Увидев так близко блюстителей порядка, бандиты вскочили с места и замерли.
Также остановились и полицейские. Начальник полиции поднял вверх левую руку, подавая знак своим друзьям оставаться на месте, а сам прошел еще два шага вперед.
— Эй, вы! — сурово и грозно окликнул он бандитов. — Предлагаю вам всем немедленно сдать оружие!
— Что? Что он сказал? — прошипел Карлос, отфыркиваясь и отплевываясь от теплой воды. — Это он нам предлагает сдать оружие?!
Одноглазый Джон, а это он швырял нож в стену, немного испуганно расхохотался.
— Да, Карлос, нам с тобой. И по-моему, это уже не в первый раз за последнее время.
— А пусть попробуют взять сами, — бросил Карлос и грязно выругался.
Но ругань не относилась ни к Рэтту Баттлеру, ни к Чарльзу Брандергасу. Он ругался сам на себя, пытаясь подстегнуть своих друзей и придать им побольше решимости. Он понимал, что, возможно, через несколько мгновений придется выхватить револьверы и начать стрельбу. Но и Карлос, который уже почти не ценил свою жизнь, побаивался.
Он много слышал о Чарльзе Брандергасе, о Рэтте Баттлере, да и с Кристианом Мортимером он был давно знаком и отлично знал, что эти парни легко и быстро умеют выхватывать револьверы и замечательно стреляют. А получить в грудь свинец и не рассчитаться за него, этого Карлосу не хотелось. Поэтому Карлос поднял вверх две мокрые ладони.
— Давайте поговорим и не будем спешить.
— Мне не о чем с тобой разговаривать, — бросил Чарльз Брандергас. — Сдавайте оружие подобру-поздорову.
— А может, все-таки поговорим, — уже вяло произнес Карлос, понимая, что договориться ни о чем не сможет.
Кристиан Мортимер передернул плечами и черный плащ, как два больших крыла, упал к его ногам. Он вскинул карабин и щелкнул затвором. Ствол карабина был нацелен на Карлоса, потом перешел на одноглазого Джона, потом на Билли, и так Кристиан провел стволом своего оружия по каждому из застывших преступников. Только один спрятался за лошадью. Но Кристиан успел заметить, как он выхватил из кобуры револьвер и взвел курок.
— Я не это хотел сказать, — громко сказал Карлос. — Я хотел предложить не стрелять.
— Сдай оружие! — рявкнул Рэтт Баттлер, все еще не вынимая револьвер из кобуры.
— А вот уж и нет, — и его рука дернулась к рукоятке револьвера. Четверо представителей закона и шестеро бандитов почти одновременно выхватили револьверы.
Но никто не решился первым нажать на спусковой крючок. Все застыли в напряженном ожидании.
Рэтт Баттлер пригнулся, его ноги напряглись, он был готов в любой момент нажать курок револьвера и броситься в сторону.
К этому же готовы были и бандиты.
Началась какая-то странная дуэль, будто бы противники проверяли друг друга на выдержку. Они пристально вглядывались друг другу в глаза.
Баттлер видел, как исчезают улыбки на лицах бандитов, а Карлос видел, как крупные капли пота выступают на лице у Кристиана Мортимера.
Пальцы и у представителей закона, и у бандитов подрагивали. Казалось, эта тишина и напряженное ожидание никогда не кончатся. Казалось, что теки людей застыли на выжженной солнцем земле и только ветер, порывами проносясь по улице, шевелил волосы, полы сюртуков, развевал желтые повязки.
Местные жители, понимая, что стрельба может начаться в любое мгновение, ретировались в свои дома, попрятались за углы, за фургоны, повозки. И оттуда продолжали следить за грандиозным спектаклем, разворачивающимся у крыльца дома окружного шерифа.
Тянуло гарью, черный дым клочьями плыл по улице, ветер разрывал его, подбрасывал вверх, и там дым исчезал, растворяясь в безоблачной синеве. Солнце палило нещадно, казалось, что у него только одна цель — истребить, испепелить все живое на земле.
Карлос почувствовал, что от напряжения, а еще больше от выпитого накануне виски может потерять сознание. Его немного повело в сторону, но он успел ухватиться за край бочки и устоял.
— Господи боже мой, — прошептал Рэтт Баттлер, глядя в глаза одному из бандитов.
Кристиан Мортимер, встретившись взглядом с Биллом, подмигнул тому.
И это движение века с длинными ресницами все решило. Молодой парень не выдержал, нервы сдали и он судорожно дернулся, но пальцы его не успели взвести курок, Рэтт Баттлер выстрелил.
И бандит, раскинув руки в стороны, несколько мгновений пытался собраться с силами, удержать равновесие, но рана на его груди была ужасной. Бандит опустив голову, прижав ладонь к груди, рухнул лицом в пыль.
Мгновенно началась беспорядочная стрельба.
Баттлер действовал как заведенный, казалось, что его предназначение на этой земле заключалось в том, чтобы, метко выстрелив, увернуться от пули, посланной ему. Он наклонялся, прыгал в стороны, укрывался за каким-нибудь самым незначительным укрытием.
— Не стреляйте, не стреляйте! — кричал Карлос, так и не успевший выхватить свой револьвер.
Но было уже поздно, его слова потонули в грохоте выстрелов, в истошных криках, в визгах женщин, в звоне выбитых стекол, в ржании лошадей.
У дома окружного шерифа был кромешный ад. Выстрелы звучали со всех сторон. Гильзы падали на землю, корчились раненные бандиты, проклиная все на свете.
— Не стреляйте, не стреляйте! — вопил Карлос, непонятно к кому обращаясь, то ли к своим бандитам, то ли к представителям закона.
Но ни Чарльз Брандергас, ни Рэтт Баттлер, ни Кристиан Мортимер, ни Жак Монро не стреляли в Карлоса. И тогда он на четвереньках пополз к ним, схватил Рэтта Баттлера за ногу, задрал к нему свое умоляющее грязное, небритое лицо и принялся просить:
— Не стреляйте, ведь я безоружен. Не убивайте!
Он вытащил свои револьверы и бросил на землю.
— Не стреляйте, я вас прошу.
Он понимал, что коль не успел выхватить оружие из кобуры и первым начать стрельбу, теперь это делать совершенно бессмысленно. Стоит ему только шевельнуть рукой, потянуться к револьверу, как кто-нибудь из этих четверых всадит в его голову пулю.
— Пошел прочь отсюда! — взревел Рэтт Баттлер, отталкивая ногой Карлоса. — Я же говорил тебе, скотина, чтобы не подходил ко мне и не прикасался никогда и ни при каких обстоятельствах.
— Понял! Понял! — закричал Карлос и так же на четвереньках пополз по улице, пытаясь укрыться в каком-нибудь из домов.
Не зная куда лезет, он ворвался в дом окружного шерифа Клода Бергсона. Испуганная Розалина прижалась к стене, а сам шериф, прячась за простенком, выглядывал в окно, наблюдая за разыгравшимся кровопролитием.
Карлос увидел его, бросился к нему, сбил с ног и вырвал из кобуры револьвер. Окружной шериф даже не сопротивлялся. Розалина истошно закричала:
— Помогите! Помогите!
— Заткнись! — рявкнул осмелевший Карлос и ударил женщину по лицу.
Розалина упала на диван, вскочила, но, зацепившись за низкий стул, растянулась на полу.
А Карлос, локтем высадив оконное стекло, принялся целится в спины четверым представителям закона.
Но Кристиан Мортимер заметил его, он передернул затвор карабина и выстрелил в окно. Зазвенело выбитое стекло, но пуля не достигла своей цели. Карлос успел затаиться, продолжая палить.
— Ах ты грязная мексиканская скотина! — прокричал Кристиан, нажимая на спусковой крючок.
Но выстрела не последовало — карабин был пуст.
— Дьявол! — выкрикнул Мортимер, отбрасывая ненужное уже оружие.
Он бросился на землю и поднял два револьвера Карлоса. Теперь он стрелял из двух рук и бежал к окну, за которым прятался бандит.
— Осторожнее! Сзади! — закричал, предупреждая своих товарищей, Кристиан.
Окружной шериф попытался подняться с пола, но Карлос ударил его рукояткой по голове, и тот растянулся под окном. Карлос переступил через неподвижно лежащего шерифа и, высадив плечом раму в другом окне, выставил на улицу револьвер и прицелился в Чарльза Брандергаса, который стрелял в бандита, прячущегося за фургоном.
Полковник вздрогнул, пошатнулся и, прижав руку к груди, медленно опустился на колени. Револьвер выпал из ослабевших пальцев.
