– Что ты ему сказал? – спросила, войдя в корчму. Руменика. За ней вошли Липка и Ратислав. – Он носится по двору, будто крылья у него режутся. Совсем как та курица, что намалевана над входом.
– Клянусь Оартом, у него тут нечасто бывают гости. Надо бы разузнать, почему.
– Кланяемся низко вашей милости! – Один из двух крестьян все же набрался смелости и подошел к Хейдину. – Откуда ваша милость путь-дорогу изволите держать?
– Из Корделиса.
– А направляетесь, стал-быть, в столицу?
– Нет.
– Тогда, стал-быть, на север?
– А тебе, хам, какое дело?
– Не во гнев вашей милости сказано будет – не охотники ли вы?
– Нет.
– Вона как! – Крестьянин развел руками. – Стал-быть, не охотники. Жаль.
– А тебе, папаша, на кой ляд охотники-то нужны? – поинтересовалась Руменика.
– Так это, чтоб зверюгу убить. Сказывали на торжище в Хон-Деране – кум мой слыхал, – что сам анператор послал сюды охотников, чтоб зверюгу энту прикончить.
– Какую еще зверюгу?
– А вы и не знаете? Ну, тады звиняйте, ваша милость. – Крестьянин внезапно поклонился всем по очереди и поспешил отойти к столу, за которым сидел со своим товарищем, после чего они оба вышли.
– Чего это они? – спросил Ратислав.
– Вордланы их разберут! Надо бы хозяина порасспросить.
Хозяин появился через несколько минут, сообщил, что кони уже расседланы. Кузнец живет на другом конце деревни, к нему проводят утром. Конюха при корчме нет, но есть мальчик, который почистит и накормит лошадей. Да и самим господам не мешает поесть и отдохнуть. Если господа захотят, его жена приготовит им яичницу с ветчиной, а сидр у него лучший в округе.
– Хорошо, – Хейдин достал из своей мошны монету и вручил хозяину. – Приготовь комнату для женщин, и пусть вода будет горячей, а белье чистым.
– Все сделаю, господин. Рад служить вашей милости. А если желаете, могу послать немедля за Тароном-Бобылем. Он в наших краях лучший проводник, все леса знает.
– С чего ты взял, что нам нужен проводник?
– Ну как же, – хозяин постоялого двора беспомощно посмотрел на Хейдина. – Я подумал, вам нужно знать…
– Ты тоже считаешь, что мы охотники? – спросила Руменика.
– Не охотники? – Лицо корчмаря стало совсем растерянным. – Вот оно как!
– Да ты не переживай, – сказал Хейдин. – Мы не охотники, но за все заплатим, сколько надо. Давай, займись ужином. Мы проголодались.
– Он очень расстроен, – сказала Липка, наблюдая, как корчмарь скрылся в соседней комнате.
– Что-то очень они тут в Гримло ждут охотников, – заметила Руменика. – Поговори с ним, Хейдин. Очень мне кажется, что наш огнедышащий друг опять нам чего-то не договорил. И мы опять близки к тому, чтобы влипнуть в очередное дерьмо.
– Надеюсь, этого не случится. Но правда твоя, расспросить трактирщика нужно. Не нравится мне эта история со зверюгой.
Хозяин вернулся через короткое время с большим кувшином и глиняными кружками на подносе. Шипучий ароматный сидр и впрямь оказался отменным.
– Чисто наш квас, – сказала Липка, и в ее лучистых глазах появился восторг.
– Полегче с этим сидром, сестрица, – предупредила Руменика. – Он знаешь как в голову шибает!
– Ты спросил меня, не охотники ли мы, – начал Хейдин, обращаясь к хозяину гостиницы. – А вы что, ждете охотников?
– Еще как ждем, добрый господин. Тут вся округа только и молится о том, чтобы поскорее пришли охотники и избавили нас от этой напасти.
– От какой напасти? От зверюги?
– От него, не к ночи будь помянут! Раньше моя гостиница была на северном тракте одной из лучших. Знаете, добрый господин, какие люди тут останавливались на постой? Сам император Ялмар Праведник однажды ужинал в моей гостинице и соизволил заказать к ужину курицу с пряностями, потому и назвал я свое заведение «Императорская курица». Да вот только, почитай, полгода тракт как замер. Все боятся зверюгу. Люди путешествуют только большими отрядами и только днем. Потому-то я и решил, что вы охотники – не боитесь вы, ваша милость, путешествовать с наступлением темноты!
– И что, зверюгу этого видели? Сожрал он кого?
– Разное говорят, господин, – трактирщик заговорил шепотом. – Есть люди, которые говорят что видели эту тварь. Здоровенный он, зверюга этот, поболее медведя будет, черный, как ночь, клыки и когти у него чисто ножи! Глаза, как блюдца. У нас в округе с весны пропало восемь человек, трое мужчин, три женщины и двое детей, так не иначе зверюга их сожрал. Косточек и тех не нашли.
– Значит, не нашли? – Хейдин подмигнул Ратиславу. – Может, и не ел их зверь, а просто уехали они отсюда куда подальше?
– Может, и так, да только зря вы, господин хороший, улыбаетесь. Я ведь чувствую, не верите вы мне. Так вы людей порасспросите. Вам всякий расскажет, что с появлением зверюги человеческая жизнь в наших местах кончилась. День и ночь в страхе живем. Скотину на пастбище выгнать боимся, а уж детей или женщин куда отпустить – ни-ни!
– Что-то не пойму я, если зверь никого не сожрал, если не видели его, чего же вы так боитесь? Может, нет никакого зверюги и не было?
– Есть зверюга, ваша милость. Я сам слышал его вой. А племянник мой Шоннас его видел неподалеку от замка Фор.
– Ага, опять какой-то замок! И кто же в этом замке живет?
– Никто, – хозяин разлил остатки сидра из кувшина по кружкам. – В Форе уж много лет никто не живет. Дурное место, одни развалины. Скот там пропадает дюже часто. Наши люди там овец находили. Пополам разорванных.
– Верно, этот зверюга и впрямь очень силен, – сказал Хейдин.
– С весны одной надеждой живем, господин; поскорее бы зверюгу этого кто прикончил. Наш наместник, светлейший Моммер ди Лер объявил награду тому, кто привезет ему голову зверюги, пятьдесят галарнов серебром и добрый охотничий рог. Да только не слышно пока, чтоб кто-то отважился на эдакое дело – зверюгу убить.
– И не найдется, – заметил Хейдин. – Рисковать шкурой за пятьдесят галарнов станет только самый отчаянный смельчак. Или идиот, который не знает цену жизни. Но из твоих слов я понял, что народ у вас не очень храбрый.
– Мы крестьяне. Пусть самострел да копье тот берет, кому Единый предопределил быть солдатом. Вот вы солдат, вам и должно быть храбрым и сильным. Я так понимаю. Сейчас ужин ваш принесу.
– Я знаю, что ты задумал, – сказала Хейдину Липка, когда хозяин гостиницы ушел за яичницей. – Не смей!
– Ратислав, а ты что думаешь?
– Я завсегда «за»! – ответил юноша.
– Вы два полоумных идиота, – сказала Руменика. – Я вам запрещаю, поняли?
– Если из-за зверюги по Северному тракту никто не ездит, значит, мы неизбежно натолкнемся на замок Фор по дороге на север. Нам все равно по пути. И почему-то мне опять кажется, что этот самый замок Фор приготовил для нас очередной сюрприз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
