не должна это делать. Уилл узнал о том, что его брат попал в больницу, но вынужден сидеть со мной, успокаивая меня.
— Тш-ш-ш, все будет хорошо, Джеки.
Будет ли?
Рыдания, видно, так вымотали меня, что я уснула. По пробуждении ощутила стянутую на щеках от соленых слез кожу и прилипшие к лицу волосы. От лежания на диване затекла шея. Я по-прежнему находилась в квартире Уилла, но она опять была погружена во тьму, и я ничего не видела.
— Уилл, — позвала я слабым голосом.
— Он в больнице.
Щелкнул выключатель, и стоящая рядом с диваном лампа осветила сидящего в кресле Коула. Под его глазами залегли круги, волосы на затылке встали торчком, словно он пытался заснуть в кресле и никак не мог удобно устроиться. Увидев его, я снова почувствовала печаль.
— Откуда ты здесь? — спросила я.
— Уилл поехал навестить Натана. Он не хотел оставлять тебя одну, поэтому позвонил мне.
Я легла на спину, чтобы не смотреть на Коула. После того как я задремала, Уилл накинул на меня покрывало, и теперь я натянула его до подбородка, словно защищаясь.
— Но почему ты здесь? — перефразировала я свой вопрос.
— Потому что беспокоился за тебя.
Я натянуто рассмеялась.
— Вот только, пожалуйста, не нужно лгать.
— Зачем мне это делать?
— Коул, перестань делать вид, будто не было ни вчерашнего вечера, ни инцидента на вечеринке. Мне сейчас не до этого.
— Я знаю, — вздохнул он.
— Хорошо. Тогда должен понимать, что я хочу побыть одна.
— Джеки, пожалуйста, выслушай меня, — проигнорировал Коул мои слова. Он говорил едва слышно, словно ему было так же больно, как и мне.
Я стиснула зубы, но не перевела на него взгляд.
— Я пришел извиниться и отвезти тебя домой.
Задумавшись, я молчала. Могу ли я назвать дом Уолтеров своим? Последние недели ранчо и правда стало ощущаться домом, но после происшествия на вечеринке и разговора с Ли я поняла: нет, это не мой родной дом.
— Джеки, прошу, не молчи.
— С чего мне ехать куда-то с тобой? — отозвалась я. — Последние две поездки принесли мне одни проблемы.
— Понимаю. Наверное, я ранил твои чувства, но…
— Наверное? — Я резко села и впилась в него злобным взглядом. Его слова послужили искрой, от которой все внутри полыхнуло, и я сузила глаза, стараясь не взорваться. — Я потеряла семью, пересекла страну, чтобы жить с чужими людьми, терпела ваше дерьмовое отношение! А ты «наверное» ранил мои чувства?
Я думала, Коул взбеленится, но он лишь повесил голову.
— Прости, — тихо сказал он.
— Что? — приложила я ладонь к уху. — Не слышу тебя.
— Прости меня. Я был придурком.
— Придурком, значит? — Если он так извиняется, то выходит у него паршиво. — Ты очень уж строг к себе, Коул, — съязвила я.
Он гневно раздул ноздри.
— Эй, я тут пытаюсь извиниться.
Я не ответила, и Коул тяжко вздохнул.
— Похоже, я ревновал, — наконец произнес он, вперив взгляд в лохматый ковер.
— Ревновал? — эхом повторила я.
— Да. — Он явно колебался, продолжать или нет. Затем пояснил: — К Алексу.
— А как же все твои девчонки? Эрин, Оливия и другие?
— В том-то и дело. — Коул с отчаянием сжал кулаки. — У меня нет чувств ни к одной из них. Просто… я не знаю… Я словно подстраиваюсь под ожидания друзей, их видение того, какой я и как должен себя вести. Алексу же все дается легко, само собой.
У меня вырвался смешок.
— Все дается само собой ботанику Алексу, а не суперзвезде Коулу? — горько спросила я.
— Да. — Коул посмотрел мне прямо в глаза. — Если дело касается отношений, то да. Он ведет себя естественно, и у него прекрасно все складывается.
— Прекрасно? А как насчет Мэри?
— Слушай, — Коул вскинул ладони, — знаю, я могу быть тем еще засранцем, но, клянусь, никогда бы не поступил так с Алексом. Мэри сказала, что он бросил ее. Узнав, что все было как раз наоборот, я сразу сказал ей проваливать.
Я не нашлась с ответом.
— Джеки, — продолжал Коул, — я не должен был затрагивать твои чувства и втягивать тебя в это, но, видя, как вы с Алексом сближаетесь, не хотел… — Он замолчал, пытаясь подобрать подходящие слова. — Я вел себя эгоистично и боялся остаться…
— Один? — закончила я за него.
— Да, — кивнул он. — Боялся остаться один.
— Добро пожаловать в мою жизнь, — грустно сказала я.
Коул полчаса уговаривал меня поехать с ним домой. По дороге к ранчо я спросила, как себя чувствует Натан.
— Нормально. — Коул отвлекся от дороги, бросив на меня взгляд. — Спрашивал о тебе.
Я промолчала. Чувствовала себя виноватой за то, что не была рядом с Натаном.
— Если хочешь, могу завтра отвезти тебя к нему.
— Хорошо, — коротко ответила я, и после этого Коул понял, что я не хочу говорить с ним. Я еще злилась на него, но на ссору сил не было.
Стоило пикапу остановиться у дома Уолтеров, как я открыла дверь и выпрыгнула из машины.
— Джеки, подожди! — крикнул Коул, но я уже спешила к дому.
Меня тянуло пойти в комнату Алекса и Натана. В последний месяц в их наполовину чистой, наполовину захламленной спальне я проводила большую часть своего времени. Она стала моим убежищем, местом, где мне было уютно. И постеры на ее стенах стали столь же привычны, как роспись в моей собственной комнате. Но там будет Алекс. И скорее всего, злой на меня. Нет уж, лучше побыть одной.
Уолтеры не беспокоили меня. Все, кроме Кэтрин, вернулись из больницы домой на обед, но в доме по-прежнему стояла тишина. Еще не отошедшие от шока, обычно шумные дети притихли. Днем в поисках Джека и Джордана ко мне заглядывала Паркер, но даже ей было не до насмешек.
Я не спустилась ни
