мерзкое ощущение дискомфорта, будто ты идешь по картинной галерее, где все полотна висят под небольшими, но разными углами. И звук железа, скребущего по стеклу. Это было почти невыносимо. Я снова провела перчаткой по лицу и поняла, что из носа течет кровь.
– Не хочешь наружу? – спросил Дэвлин, не оборачиваясь, и на этот раз его голос прозвучал неожиданно гулко с глубокими бархатистыми нотками, отдающийся низкой вибрацией в барабанных перепонках. А еще казалось, будто говорят одновременно несколько человек, хором.
Я подняла глаза и изумленно на него уставилась: в нем стало больше двух метров роста, алая кожа с золотыми узорами, золотые же обжигающие глаза-солнца. Когти на руках, узкие острые лезвия, вырастающие из локтей. Черная густая копна волос, перетянутая золотым шнуром, падает на спину, а за плечами свернуты алые кожистые крылья. Черты лица остались похожими, но стали практически совершенны. От всего его силуэта струилась черными полосами, сворачивалась кольцами и спиралями тьма. Я никогда не видела ничего и никого более красивого, чем эта его ипостась. Он был чуждый, пугающий до трясущихся коленок, но притягивал меня, будто удав кролика. Каждый нерв в моем теле завопил от ужаса и восторга. Радости от ощущения часто-часто забившегося сердца и тоскливого предчувствия гибели. Я даже не смогла ответить, потому что в горле пересохло, и только помотала головой.
– Тогда держись около меня, так будет легче.
Я кивнула и пошла дальше, мучительно борясь с желанием схватиться за его руку. С Десятого, кстати, тоже слетела иллюзия – он стал самим собой – химерой полудраконом, на полголовы выше демона. Остальные остались, какими были, включая меня. Значит, Шаггорат не создал иллюзию, а я теперь действительно эльф. Волшебно.
Пещера со всеми ее ужасами и ирреальностью практически перестала для меня существовать. Я таращилась во все глаза на Дэвлина, не в силах оторвать от него взгляд, впервые осознав в полной мере, какая же между нами пропасть.
Наконец, мы остановились в овальной формы комнате. Руки с когтями и головы тварей, торчащие из стен, подергивались и выглядели так, будто пещера прямо сейчас их переваривает, показывая нам содержимое своего желудка, только вывернутого наизнанку: мы внутри, а желудок со всем проглоченным заживо содержимым – снаружи. Посредине всей этой радости стоял… гроб. Настоящий гроб, только из резного стекла или хрусталя. Он слегка светился, и я, как зачарованная, двинулась к нему. Может, это что-то вроде саркофага Десятого? Похожая же ситуация, я химерика тоже сначала за демона приняла. Только сейчас, увидев Дэвлина и Десятого рядом, я осознала разницу, обитатель Инферно, это не просто крылья, когти, чешуя, это – совершенно иная сущность. В принципе.
Ничего не произошло. В гробу, чуть улыбаясь и закрыв глаза, лежала безумно красивая девушка, не смотря на сине-зеленый цвет кожи, небольшие рожки и когти на руках. Между лиловых губ влажно поблескивали белоснежные зубы. Крыльев не было, значит, не высшая. Но демонесса, это определенно.
Все началось, как только следом за мной к лежащей подошел Дэвлин. Дикие надписи по сторонам вспыхнули зеленоватым, гнилостным светом, пульсируя. Твари в стенах принялись извиваться, вытягивая в нашу сторону узловатые, скрюченные руки, будто пытались прорвать поверхность своей темницы и схватить, а за гробом резанула по глазам вспышка зеленого отвратительного пламени, из которого шагнул нам навстречу не уступающий в росте демону рыцарь. Доспехи его были покрыты ужасающими гравировками с видом расчленяемых тел, отрубленных голов и разрываемых на части какими-то отвратительными тварями людей, а от пары картинок меня вообще чуть не стошнило. Из спины его торчали вертикально веером пять острых копий, на которые были насажены чьи-то мертвые головы, а глазницы шлема в форме черепа светились тем же зеленым. Вокруг него пространство окончательно теряло форму и саму свою суть. Он одновременно находился то внутри кристалла, то в пятне какой-то мутной жижи, то в масляных радужных разводах на какой-то пленке. Из сочленений доспехов сочилась слизь. Она капала на пол, оставляя новые вспыхивающие гнилостно-зеленым символы. Я к этому времени была на грани обморока от отвращения и головной боли. К мертвякам. Если я отсюда выберусь – никогда больше не сунусь к хаоситам. Хватит, посмотрела и достаточно.
– За спину, – тихо бросил мне Дэвлин, остальные даже подходить близко не стали, только рассыпались, чтобы не стоять рядом, – это проклятый. Одержимый.
– Ты зачем сюда явился, демон? – прорычал низко, на уровне слышимости, отвратительный пришелец, от чего у меня еще сильнее заболели уши.
Он стоял, чуть наклонив голову вперед и положив руку, если под доспехами была рука, на меч, устрашающих размеров. Ножны не крепились к броне: они цепко держались за нее изломанными когтистыми лапками, похожими на паучьи.
– Мне не нравится то, что ты тут устроил, – ответил мэтр Купер, даже не пошевелившись. Без намека на вызов или угрозу.
Черепоносец издал глухое, невнятное рычание, а все тело его содрогнулось, будто сведенное судорогой. Зеленоватые светящиеся полосы, извиваясь, поползли в нашу сторону, но наткнулись на дэвлинские тени, разметавшие воплощения чужой силы в один момент. Проклятый отступил на полшага.
– Это не твой мир! – вся пещера завопила, засмеялась, зарыдала тысячами баритонов и сопрано на все лады.
– Пока нет, – невозмутимо согласился алый с золотом уроженец Инферно, заглушив все голоса, так что на миг наступила благословенная тишина: и вокруг, и в сознании.
Я вздохнула судорожно, похоже, я забыла, как дышать, с момента появления чудовища.
– Ты – на моей территории! Я убью тебя, если ты не уберешься отсюда!
– Попробуй, – очень-очень спокойно и как-то небрежно поговорил Дэвлин, и темные узкие губы растянулись в хищной усмешке, какой я ни разу у него не видела, – я, конечно, получу пару ран, неприятных, но развоплотить тебя – я вполне в состоянии. А потом займусь твоей приятельницей… Без спешки и в спокойной обстановке.
– Я не отдам тебе ее! Только попробуй хоть пальцем ее коснуться! – снова проревело хаоситское отродье, явно имея в виду спящую красавицу. Оно метнулось вперед, наткнулось на невидимую преграду и снова сжало пальцы на рукояти меча.
– Она мне и не нужна.
– Тогда зачем ты здесь?!
– Мне не нужен прокол в Хаос, даже такой небольшой.
Проклятый переводил взгляд с гроба на стоящего рядом демона и обратно, явно прикидывая шансы. Глазницы черепа запылали еще ярче, а потом внезапно потухли, словно по ту сторону кто-то потушил свет.
– Мне нужно не так много времени, – сказал он, наконец, – пока ее не прекратят искать. Потом я уйду.
Последовала небольшая пауза, во время которой я слышала только, как стучит в ушах кровь. И что,
