Док Стрелли хмыкнул и огрызнулся:
— Ага, как же. Знаю я зачем нужен тебе этот верзила, Лиу. Ну, да, ладно, делать нечего, хотя ты и не права. Всё, веди девочку по магазинам, а я займусь Ником. — Лиу, взяв за руку Настю, тотчас вышла из кабинета доктора Стрелта, похожего на больничный покой, а сам он подошел к своему пациенту и задумчивым голосом поинтересовался — Откуда будешь родом, парень?
Николай сухо ответил:
— Планета Земля, государство Россия.
— Так ты и в самом деле техноэмпат самого высокого уровня? Как ты это определил? — Спросил доктор — Что тебе вообще даёт основание считать, что ты чем-то лучше Лиу или Ролло?
Николай опешил. До этого момента у него и в мыслях не было доказывать кому-либо свою исключительность. Скорее наоборот, это Лиу, Ролло и Храм Регнер только и делали, что охали и ахали по этому поводу. Правда, вчера вечером он снял свой новый браслет с руки и натянул его на голову, что оказалось не таким уж и сложным делом. В контакт с этим устройством он вошел также быстро, как и с симулятором, вот только у него было совсем другое предназначение и иные возможности. Браслет на поверку оказался не только устройством идентификации и эмитером телепортационной волны. Он был ещё и устройством для хранения и считывания информации с любых носителей и компьютеров, имеющих как радио, так инфракрасные порты и плюс к этому был ещё и компьютером. Вот только информации в нём было всего ничего — служебная, имевшая отношение к фримену Николаю Серебрякову, да, ещё та, которую закачал в браслет компьютер Лиу Маршад-сью, а он не сбросил ему ни одного лишнего байта информации.
Лёжа в постели Николай «дотянулся» до ближайшего работающего компьютера, это был компьютер городской станции слежения, расположенной неподалёку, и через него смог получить доступ к открытым базам данных. Уже через полчаса Николай сумел настолько хорошо освоить свой новый персональный компьютер, что мог бы с его помощью войти в сеть и при желании взломать какую-нибудь локальную сеть или базу данных с ограниченным доступом, так как быстро скачал со своих почтовых серверов все нужные ему коды, пароли и специальные программы. Остановило его только то, что таким образом он снова довольно болезненно щелкнул бы планетников по носу, а это были теперь его коллеги.
Вместо того, чтобы заниматься предосудительными делами, Николай просто прошелся по открытым источникам и почти до трёх часов ночи повышал свою эрудицию по части устройства Звёздного Содружества и войны с энергонами, благо на этот раз ему не нужно было думать об оплате трафика. Он быстро сообразил, что как оперативный сотрудник Управления С даже без специальных допусков имеет доступ к тем файлам, которые, явно, относились к числу секретных. Браслет, надетый на голову, давал Николаю возможность получать изображение, звук, запах и даже вкус прямо в мозг и это ему очень понравилось. Правда, при этом ему было довольно трудно ходить по комнате и пользоваться своими глазами и руками, но и с этим он вскоре справился. Любопытства ради он отыскал информацию о техноэмпатии и вскоре узнал о том, что такие трюки, которые давались ему очень легко, были под силу только самым мощным и тренированным техноэмпатам. Поэтому когда доктор Стрелт стал задавать ему свои вопросы относительно его способностей к техноэмпатии, Николай молча снял с руки браслет, растянул его и надел на голову, после чего улыбнулся и ответил:
— Док, поверьте, я довольно мощный техноэмпат, хотя всего лишь в третий раз в жизни вхожу в контакт с электронными устройствами оснащёнными системами сенсосвязи. Мы, наверное, должны отправиться в какой-то медицинский кабинет или в операционную? Пойдёмте. Раз уж вы будете потрошить мою тушку, то я, пожалуй, проведу эти двенадцать часов с пользой для себя. Думаю, что вы будете делать операцию под местным наркозом и не станете погружать меня в нирвану стиланского разлива. К тому же если я сольюсь со своим компьютером полностью, то мне уже и никакой наркоз будет не нужен. Честно говоря, мне со вчерашнего дня хотелось порыться в стиланской планетарной компьютерной сети, а у вас тут в госпитале полно модемов, через которые я могу войти в неё, не говоря уже о том, что ваша локальная сеть, как я посмотрю, открыта для меня почти полностью. Не то чтобы медицина меня очень уж интересовала, но кое-какая информация будет мне полезна. Вы ведь не будете против? Честное слово, я не буду совать свой нос в ваши тайны, и, уж, тем более, не стану заниматься вредительской деятельностью, хотя как раз именно в этом деле считаюсь весьма неплохим специалистом, но я же не враг самому себе.
Доктор Стелт Винер даже вздрогнул, когда Николай шагнул к нему с беспечной улыбкой на лице и глядя на него вполне понимающим, адекватным взглядом. Он шагнул к своему пациенту и кивая головой торопливо спросил:
— Ник, ты что же, можешь одновременно входить в контакт с тэу-устройствами и при этом воспринимать реальность? Но это же чертовски неприятное занятие! Лично я предпочитаю во время сложных операций, когда соединяюсь своим сознанием с робохирургом, сидеть в кресле или лежать на кушетке. — Вспомнив о том, о чём он говорил пару минут назад, доктор кивнул головой и сказал — Да, Ник, ты, похоже, действительно очень мощный техноэмпат, но мне придётся провести множество исследований, чтобы понять, тот ли ты человек, который нам нужен. Ну, это касается в основном не того, насколько ты мощный техноэмпат, а тех генов, которые отвечают за техноэмпатию.
Николай пожал плечами и ответил с улыбкой:
— Именно за этим я и прибыл на Стилан, док, чтобы вы смогли во всём разобраться. Ну, и ещё за тем, чтобы сражаться с энергонами, я ведь профессиональный военный.
Доктор Стрелт пошел впереди и повёл Николая из кабинета в ближайший хирургический бокс, по пути рассказывая ему о том, чем он займётся в течении ближайшего времени. Операция предстояла очень сложная, но не это было главным, ведь на неё должно было уйти даже в самом тяжелом случае не более двух часов. Куда сложнее было полностью восстановить мышечную активность ног и тазобедренного пояса в прежнем виде. Это можно было сделать только с помощью специальных инъекций и электростимуляции мышечных волокон. К тому же специальными препаратами включалась ускоренная регенерация клеток и по заверениям доктора уже через каких-то семь часов Николай сможет забыть о своём увечье. Такие скорости были для него чем-то совершенно фантастическим и он недоверчиво спросил:
— Док, вы что, серьёзно? Я подумал было, что Лиу просто набивает цену вашей стиланской медицине. Насколько мне это известно, операция омоложения организма длится почти три месяца, а то, о чём вы мне рассказали, почти одно и то же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
