Наконец, под общий шум недовольства, Аверре объявил, что нам пора откланяться и, подхватив под руку, потащил полусонного меня к выходу.
— Где Эйтн? — спросил он, когда мы были на пути к нашему флаеру.
На что я уставился на него с удивлением:
— Понятия не имею.
— Я же велел тебе присматривать за ней! — крепче сжав мое предплечье, прошипел он.
Я подумывал о том, чтобы вырвать руку, но вспомнил, что за нами наблюдает несколько десятков пар глаз и решил на время отложить выяснение прав и обязанностей.
— После разговора на балконе я ее больше не видел. Только ее подружка и мелькала среди народа.
— А Занди?
— Он вернулся позже.
Все оставшееся время вплоть до того, как мы собрались распрощаться перед сном, мастер провел в суровой задумчивости, не изволив проронить ни слова.
— Что-то ты притих, — сказал он, стоя рядом со мной в лифте. — Не к добру это.
Спонтанные проявления участия со стороны Аверре неизменно вводили меня в легкий ступор. То он вообще не обращал внимания, то, как ни в чем не бывало, начинал интересоваться, что и о чем я думаю. И часто я задавался вопросом, а не владеет ли мастер навыками элийров чуточку больше, чем известно другим?
— Я дико спать хочу, — сказал я, широко зевнув для наглядности.
— Понятно, — слегка разочарованным тоном протянул он, проводив меня до двери номера. — Хорошо, отдохни пока, но завтра утром ты понадобишься мне и только попробуй проспать! — Сверкнув глазами, он не дождался, пока я отопру замок электронным ключом, и скрылся за собственной дверью.
Не в силах подавить новый чудовищной силы зевок, я вполз в комнату и привалился спиной к стене. Вот это выдался денек: столько событий, а толком еще и не начинали. А что же дальше-то будет?
Устало хмыкнув, я мысленно потянулся к выключателю, заставив тусклый ламповый свет зажечься. Собираясь по-быстрому заглянуть в ванную, я уже одной ногой переступил ворота царства сна, как вдруг внезапно нахлынувшее предчувствие подсказало, что в комнате что-то не так. В мгновение ока всю дрему с меня точно рукой сняло. Быстро осмотрев номер, я никого не обнаружил, однако след чужого присутствия явственно чувствовался в комнате, словно остатки незнакомого парфюма. Кто-то здесь побывал и это точно не уборщик номеров.
Бросившись к своей сумке и перевернув все ее содержимое, я понял, что в ней кто-то рылся, хотя ничто из вещей не пропало. Не будь я лейром, вряд ли что-то бы заподозрил, а это говорило лишь об одном — тот, кто сюда проник, искал нечто определенное.
Погрузив руку во внутренний карман пиджака, я извлек маленькую пробирку с закупоренными в ней зернышками минна. Число подозреваемых в том, кто мог это сделать, сразу же сузилось до двух: таинственный убийца из Архива и Ридж — компаньонка Эйтн Аверре. У обоих были и средства, и возможности. Не было только очевидного мотива. Хотя… если причиной убийства мадам Чи» Эмей был инфочип?.. С другой стороны, слишком много «если» не могли гарантировать правильного ответа. В совпадения я никогда особо не верил, зато всегда доверял интуиции, а она твердила, что дело именно в этом. Оставалось надеяться, что находясь у мастера, инфочип под достаточно надежной защитой, чтобы кому-то удалось его стащить.
Переведя дыхание, я попытался успокоить разбушевавшиеся мысли. Рано было паниковать и бросаться в омут. Если некто сделал один шаг в моем направлении, он непременно сделает еще несколько, дабы заполучить то, чего ему не досталось прежде. Вопрос был только в том, что мне делать до тех пор, пока этот момент настанет? Затаиться и ждать? Я ощутил, как дрожь нетерпения пробежала вниз по позвоночнику. Выдержка и ожидание никогда не были моими сильными сторонами, как и, что уж тут скрывать, особенная храбрость, а потому, о том, чтобы преспокойно отправиться на боковую я решил пока не думать.
Элийры как никто подвержены влиянию сильных эмоций. Это то, с чем мы работаем. Наша мощь напрямую зависит от контроля над собственными ощущениями, и любое достаточно сильное переживание может выйти боком. Сошедших с ума недолейров, о которых мы вспоминали с Аверре, даже сравнить нельзя с тем, во что превращается вышедший из-под контроля элийр. Это может оказаться либо замкнутое на себе существо, медленно сжигаемое изнутри собственной силой, либо неуправляемое стихийное бедствие, способное сравнять с землей целые города. В Цитадели есть даже специальные камеры, где таких несчастных содержат под круглосуточным надзором, чтобы они не натворили бед.
Погруженный в размышления, выписывая круги по комнате, я не сразу заметил входящий сигнал, замаячивший на моем напульснике. Выругавшись сквозь зубы и прокляв упрямство Бавкиды, считавшей себя вправе решать, когда именно мне удобней всего принимать ее звонки, я вбил подтверждающий код и нажал кнопку приема передачи. В тот же миг над запястьем выросла уменьшенная фигурка прячущейся в складках балахона лейры.
— Полагаю, там, где ты находишься, время уже весьма позднее, Сет, — проговорила она сквозь непрерывные потоки статики. Качество связи как обычно оставляло желать лучшего.
Украдкой глянув на антикварные часы, венчавшие один из шкафчиков, я ответил:
— Через два часа рассвет.
— Что ж, рада видеть, что не разбудила тебя, — ухмыльнулась старуха, на секунду показав подбородок. Надо сказать, улыбаться она никогда не умела, а то, что получалось, неизменно походило на звериный оскал. — Ты как-то по-особенному выглядишь. Вечеринка?
Подавив зевок, я отозвался:
— Граф Занди устраивал прием в честь новоприбывших гостей. Аверре обязал меня там быть.
Кажется, Бавкиде это понравилось.
— И как прошел прием?
— Надеюсь, что гости в восторге.
— А ты не кажешься особенно довольным.
— Я от таких вещей больше устаю, — еще одни зевок был тому отличным доказательством.
Бавкида кивнула, дав понять, что удовлетворена ответом, и сразу же перешла к делу:
— Как продвигается твоя работа?
Ну что ей ответить?
— Неплохо, я думаю.
— Рада слышать, — ее тяжелый взгляд из-под тьмы капюшона меня точно в прицел взял, только выстрела не последовало. — Итак, тебе есть что рассказать?
Чтобы дать ответ, устроивший Бавкиду и не бросивший тень на меня самого, потребовалась пауза, в ходе которой я лихорадочно прикидывал, что ей знать следует, а о чем пока что лучше умолчать. Стоит ли рассказывать о нападении и убийстве я, честно говоря, сомневался, но подумав, что, в отличие от Аверре, отмахиваться от этого Бавкида не будет, решил все же поделиться с нею.
Весь краткий пересказ событий трех минувших дней не занял и двадцати минут. Внимательно выслушав меня до конца, ни разу не перебив и не задав ни одного вопроса, старуха только что-то непонятно пробурчала себе под нос. Когда я завершил, она спросила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
