– Да, именно это я и хотел вам показать.
– Она так и лежала? Среди прочего мусора?
– Совершенно верно.
«Василиск» нахмурился, потеребил изумрудную сережку в левом ухе. На бумаге, заинтересовавшей Фернана, было всего лишь три слова. В середине листа большими буквами было выведено – «Леонора». Также значились – «Лиса» и «Коралловый риф». «Леонора» была обведена в жирный кружок. От кружка к «Лисе» шла пунктирная линия. Еще одна линия, но на этот раз сплошная, от «Лисы» тянулась к «Коралловому рифу». Около «Леоноры» стоял небольшой вопросительный знак. «Коралловый риф» трижды подчеркнут.
Все. Больше ничего не было.
Фернан усиленно соображал. Как видно, писал граф. Личные заметки. Вопросительный знак напротив «Леоноры» мог означать только одно: к моменту написания этой бумаги граф не знал, кто она такая. Пунктир от «Леоноры» к «Лисе». Что бы это значило? И кто такая эта «Лиса»? На ум приходил только один человек, которого за глаза называли Лисом, – Жерар де Альтеньи, посол Андрады в Таргере. Контрразведка и раньше подозревала, что этот пронырливый андрадец имел связи с Леонорой или по крайней мере знал, кто она такая. Теперь же есть хоть какие-то наметки, что андрадский шпион связан с послом враждебной для Таргеры страны. Кто или что такое «Коралловый риф», «василиск» не представлял совершенно. Тайное имя еще одного шпиона? Какая-то местность, кличка животного или название трактира? Ясно было одно: судя по количеству подчеркиваний (перо даже продавило бумагу), этот самый «Коралловый риф» был очень важен для графа. Ключ. Путеводная ниточка к разгадке Леоноры.
«Проклятый вояка! – в раздражении подумал Фернан. – Мог бы не уничтожать документы или хотя бы написать на этом клочке хоть какую-то информацию!»
Сеньор де Суоза молча сложил листок пополам и убрал во внутренний карман. Полковник против такого самоуправства ничуть не возражал. Разве что уголки его губ иронично приподнялись.
– Вы удовлетворены?
– Скажите, сеньор, почему этот важный документ только сейчас попал в руки контрразведки? – сухо спросил Фернан, даже не подумав отвечать на вопрос.
Полковник был не робкого десятка. Он всего лишь скучающе пожал плечами:
– Я не так давно нашел шкатулку в вещах командира. А что до бумаг… У меня в подчинении целый полк, и мчаться в Эскарину, чтобы передать вам этот документ, мне было не досуг, а отправлять с посыльным – себе дороже. Нынче посыльные ненадежны, а дороги опасны. Рано или поздно контрразведка должна была прийти ко мне сама. Как видите, это и произошло.
Фернан недовольно поджал губы и сухо произнес:
– В былые времена сокрытие подобной информации приравнивалось к государственной измене.
– Сейчас не былые времена! – отрезал полковник. – Даже ваше ведомство теперь трижды думает, прежде чем арестовать военного. Давайте забудем этот разговор. Документы у вас, маркиз. Я помог чем смог.
Сеньор де Суоза проклял себя за несдержанность. Как контрразведчик, он мог позволить себе задавать куда более резкие вопросы куда более грубым тоном. Но такое обхождение было не для полковника де Каэро – выходца из очень влиятельного рода. Здесь стоило соблюдать вежливость и не оскорблять командира кирасир ни за что ни про что.
– Приношу свои извинения, если оскорбил вас, сеньор. Издержки работы.
– Понимаю. – Тому тоже не было резона ссориться с «василиском» из-за… недоразумения.
– Леонору следует поймать, и вам это не хуже меня известно.
– Хотите, поделюсь своими соображениями? Только между нами, – неожиданно усмехнулся полковник.
– Извольте.
– Боюсь, вы никогда ее не поймаете. Леонора может оказаться мифом. Сказкой. Громким пшиком. Контрразведка ловит ее уже несколько лет, а камень лежит на том же месте. Да и не только контрразведка. Вы знаете, что клирики тоже пытались ее поймать?
– Я слышал подобный… слух, – осторожно ответил Фернан.
– Это не слух, маркиз. Совсем не слух. Клирики попытались, и у них ничего не получилось. И у «гарпий», кстати, тоже. Совсем ничего, вы понимаете?!
– Да, – поняв, куда клонит полковник, произнес сеньор де Суоза. – Вы пытаетесь убедить меня, что наша неуловимая девочка обладает силой, дарованной ей Спасителем?
– Ну можно конечно же предположить, что Леонора опережает вас, потому что обладает точной и своевременной информацией или что она – это несколько разных людей, но… Я бы выбрал ваш вариант… Хотя почему сразу Спасителя? Остается еще и Искуситель.
– Клирики бы враз почувствовали такого мага.
– Вы в этом так уверены, капитан? – Полковник нехорошо усмехнулся. – Вы когда-нибудь задумывались о тех силах, что подарили людям Спаситель с Искусителем? И чем они отличаются друг от друга? Не каждый «озаренный» клирик может отличить темную сторону от светлой. Так-то вот. И именно поэтому у отцов-дознавателей Святой матери Церкви, да простоит она еще тысячи лет, всегда будет работа. Впрочем, это всего лишь мои предположения, сеньор де Суоза. Не смею вас задерживать, всего доброго.
Фернан кивнул. Полковник дал ему пишу для размышлений. Очень сытную и богатую. Правда, с гнильцой.
– Вы обещали рассказать про клад. Это действительно интересно.
– А… Этот клад не иначе как дар самого Спасителя, – хмыкнул полковник. – Видели на краю деревни остатки церквушки?
– Конечно.
– Как сказали клирики, это строение датируется пятым веком…
Фернан присвистнул.
– Вот-вот. Как подумаю, что видели эти камни… Тысяча лет – долгий срок.
– Зачем же тогда ее разрушили?
– Это инициатива клириков. Церквушка простояла двести лет без всякого ремонта… Кровля еле держалась, проще было разрушить и отстроить новую, чем ремонтировать эту рухлядь. Быть может, она бы и сама рано или поздно развалилась, но кусок упавшей стены насмерть убил местного священника, и было решено снести здание. Епископ попросил сеньора де Туриссано о помощи. Несколько солдат помогали рабочим ломать стены. Они-то и нашли клад. За фреской, что у алтаря. Все находки датированы вторым-третьим веком. Золотая церковная утварь, несколько книг, в том числе и откровение Учеников Спасителя, и крест, как говорят знающие люди, принадлежавший самому Святому Агусто. Конечно же клирики сразу же наложили на сокровища свои лапы. Впрочем, никто из нас не возражал. А шкатулку маршал оставил себе.
– Что было в шкатулке?
– Не знаю. Быть может, и ничего. Вряд ли бы командир решился взять у Церкви что-то важное.
Фернан кивнул, хотя в его голове забрезжила кое-какая мыслишка. Кажется, «василиск» понял, откуда нежданно-негаданно у сеньора де Туриссано появились бумаги, так рьяно разыскиваемые церковниками. Почему бы им было не вылезти вот из этой самой шкатулки? Чем не версия? Осталось только узнать, что содержится в документах и почему их так ищет Церковь. Фернан сделал себе пометку – лично съездить на квартиру к Шейру и провести обыск. Погибший ламия вполне мог спрятать подлинники у себя в каком-нибудь из тайников. Рийна могла что-то упустить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
