись.
– Забудь его, Мэгги, – вкрадчиво проговорил Скотт, догоняя девушку и беря ее под руку. – Он и мизинца твоего не стоит.
* * *
Чейз изо всех сил старался развеселиться и вновь стать простым бесшабашным ковбоем, которому чертовски везет в жизни. Однако получалось это у него плохо. Несмотря на то, что спиртное лилось рекой и к его услугам были две роскошные женщины, Чейз чувствовал себя глубоко несчастным. Он отрешенно улыбался, не слушая, о чем щебечут его новоявленные подружки, и с тоской думал о Мэгги. Неужели он уже никогда не сможет прижать ее к своей груди, насладиться вкусом ее мягких податливых губ? Мысль об этом была невыносима, и Чейз, беспардонно стряхнув с себя девиц, быстро вышел из салуна. Некоторое время он, раздумывая, простоял на улице, а затем уныло побрел к своей гостинице. Утром следующего дня он без всякого сожаления покинул Доусон.
* * *
Мэгги с нетерпением ждала парохода. Ничто больше не удерживало ее на Аляске, и ей хотелось как можно скорее вернуться к своей работе.
Той весной 1898 года через Доусон проезжали сотни старателей. Одни стремились на прииски, а другие бежали с них, разоренные и разочарованные. Были и те, кому повезло, но не все счастливчики торопились обратно домой. Многие из них надолго застревали в городе, просаживая в салунах свои капиталы. Особенно примечательна в этом смысле была история Алекса Макдональда. Он покупал и обменивал участки, вскоре приобретя известность как Король Клондайка. Заработав на этих сделках огромны деньги, Алекс в рекордно короткие сроки промотал все состояние и умер в нищете. Легендарным стал и другой случай с русским золотоискателем. Тот, отчаявшись, уступил свой участок вновь прибывшему за мешок муки, а когда на его делянке было найдено золото, он повесился на собственном ремне.
