эльфийская мэтресса предполагала, что я могу что-то поделать с Этим?! Да она точно рехнулась в своих льдах, у меня же волосы на макушке от ужаса шевелятся!
– Ты можешь переждать это время в моих владениях, – безмятежно предложил мэтр Купер, нарушая наступившую тишину.
Проклятый замер, чуть наклонив на бок голову. Если это, конечно была голова? У этой же твари не поймешь, что где. Может, он вообще просто слизь в доспехах?
– Ты что – предлагаешь мне убежище?!
– Да, – буднично согласился Дэвлин.
– А цена? – тон стал настороженным.
– Имя того, кто вселился в твой меч.
Черепоносец, казалось, онемел на несколько секунд.
– Ты представляешь, что требуешь? – прошипел он.
– Да, – кивнул Дэвлин, – у тебя останутся еще одержимые доспехи, щит и шлем. Зато никто не сможет тебя обнаружить. Ну, или бой. Я что-то давно не развлекался, так что не против этого варианта. Выбирай. Только не тяни с решением.
Вряд ли есть еще хоть один человек, который бы видел подобную беседу. Ну и остался после этого в живых. Проклятый молчал долго, переводя взгляд с демона на гроб и обратно. Тени вокруг снова сгустились, льнули к моему телу на случай внезапной атаки готовые защитить, и я приготовилась отпрыгнуть куда-нибудь в угол, как только все начнется.
– Как я могу тебе верить, что ты не выкинешь какой-нибудь фокус, когда я окажусь в твоем маноре? В полной твоей власти?
– Я даю тебе слово.
– Чье?
– Слово третьего наследника Дома Багрового пламени. Я не предам тебя первым, до тех пор, пока ты по своей воле не покинешь предложенное тебе убежище, и не буду этому препятствовать.
Мне показалось? Или я почувствовала на миг чужую безумную, отчаянную надежду? Вот еще не хватало – я что, и Этому сейчас начну сочувствовать? Все у меня, кажется, еще хуже, чем я думала с головой-то.
– Мне нужен заложник на это время, – проговорил, наконец, одержимый уже вполне спокойно, отпустив чудовищный меч.
Дэвлин усмехнулся, качнув головой, и одержимый добавил.
– Я дам тебе слово Лорда Хаоса, что не причиню ему вреда, если ты не предашь меня. И назову имя, которое ты просишь, прямо здесь и сейчас.
– И кто же тебе нужен?
– Я уже выбрал.
Наш инфернальный друг приподнял одну бровь – «я удивлен».
– Ее, – усмехнулся череп проклятого, и когтистая, изъеденная коррозией и светящийся гнилью перчатка указала на меня.
Че-е-его? Я что, ослышалась? А-а-а… Похоже, это просто новые галлюцинации, как с кабинетом куратора. Или?.. Я попыталась поймать взгляд демона, но тот, не отрываясь, смотрел на проклятого, что-то обдумывая. Прошла, казалось, целая вечность. Да ладно! Это он пошутил. Сейчас тварь снова усмехнется и…
– Согласен, – ответил мэтр Купер, уверенно забивая гвоздь в крышку моего гроба, – но я потребую с тебя клятву.
– Согласен.
Сбоку мне почудилось какое-то движение, пальцы Эрика сжались на кобуре. Он выругался сквозь зубы, но все же не выстрелил, хотя зрачки его сжались до двух безумных точек. Десятый без слов положил руку ему на плечо и покачал головой. Тварь уставилась на меня и медленно двинулась в мою сторону. Все, что я видела вокруг него, теперь ощущалось физически и, к тому же одновременно. Даже просто стоять и дышать стало непосильной задачей.
«Все, – констатировал Шепот, – трандец».
Лусус даже не пищал. Он сидел в самой дальней части моего сознания в обнимку с инстинктом самосохранения, и оба потрясенно молчали. Потрясенно и немного укоризненно.
Тварь тем временем подошла и хищно ощерилась клыками черепа, глядя мне в глаза.
– Дай руку, смертная, – велело чудовище.
Я, не отрываясь, смотрела на него. Как же все интересно оборачивается-то.
Нечего! Нечего бояться всяких уродов. Ничего он мне не сделает! Давай. Давай сделаем вид, что мы не умираем от ужаса. Я, не особо понимая, что происходит, протянула ему ладонь, содрогаясь от отвращения. Он схватил меня за запястье, и волосы снова встали дыбом у меня на голове. Мерзость! Так мы и замерли на какой-то, казавшийся вечностью, момент. Памятником глупости человеческой.
– Слишком добрая. Безрассудно храбрая, – покачал он, наконец, головой, – плохо кончишь.
И отошел, отпустив меня, я стащила перчатку: на запястье остались отвратительные черные письмена в форме браслета, будто выжженные на коже.
– Подождите меня снаружи, – сказал демон, – спуститесь с горы и будьте у подножия, я скоро вернусь.
Я не помню, как спускалась по склону вниз, Десятый аккуратно держал меня за локоть, чтобы не упала. Он снова выглядел нормальным огром – личина вернулась на место. Через пару часов я сидела на каком-то грязном камне и бездумно таращилась на новое «украшение». Что помешает демону передумать, когда у него во власти окажется проклятый и какая-то бесчувственная демонесса? И кстати. Он-то дал слово, но у него есть еще отец, дед, другие сородичи. А я – кто? Смертная. Но почему этому чудищу понадобилась я? С какой радости он взял, что это какая-то гарантия? Ничего не понимаю. Сил не было. Мутило. Накатила отвратительно-беспросветная тоска.
На какой-то момент меня отвлек от тоскливых мыслей жуткий грохот – это ушла в землю бывшая гора. Но потом я снова желала только одного: свернуться в клубок, и чтобы никто меня не трогал.
– Эй, ты как? – передо мной на корточках сидел Дэвлин снова в человеческом облике и заглядывал в глаза.
«Прояви доброту, демон. Просто убей нас…»
– Нормально.
Он взял мои ладони в свои.
– Руки ледяные.
– Не очень хорошо себя чувствую, – вяло отозвалась я, – спать хочется. И вообще.
– Я понимаю. Потерпи немного.
Как-то слишком часто стала я это слышать в последнее время.
– Ладно.
Он принялся растирать мои ладони, а потом влил в меня какой-то элексир, от которого стало немного полегче. Остальные деликатно нас не замечали и занимались обедом.
– Хочешь спросить что-нибудь?
– Наверное, а ты ответишь?
– Обещаю. А еще считай, что я должен тебе желание. Любое, что бы ты ни попросила.
Я чуть усмехнулась, пародируя Эрика.
– Ночь любви?
– Любое желание, – повторил демон.
– Кто был этот проклятый?
– Когда-то, видимо, начинал человеком. Теперь на нем одержимые несколькими отродьями доспехи. Они сделали его Лордом Хаоса.
– А кто была девушка в гробу?
– Понятия не имею, я не задавал вопросов.
– Он ее что – любит?
Дэвлин пожал плечами.
– Или хочет как-то использовать. Или она заложница. Или вообще – еда. Не знаю.
– И что бы со мной было, если бы ты нарушил слово?
Он помолчал.
– Хаос выпил бы твою душу и вселил бы что-то в твое тело.
«Какая потрясающая перспектива».
– Понятно.
– Все будет хорошо, я обещаю, не бойся.
– Я
