сказал:
— В стране хаос и волнение, во всех концах страны отважные люди поднимаются на борьбу. Вам, влиятельному сановнику нашей империи, следовало бы позаботиться о том, как привлечь на свою сторону сердца этих удальцов, а не принимать гостей, небрежно раскинувшись на ложе.
Ян Су сразу подтянулся, встал и извинился; он долго беседовал с гостем и с радостью принял его предложение.
Во время этой беседы присутствовали служанки. Одна из них, красивая девушка с красным опахалом в руках, не спускала глаз с Ли Цзина. Когда тот вышел из дома, девушка подбежала к экипажу и спросила слугу:
— Кто этот вельможа и где он живет?
Ли Цзин услышал слова девушки и сам ответил на вопрос. Повторив имя и адрес, девушка ушла. Ли Цзин поехал домой. Ночью, в самом начале пятой стражи, раздался тихий стук в дверь. Ли Цзин поднялся с постели. За дверью оказался молодой человек в лиловой одежде, голова прикрыта шапкой. На конце палки, перекинутой через плечо, болтался узел.
— Кто ты? — спросил Ли Цзин.
— Я служанка с красным опахалом из дома Ян Су.
Ли Цзин пригласил ее войти. Она сбросила мужское одеяние и шапку, и перед Ли Цзином предстала очаровательная девушка лет восемнадцати — девятнадцати, в яркой одежде, ненабеленная и ненарумяненная.
Она поклонилась; изумленный Ли Цзин тоже ответил ей поклоном.
— Я долго служила сановнику Яну, — сказала девушка, — и видела у него много славных мужей, но никого из них нельзя сравнить с вами. Лиана не может жить одна, она должна обвиваться вокруг дерева. Вот поэтому я и пришла к вам.
— Но сановник Ян пользуется большим влиянием в столице, — возразил Ли Цзин, — как ты осмелилась самовольно покинуть его?
— Он доживает свои последние дни и уже не страшен, с ним нечего считаться. Все служанки знают это и многие убежали от него, а он даже не пытался их вернуть. Я все обдумала и прошу вас не беспокоиться. — ответила девушка.
Ли Цзин спросил ее фамилию, она ответила:
— Чжан.
Осведомился, какая она по счету в семье.
— Самая старшая из сестер.
Увидев, что лицом, осанкой и речью эта девушка напоминает небесную фею, Ли Цзин, которому она досталась таким неожиданным образом, был и обрадован и встревожен. В один миг на него свалилось множество волнений и забот, а тут еще соседи начали подглядывать в дверную щелку.
Прошло несколько дней. Стало известно, что беглянку разыскивают, но, видимо, не особенно усердно. Тогда Ли Цзин и девушка переоделись, оседлали коней и уехали, направляясь на родину Ли, в Тайюань. По дороге остановились в гостинице, в местечке Линши; постель была уже приготовлена, мясо к ужину почти сварилось. Чжан, стоя перед кроватью, расчесывала свои длинные, падавшие до самой земли волосы. Ли Цзин в это время чистил во дворике лошадь. Внезапно на хромом осле подъехал мужчина среднего роста с рыжей курчавой бородой. Он вошел в комнату, бросил кожаный мешок перед очагом, затем прилег на постель и стал смотреть, как Чжан причесывается.
Ли Цзин вспыхнул от гнева, но, не зная, как ему поступить, продолжал чистить лошадь. Пристально посмотрев на чужеземца, Чжан, придерживая одной рукой волосы, другой рукой незаметно подала знак Ли Цзину, чтобы тот не давал воли своему гневу. Быстро закончив убранство своих волос, она подобрала полы платья и, подойдя к чужеземцу, спросила, как его зовут.
— Моя фамилия Чжан, — ответил тот, не поднимаясь с постели.
— Я тоже из рода Чжан, значит, можно считать, что прихожусь вам младшей сестрой, — сказала девушка и, поклонившись, спросила, какой он по счету в семье.
— Третий, — ответил он и, в свою очередь, спросил, которая она дочь по счету.
— Старшая из сестер.
Чужеземец обрадовался:
— Я счастлив, что повстречал сегодня младшую сестру.
— Господин Ли, идите сюда, познакомьтесь с третьим старшим братом! — позвала девушка.
Ли Цзин поспешил поклониться. Когда все уселись, чужеземец спросил:
— Что за мясо там варится?
— Баранина. Должно быть, уже готова.
— Я очень голоден, — признался чужеземец.
Ли Цзин достал купленные им на рынке печеные лепешки, а чужеземец вытащил из-за пояса нож и разрезал мясо. Все принялись за еду. Когда ужин был окончен, чужеземец собрал объедки и накормил ими своего осла. Затем он обратился к Ли Цзину с вопросом:
— Судя по всему, господин Ли, вы бедны. Как же досталась вам такая красавица?
— Хоть я и беден, — ответил Ли Цзин, — но не лишен ума. Если бы меня спросил кто другой, я бы не стал отвечать, но раз вы, почтенный старший брат, спрашиваете, не стану скрывать ничего. — И все рассказал.
— А что же вы теперь намерены предпринять? — полюбопытствовал чужеземец.
— Да вот собираюсь бежать в Тайюань, — ответил Ли Цзин.
— Кстати, я ведь напросился к вам на ужин незваный, — заметил чужеземец. — Нет ли у вас вина?
— Рядом винная лавка, — ответил Ли Цзин и вскоре принес целый доу[167] вина. Когда выпили, чужеземец сказал:
— У меня есть кое-какая закуска к вину. Согласится ли господин Ли разделить со мной трапезу?
— Не посмею отказаться, — отозвался Ли Цзин.
Тогда чужеземец раскрыл свой кожаный мешок и вынул из него голову, сердце и печень человека. Бросив голову обратно в мешок, он разрезал ножом сердце и печень и, поделившись с Ли Цзином, съел их. Затем сказал:
— Это был самый мерзкий человек во всей Поднебесной. Десять лет мне не удавалось поймать его, и вот наконец возмездие свершилось. Теперь и на душе стало легче.
Помолчав немного, он продолжал:
— По вашим, сударь, лицу, обычаю и осанке я вижу, что вы благородный муж. Не слыхали ли вы о каком-нибудь выдающемся человеке в Тайюани?
— Лишь одного, — ответил Ли Цзин, — мог бы я
