на трассу.
— Их нашли? — спросила Вика.
— Нет. Не нашли даже свидетелей. Он пошел в баню — любил попариться с приятелями. А в тот день, как нарочно, никто из них не смог составить ему компанию, вот он и пошел один. И не вернулся.
— Вам его не хватает?
— Очень! Как будто я потерял что-то, без чего моя жизнь не может быть полной, понимаете? Вроде в жизни я добился всего, чего хотел, а все в душе чего-то не хватает… Точнее, появился один незаполненный уголок, в котором гуляет сквозняк… Простите, что-то меня сегодня на красивости потянуло. Как поживает Блэк?
— Потихоньку поднимается.
— Вика, вы не будете возражать, если мы по пути заедем в детский садик? За сыном.
— Конечно, как же я могу возражать, ведь я сижу в вашей машине.
— Нет, если вы торопитесь, я заеду за ним на обратном пути.
— Я не тороплюсь.
Вика вдруг испытала некоторое разочарование. Ей показалось, что она нравится Леониду, он даже приходил к ней домой, и она угощала его завтраком, думая, что его некому кормить. А он не только женат, но еще имеет ребенка, а за другими женщинами ухаживает так же, как и ее муж Александр. Для развлечения!
Теперь Леонид молчал, и она тоже ничего не говорила. Пусть думает, что она все еще под впечатлением от посещения кладбища.
Наконец он остановил машину в зеленой зоне города и в самом деле по пути к дому Виктории.
— Пожалуйста, подождите, мы мигом!
А Вике от собственных мрачных мыслей сделалось так плохо на душе, что она уже хотела выйти из машины и уйти, но машина была явно дорогая и оставлять ее незапертой не следовало. Сейчас каждый день столько машин угоняют! Она вчера слушала в сводке криминальных новостей. Однажды в отсутствие четы Петровских пытались открыть замок даже на их «девятке», не новой и не такой дорогой, как эта.
Вика посмотрела на кованую ограду, за которой прятался уютный, белого камня особнячок. Частный детский сад. Не каждый родитель может платить за пребывание здесь. А что же мама ребенка? Или она тоже продвинутая бизнес-леди, как и мама Виктории, не может сидеть дома, подобно другим женщинам, имеющим маленького ребенка?
Ее размышления прервал стук калитки, которую перед Леонидом и его сыном распахнул предупредительный охранник.
Мальчик — на вид лет трех — был одет в яркий клетчатый костюмчик и красную каскетку. Такой хорошенький, подвижный. Пока отец вел его за руку, он не шел, а приплясывал рядом.
Леонид усадил мальчика на заднее сиденье, сам сел за руль, но не тронул сразу машину, а сказал:
— Познакомься, это тетя Виктория.
— Наверное, проще говорить тетя Вика? — улыбнулась она.
— Может, какому другому ребенку и проще, а наш Андрюшенька все норовит уменьшительные женские имена увеличить по своему разумению. Не всем девушкам хватает чувства юмора, чтобы не обижаться. Например, вместо Галя Андрей произносит Галемонтия, а вместо Ира — Ирокенция.
Вика судорожно сглотнула, чтобы не расхохотаться.
— Ты сам мне говорил, что, когда человек знакомится, он должен говорить свое полное имя. Я говорю: Андрей.
— Это относится только к мужчинам! — возмутился Леонид и пожаловался Вике: — Не пойму, в кого он такой упрямый.
— В деда Мишу.
— Ты же его не знал.
— А бабушка говорила, что он был упрямый хохол.
— Вот и поспорь с ним! — Леонид нарочито тяжело вздохнул и незаметно подмигнул Виктории.
Умный мальчик. Интересно, кто с ним занимается? Если маме некогда…
— Тетя Виктория, а у тебя дети есть?
— Нет, Андрюша, пока нет.
— А тебе уже пора их завести.
— Андрей! — прикрикнул на него отец. — Ты посмотри, совсем распустился!
Мальчишка насупился.
— Я тебе никогда не мешаю, когда ты разговариваешь, — пробурчал он.
— Знаешь, я бы завела, — откровенно сказала ему Вика, — но мне еще надо университет закончить. Больше года назад я его бросила, а теперь придется упущенное наверстывать.
— А наверстывать трудно?
— Нелегко, особенно когда вконец разленишься. Так что о детях пока можно лишь мечтать.
Андрей задумался, а потом предложил:
— Если хочешь, можешь пока побыть моей мамой.
Виктория обомлела.
— А разве у тебя… нет своей мамы?
— Нет, — без всякой грусти в голосе сказал ребенок, — она улетела в теплые края.
Виктория скосила удивленный взгляд на Леонида, но тот сделал вид, что всецело увлечен дорогой.
— Тетя Виктория, ты что, не понимаешь, это шутка такая. На самом деле мама уехала… Папа, я забыл, как это называется.
— Германия, — бесстрастно подсказал Леонид.
— В Германию, вот! Она завела себе новых детей, а мы с папой решили завести себе новую маму. Только пока не получается. Папе некогда, у него работы много.
Вика повернулась к ребенку:
— Честно говоря, Андрей, твое предложение мне льстит. Но если бы ты знал меня получше, не предлагал бы мне быть твоей мамой.
— Почему?
— Потому что я невезучая. Неудачница. У меня все из рук падает, бьется…
Она не знала, почему говорит это при Леониде. Как будто наказывает себя за то, что хотела бы ему нравиться.
— Я тоже невезучий, — вздохнул мальчик, — если бы ты знала, сколько я на кухне всего перебил. А ты сделай, как мой папа. Купи посуду, которая не бьется. Знаешь, ее даже об стенку стукнешь, она не разбивается.
— А и правда, до сих пор такая мысль почему-то не приходила мне в голову.
— Андрей, — наконец подал голос родитель мальчика, — а почему ты тетю Викторию зовешь на ты? Разве я не говорил тебе, что к взрослым надо обращаться на вы?
— Ты говорил, к незнакомым взрослым, а мы с тетей Викторией познакомились.
Вот и возьми его голыми руками.
К тому же папа мальчика озаботился, оказывается, вовсе не этим.
— А приглашать тетю Викторию в мамы ты поторопился. У нее есть муж.
— А детей нет, — тихо сказал Андрей.
— Еще будут.
Что же это делается! Можно подумать, они давно знакомы! Что этот Леонид о себе возомнил? Разве Вика давала ему повод? И ребенку рассказывает всякие глупости. Никого не касается, есть у нее дети или нет… Ей захотелось расплакаться.
Хорошо, что машина подъехала к ее дому. Вика поспешно выскочила из нее, чтобы быстро войти во двор и закрыть за собой калитку.
Не тут-то было. Калитка оказалась закрытой с обратной стороны, да не просто на ключ, а на засов, как обычно закрывали ее на ночь. Конечно, когда все были дома.
Она позвонила. Постучала. Никакого результата. Вика с тоской посмотрела на высокий забор. Если бы она была хотя бы в джинсах, а не в узкой короткой
