я осознала, что снова напрашиваюсь на неприятности. Мне нельзя внутрь. В последний раз, когда я пошла на поводу у Коула и рискнула, все закончилось плохо.
На вечеринке так громко играла музыка, что ее бит ощущался даже за закрытыми дверями. Я сложила руки на груди, отказываясь расстегивать ремень безопасности.
Коул закинул в рот жвачку.
— Мне тебя на руках отнести? — поинтересовался он. — Поверь, я так и сделаю.
Я молча таращилась в лобовое стекло и не шевелилась. Если придется, просижу так всю ночь. Мало того что приехала в дом Мэри, так еще и Алекс подумает, будто я отказала ему, чтобы явиться на вечеринку с его братом.
Коул вздохнул, дернул ручку двери и вышел из машины. Я покосилась на него и увидела, как легкий ветер ерошит его светлые волосы. Коул двинулся к капоту автомобиля, и я улыбнулась: сдался. Однако он лишь перебросился парой слов с Ником. Пожатие их рук на миг переросло в мужское полуобъятие и завершилось дружеским похлопыванием по спине. Улыбка сошла с моего лица, когда Коул рысцой обогнул машину и открыл дверь с моей стороны.
— Вылезай, — с серьезным лицом велел он.
— Коул! — получилось очень жалобно. — Я сказала Алексу, что не пойду на вечеринку. Он расстроится, если я сейчас заявлюсь.
— Но это же не моя проблема, верно? — Коул потянулся, чтобы расстегнуть на мне ремень безопасности. — Скажи ему, что передумала.
— Я серьезно, Коул. Это не смешно.
Он не ответил. Обхватил меня руками, вытащил из машины и забросил себе на плечо.
— Опусти меня! — закричала я.
Коул пинком закрыл дверь.
Мы привлекли внимание стоявших на крыльце ребят. Я молотила по спине Коула кулаком, а он, смеясь, нес меня к дому.
— Коул Уолтер, ты умрешь мучительной смертью, если не поставишь меня сейчас же на землю! — угрожала я.
Мы поднимались по ступенькам, провожаемые странными взглядами.
— Прошу прощения, — сказал Коул ребятам, торчавшим у двери со стаканчиками в руках. — У меня тут сбежавшая со свидания девушка.
— Мы не на свидании! — прошипела я.
Но Коул уже заходил в дом и ухом не ведя в ответ на мои возражения. Он поставил меня на пол только после того, как закрыл за собой дверь.
— Видишь? — громко спросил он, перекрикивая музыку, и потрепал меня по голове. — Ничего ужасного не случилось.
— Тебе все шуточки… — начала я, но меня перебили.
— Джеки!
Повернувшись, я увидела вышедшего из толпы Алекса.
— Ты же сказала, что не пойдешь.
— Я бы и не пришла, но твой несносный братец…
— Пригласил ее на вечеринку, — закончил мою фразу Коул, обнял меня за талию и ухмыльнулся брату.
— Ты что творишь? — зашипела я, отталкивая его. — Свали.
Но он вцепился в меня мертвой хваткой, впившись пальцами в бок.
— Ты пришла с ним? — На щеках Алекса заходили желваки.
— Это не совсем так, — попыталась объяснить я. Внутренности стянулись тугим узлом. Я чувствовала, что опоздала с оправданиями.
— Да ладно тебе, Джеки. — Коул наклонился и прижался губами к моему лбу. — Не нужно лгать о нас. Алекс понимает. Да, братишка?
Конец. Он все испортил.
Алекс прожигал нас взглядом, и от него волнами шло напряжение. Видя обвинение в его темных глазах, я неосознанно ощетинилась.
— Принесу нам выпить? — спросил Коул. Уголки его губ изогнулись в легкой усмешке, в которой не было ни капли тепла. — Сейчас вернусь.
Он убрал свою руку, а вместе с ней словно вынул из меня позвоночник. Он разом лишил меня и опоры, и сил. Ноги подкосились, и я вскинула руку, чтобы опереться о стену. Коул разрушил наши с Алексом отношения — дружбу или нечто большее — за какую-то пару минут? Он победил с такой легкостью?
— Алекс… — начала я. Это не сойдет Коулу с рук. — Послушай меня. Он притащил меня сюда. Я не хотела приходить.
Алекс ехидно фыркнул, гневно раздувая ноздри.
— Думаешь, я реально поверю в эту гребаную ложь? Хотела тайно обжиматься с Коулом? Хотя бы имей совесть признаться в этом!
— Мне не в чем признаваться. Я говорю правду, — отозвалась я, стараясь не обращать внимания на просачивающийся в вены страх, из-за которого сердце колотилось с каждой минутой быстрее.
— Знаешь, я поверил тебе в первый раз. — Светлые волосы упали на глаза Алексу. Он имел в виду тот вечер, когда я вернулась с Коулом вдрызг пьяной. — Как там говорят? «Обманешь меня раз…»[9]
Судорожно пытаясь собрать разбегающиеся мысли, я шагнула к нему навстречу.
— Пожалуйста… — Остальные слова застряли в горле, поскольку Алекс отвернулся и смешался с толпой. Я слепо смотрела ему вслед остекленевшим взглядом.
— Что она здесь делает? — спросил кто-то.
Вопрос привел меня в чувство, и я увидела стоящую внизу лестницы Мэри с коктейлем в руке. Ее собранные в свободный пучок волосы создавали над головой золотистый нимб. Ноги на шпильках, обтянутые длинной розовой юбкой, казалось, росли от ушей. Такое ощущение, что в ее комнате проходил девичник: на ступеньках за ней выстроилась вереница подружек. Они смотрели на меня презрительно, насмешливо кривя губы.
Теперь на меня многие пялились, некоторые — перешептываясь. Я с отчаянием огляделась, надеясь увидеть знакомые лица: Натана или Райли, пусть даже Айзека, — но вокруг были одни незнакомцы.
— Я спросила: что ты делаешь в моем доме? Тебя не приглашали.
Пока я оглядывалась, Мэри подошла вплотную ко мне и стояла, злобно уперев руку в бедро.
— Я… — слова не давались.
Все вокруг смотрели на меня, и по комнате шли шепотки. У меня перехватило дыхание. Перед глазами расплывалось, в ушах стучал пульс. Охваченная паникой, я резко развернулась и выскочила за дверь, прежде чем Мэри скажет что-то еще.
На крыльце протиснулась сквозь кучу ребят и побежала. Холодный ночной воздух обжигал горло, и вскоре я уже хватала его ртом, задыхаясь. Кислород почему-то не доходил до легких, и я с трудом проталкивала его внутрь. Я бежала куда глаза глядят. Куда угодно, только подальше от места, которое, по-видимому, душило меня.
Достигнув конца
