Николай замолчал. Настя, недовольная тем, что рассказ отца был так скуп на подробности, спросила:
— Уговорили это как? Убили что ли?
Николай усмехнулся и ответил:
— Ну, может быть и убили, хотя проверять это нам было некогда. У нас и без того забот было предостаточно.
Лиу Маршад-сью, уже изрядно набравшаяся к тому времени, скептически хмыкнула и сказала:
— Читала я как-то раз отчёт пакистанских спецслужб об этой уникальной антитеррористической операции, Ник. Тут только вот какая нестыковка получается. Ты говоришь, что вся операция заняла у вас пятнадцать минут, вы тотчас убрались и из-за того, что прихватили у боевиков пулемёты, вас никто не стал преследовать. А из того отчёта мне известно, что из сорока двух боевиков, семи ваххабитов и пятерых инструкторов-химиков в живых осталось только четверо, да, и из них трое позднее скончались от ран. Такая вот химия поучается, Ник, и мне очень хотелось бы поскорее загнать тебя и троих твоих друзей, вместе с которыми ты летал в Карачи, в спецотдел, чтобы там наши ребята просканировали ваши мозги и в точности воссоздали весь ход операции с первой и до последней секунды. Это послужит прекрасным наглядным пособием для наших ребят из службы планетарной безопасности. Когда они готовят операции подобного рода, то им почему-то требуется для их проведения масса людей и чуть ли не целые горы самого разного оружия и единственное, чего они не берут с собой, так это атомных бомб. — Поняв, что сказала лишнее, Лиу поторопилась успокоить девочку — Настенька, милая, все те люди были негодяями и жестокими убийцами. Даже по законам Республики им всем полагается смертная казнь или пожизненное заключение без права помилования, что по сути та же смертная казнь, только в рассрочку.
Девочка, которую ничуть не смутило известие о том, что её отец вместе со своими друзьями уничтожил столько террористов, насупилась и проворчала:
— Если бы мой папа не убил этих людей в Пакистане, то они убили бы своим газом десятки тысяч людей в Москве. Так им и надо. Лиу, я ведь не дура. Я читала и про Аль-Каиду, и про чеченских террористов, и даже смотрела по телеку передачи про них. Они ведь никого не жалели. Хорошо, что все они улетели с Земли. Пусть теперь там сами себя взрывают и травят газами. Надо было им не только по пятнадцать килограммов золота каждому дать, но ещё и по атомной бомбе.
Маргарита Эдуардовна быстро пресекла такие разговоры:
— Ну, уж, нет, Анастасия, хватит тебе слушать такое. Твой отец, конечно, герой, но тебе рано знать о таких вещах. Быстро отправляйся в свою комнату и лучше собери вещи, ведь не с пустыми же руками ты отправишься с отцом на Стилан.
Лиу, опрокинувшая ещё один бокал вишнёвого сока, взяла себя в руки и почти трезвым голосом сказала:
— Настенька, девочка моя, не забивай себе голову такими пустяками. Возьми с собой только самых любимых кукол. Завтра с утра мы отправим твоего папу в госпиталь, а сами займёмся вашим новым домом. Купим мебель и всё необходимое, чтобы вам в нём жилось не хуже, чем на Земле. О, я ведь забыла тебе сказать, девочка, что теперь твой папа очень богат.
Девочка кивнула головой и встала из-за стола. Отправляясь в дом, она повернулась у двери и съязвила:
— Лиу, в кукол я ещё в девять лет играть перестала, когда дедушка купил Цыгана и начал учить меня ездить верхом.
Настя, весело смеясь, убежала в свою комнату и вскоре Маргарита Эдуардовна робко поинтересовалась, не пора ли гостям ложиться спать. Николай и её супруг, прикончившие вместе с ней две бутылки водки, были бы не прочь приговорить и третью, зато девушка-кошка, укатавшая в одиночку трёхлитровый баллон вишнёвого сока, похоже, уже и лыка не вязала. Она лишь кивнула головой в знак согласия и попыталась встать, но непременно рухнула бы на пол, если бы её не подхватил на руки Николай. Для своего изящного внешнего вида Лиу оказалась неожиданно тяжелой и весила никак не меньше восьмидесяти килограммов. Николай, подивившись этому, выпрямился, и, жужжа моторчиками своего экзопротеза, понёс гостью своих бывших тестя и тёщи в дом. Маргарита Эдуардовна важно шествовала впереди. Лиу, оказавшись в сильных мужских руках, немедленно обняла его за шею, но это было рефлекторной реакцией одинокой женщины спящей глубоким, практически непробудным сном.
Николай донёс Лиу до гостевой спальной комнаты и положил её на кровать, предоставив Маргарите Львовне заниматься девушкой. Заглянув на веранду, он сказал полковнику Егорову, что тоже отправляется спать, хотя как раз спать ему совершенно не хотелось. Но ещё меньше ему хотелось сейчас разговаривать со своей тёщей и потому он сразу же отправился в ту спальную, в которой они спали вместе с Ниной тогда, когда приезжали в Воронеж к её родителям. Эта спальная комната выглядела точно так же, как и в их прошлый приезд. Над кроватью даже висел канат, приделанный тестем для того, чтобы ему было легче вставать с неё и перебираться в инвалидную коляску. Не успел он снять рубаху, как в коридоре послышались шаги Маргариты Эдуардовны. Бывшая тёща постучалась в дверь и спросила:
— Николай, ты ещё не разделся? Я принесла бельё, хочу перестелить тебе кровать. Можно войти?
— Да, разумеется, Маргарита Эдуардовна. — Ответил Николай и отошел к креслу, стоявшему в углу.
Бывшая тёща принесла ему не только чистое, накрахмаленное постельное бельё, но ещё и махровый халат и несколько полотенец. Рядом со спальной комнатой находилась ванная. Николай, не зная что сказать, молча кивнул головой и сел в кресло, а Маргарита Эдуардовна положила халат и полотенца на комод и принялась перестилать кровать, хотя этого, явно, не нужно было делать. Она, похоже, хотела что-то сказать своему бывшему зятю, но не знала с чего начать. Николай первым нарушил молчание:
— Маргарита Николаевна, Нина больше двух месяцев назад завела себе любовника и улетает с ним на Рианон. Точнее отправилась туда на транс-телепорте. Не знаю что это за тип, мне было как-то неприятно следить за своей собственной женой, но в том, что у неё есть любовник, я уверен на все сто процентов. В общем я вот что хотел сказать, Маргарита Эдуардовна. Может быть Нина и была права, говоря, что я её подавляю, хотя все мои действия были направлены только на то, чтобы помогать ей. Просто я привык всегда всё держать под контролем и всегда знал всё о её трудностях и проблемах. Мне, наверное, нужно было не решать их за неё, а позволить разбираться со своими трудностями самой, но видите ли я никогда не пускаю дела на самотёк. Увы, это скорее всего тоже издержки моей истинной профессии. Впрочем, Маргарита Эдуардовна, я хочу сказать вам не об этом. Я знаю о том, что Нина всегда обсуждает с вами все свои дела и потому хочу вас вот о чём попросить. Понимаете, ей, наверное, нужно пожить какое-то время без меня, но если у неё с этим парнем всё обломится… Ну, в общем, если она захочет вернуться, то я не стану корчить из себя Отелло и ей не доведётся побывать в шкуре Дездемоны. Ну, и ещё относительно Насти, Маргарита Эдуардовна. Я забираю от вас дочь не из вредности. Понимаете, так нужно. Моя будущая работа мало чем отличается от того, чем я занимался все эти годы, но моё новое начальство считает, что наши близкие должны находиться под надёжной защитой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
