— Браво, юная леди, — он пару раз прихлопнул в ладоши. — Ваш энтузиазм достоин искреннего восхищения. Уж поверьте, немного найдется тех, кто готов говорить на эту тему так открыто и с таким пылом, как это делаете вы.
— Все суеверные страхи — лишь порождение незнания, мастер Аверре, — гордая собой отозвалась она, стрельнув в меня взглядом. — Когда-то лейры были могущественны, но теперь они кажутся мне не более чем вымирающей сектой философов.
Негромкий звон возвестил о лопнувшем бокале для воды, стоявшем возле Ридж.
Повисла пауза. Все как по команде уставились на меня. А я смотрел только на мокрое пятно, медленно расползавшееся во все стороны по белоснежной скатерти, и еле сдерживался от того, чтобы не разметать хрустальные осколки по всей столовой.
— Прошу прощенья, — тихонько проговорил я.
— Теперь я вижу, почему Эйтн наняла вас к себе, — заговорил Аверре, словно беседа не прерывалась, но улыбка его магическим образом исчезла, и следующие слова он произнес уже совершенно серьезно: — Однако дам вам один совет, барышня: мудрый человек знает, что обсуждать вещи, о которых понятие имеешь весьма отдаленное — дурной тон. Нелепо считать, будто технический прогресс и научные достижения подарили вам возможность раскрыть все тайны Вселенной. Возросший эгоцентризм большинства разумных рас заставляет забыть, что для окружающего мира, они не менее ничтожны, чем те же муравьи. Полученные доказательства существования реллий — слово-то какое придумали! — еще не дают право судить о том, будто кто-то проник в их суть. И поэтому, Ридж, если нетрудно, постарайтесь о Тенях при мне больше не упоминать.
Скажу, что для меня было удовольствием наблюдать, как краска потихоньку сползает с лиц обеих дам. С одной только разницей: если Ридж оказалась смущена и подавлена словами Аверре, то его племянница белела от еле сдерживаемого гнева. Мне показалось, будто от ее тела исходил поток какой-то энергетической силы, сковывавшей напряжением всю столовую. Даже Батулу стало заметно не по себе.
— Из каждого правила есть исключение, дорогой дядя, — тоном каменного цветка произнесла Эйтн, положив салфетку на край стола. Она встала: — Благодарю за завтрак. Все было… замечательно.
Все еще словно невидимыми нитями опутанные ее волей, мы поднялись тоже.
— Надеюсь, что он будет не последним, — отозвался Аверре, натянуто улыбаясь в ответ.
Не ответив, Эйтн лишь пожала плечами и увела Ридж за собой.
— Удачного дня, — ядовито бросил я им вслед и перевел свое внимание на наставника: — Это и было то, о чем вы мне вчера говорили, мастер?
— Неприятное ощущение, правда? В Эйтн скрыта сила, которую даже я не в состоянии объяснить.
Стайка мурашек пробежала по спине, и это отбило всякое желание углубляться в подробности. На время.
— Не знал, что они остановились здесь же.
— Я и сам узнал об этом лишь вчера. Она, знаешь ли, не особо любит распространяться о своих делах, особенно при мне.
— Но сегодня, кажется, вам удалось побить все рекорды.
Аверре усмехнулся:
— Ты просто не понимаешь ее, Сет. Эйтн не испорченное политикой дитя, а идеалистка. Она всей душой верит в правильность выбранного Риоммом курса и потому слепо следует ему, не слишком задумываясь, правильно ли это на самом деле.
— Вы вроде сказали, что она умна, — напомнил я. — Разве не может она понять, что идет не той дорогой?
— Ты точно так же умен, Сет, — отозвался Аверре. — И ты точно так же веришь в правильность доктрин Бавкиды. Но уверен ли ты, что это единственный верный путь?
Ответить что-либо на это я не решился, но лишь по той простой причине, что боялся ненароком проболтаться о неведомых мастеру разговорах с Бавкидой.
— Все зависит от качества убеждений, — сказал он. — Если каждый уверен, что поступает правильно, как доказать их ошибку?
— Только примером.
— Верно, — с улыбкой отозвался наставник. — А для этого нам нужно заняться поиском Иглы.
— Но я не до конца понял, зачем империи Игла? Или они считают, что, уничтожив нас с ее помощью, сумеют воспитать своих собственных адептов, восприимчивых к Теням?
— Не могу говорить с абсолютной уверенностью, но, боюсь, что именно так они и думают.
— Если Эйтн возглавляет поиски, то почему бы не попытаться переманить ее на нашу сторону? — предложение казалось здравым. Нет на свете лучшего союзника, чем враг или соперник, а для нас Эйтн была и тем и другим.
Однако Аверре не разделял моего мнения.
— Даже для меня это было бы непросто, — ответил он. — Психически на нее воздействовать невозможно, а убедить аргументами… что ж, я пытаюсь уже не один год, но, как видишь, получается не очень. Скажи, разве тебя легко было бы переубедить отказаться от тех принципов, по которым ты существовал всю свою жизнь?
Честно попытавшись представить себе такую ситуацию, я понял, что в любом случае, стоял бы на своем до конца. Разве что возникли какие-то непредвиденные обстоятельства…
— Вот тут в силу вступает степень упрямства, — сказал Аверре. — Ты, без сомнения, верен Адис Лейр, но твой гибкий ум способен отыскивать различные решения одной проблемы, действовать строго по правилам при этом для тебя необязательно. А Эйтн — упрямица, ее твердолобая вера в собственные идеалы непоколебима, как скала. И это не единственная наша проблема, ведь она, вполне возможно, гораздо ближе к находке, чем я предполагаю.
— Думаете, Занди помогает и ей?
— Почти уверен. Его тяга к ней прошлым вечером была практически осязаемой, и Эйтн этого без внимания не оставит. Она умеет пользоваться своим влиянием на людей.
— Если это так, тогда почему он принял у себя и вас?
Аверре ненадолго задумался.
— На этот вопрос ответ дать сложнее. Но я предполагаю, что это своего рода дань памяти твоей матери. Занди сентиментален и, по-моему, старается быть честным игроком. Возможно, он полагает, что это несколько уровняет шансы, ведь, в сущности, кто станет обладателем Иглы, его самого практически не волнует.
— Мастер, но ведь вы занимались поисками Иглы еще, когда здесь была мама! Не верю, что все эти годы были потрачены вами понапрасну.
— Нет, не понапрасну, — откликнулся он. — Есть кое-что, что стало нам известно.
— Ну и что же это? — Я затаил дыхание.
— Скажу, когда придет время, — ответил он.
— За этим вы собираетесь в Пир Ямей?
— Отчасти, да. Я надеюсь, что там вполне может оказаться разгадка.
— Мне идти с вами?
— Нет. Ты займешься наблюдением за Эйтн, как я и говорил. И, Сет, сделай это так, чтобы ни она, ни кто-либо другой об этом не узнали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
