нет! Твой гос-с-сподин издох-х, укуш-ш-шенный моей дочерью! И ты издох-х-хнешь здес-с-сь, в моем логове! Я выс-с-сос-су тебя дос-с-суха!
– Ни ты, ни твои выродки не причините мне вреда. Ничего не изменилось! У Дома наемников есть господин, и ты принадлежишь ему! Если со мной что-то случится, от этого места ничего не останется. Его выжгут до тла!
Скрежет в углу можно было принять за смех.
– Т-ты долж-жна з-знать, ж-женщ-щина, я никогд-да не имел ничего п-п-против т-тебя. Я даж-же был благодар-р-рен, что однаж-жды ты с-спас-сла меня и моих дет-ток от-т гибели, но веч-чной благодарнос-с-с-ти не бывает. Никто не позабот-титс-ся обо мне лучш-ш-ше, чем я с-с-сам.
– Ну и как это понимать?
Король Пауков сунулся было вперед, но я сжала кулак. Пульсар брызнул светом и загнал его обратно в угол.
– С-сапф-фировый Певец-ц предупреж-ждал меня, что очень с-с-скоро ты явиш-ш-шься с-сюда, ко мне. С-станеш-шь задавать вопрос-с-сы или угрож-жать. Я зак-ключил с-с ним с-сделку. Твоя ж-жизнь в обмен на мою и моих крош-ш-шек. Т-так-к чт-то не обес-с-с-судь, ж-женщ-щина, с-сейча-с-с ты…
– Сапфировый Певец мертв. Дом принадлежит Бартлеру по праву сильнейшего. Вряд ли ему захочется жить на одной земле с тем, кто способен подослать к нему убийцу.
Шшаах снова зашевелился. Оборотень не поддерживал идею Папочки использовать пауков для сбора полезной информации. Слишком опасно заключать сделку с тем, кто легко может действовать в обе стороны. Но отец не терпел возражений. А посему мне не раз и не два приходилось избавляться от тех, кто мог донести инквизиторам на мерзкую тварь. И вот оно каким боком вышло. Намерений Барта я не знала, как и того, кто и с какими предложениями приходил сюда помимо Мики. Шшаах тоже был не дурак, хоть и на шести лапках. Мог сложить одно с другим.
– Ты лж-жеш-шь!
– Спроси у своих детей.
– Вшии!!! – прощелкали жвалы. – Приди!
Я брезгливо поморщилась. Стены и потолок покрывала шевелящаяся масса, по которой бодро шустрил лапками неприметный паучишка. Из тех, что прячутся под ванной или за унитазом, чтобы однажды устроить сюрприз. Лучший шпион из тех, что можно себе представить. Прошустрил мимо и исчез в темноте. Красные точки погасли и снова зажглись. И раз уж пауки не повалились на меня со всех сторон, можно было считать, что удача на моей стороне.
– Ч-чего ты х-хочеш-шь, ж-женщ-щина?
Я сдержала ухмылку. Тварь завозилась углу, подбирая свои мерзкие лапы.
– Мне нужны ответы, Шшаах. Я хочу знать о человеке по имени Антрацитовый Паук. Это он…
– Тшшш! Я слыш-шу с-смерть! Какая-то мер-рз-зкая тетка наверх-х-ху с-снова убила кого-то из моих-х прелес-стных кр-рош-шек.
Очень понимаю эту милую женщину и всячески поддерживаю. Сама ненавижу пауков до нервной икоты и истерического визга.
– Т-так ч-что т-ты т-там говор-рила? Знаю ли я и мои дет-тки, где и-с-с-скать Антрац-ц-цитового П-паука?
– Именно так, – кивнула я.
– Мерз-з-зкий человечиш-шка, хоть и нос-сит такое крас-с-с-сивое имя! Подлый некромаг, с-с-столь бесполезно погубивш-ш-ший одну из прекраснейш-ших моих дочерей. Его нет в Бьёрсгарде, инач-че бы я воздал ему по зас-с-с-слугам немед-дленно.
– Так ты знаешь, где он теперь?
– В пос-с-следний раз его видели у Пер-р-р-рехода ис-с город-да. Больш-ше я нич-чего не знаю.
– Мне нужно больше информации. Когда найдешь Антрацитового Паука, сообщи мне.
В темноте глухо заскрежетало. Королю Пауков не понравилось мое поручение. Но я знала, что он его исполнит.
– Х-хорош-шо. Тепер-р-рь ух-х-ходи, пок-ка я не пер-р-р-редумал.
Глаза Шааха угасли, "аудиенция" была окончена. Я рванулась наверх, пронеслась по залу. Дверь была открыта, меня выпускали. Снаружи глотнула свежего воздуха, набросила капюшон на голову и пошла прочь от этого места, не обращая внимания на ветер и летящие в лицо комки снега.
Переход из Бьёрсгарда представлялся слишком зыбкой целью, но это было лучше, чем ничего. А потом меня кто-то схватил. Я так задумалась, что не сразу поняла, что происходит. Очередной порыв ветра сорвал с меня капюшон и выстудил голову, отчего мысли разом прояснились. Это был дэ Аншэри. Проклятый инквизиторский упырь выследил меня. Но как?
Он был бледнее обычного, на лице алым пятном горели красивые губы с едва обозначившимися клыками. Ноздри вампира подрагивали, как у гончей, почуявшей добычу. Он явно охотился. И раз уж вцепился мертвой хваткой именно в меня, несложно было сообразить, кто жертва. Мне бы вырваться и бежать, да ноги словно приросли к месту. Я ничего не чувствовала, кроме дикой усталости и желания… сдаться. Словно это было самым правильным, что я могла сделать. А после той синей вспышки происходящее и вовсе показалось миражом.
Мне все-таки удалось перевернуться набок и даже худо-бедно пошкарябать бинты ногтями. Полегчать полегчало, но не настолько, чтобы снова умиротворенно отрубиться, потому что от соседней подушки пахло инквизитором. Запах будоражил кровь и навевал странные размытые образы. В них было много солнца и песка. Такого же белоснежного, как там, за синей завесой, но другого – влажного и соленого. Проклятье, что же было после того, как я убралась из того дворца?!
Скрипнула и открылась дверь, расчертив пол в комнате ярким лучом. Мне нужно было подумать, а не болтать, поэтому я закрыла глаза, притворяясь спящей. Послышались шаги, и стук о тумбочку. Кто-то сел на край кровати, и я почувствовала прикосновение прохладной руки ко лбу, с трудом сдержавшись, чтобы не вздрогнуть.
– Я знаю, что ты не спишь, – сказала Ави. – И я рада, что с тобой все в порядке.
– Я бы с этим сильно поспорила, – пробормотала я, силясь приподняться на локте. Боли я никакой не почувствовала, скорее, мешали тугие бинты. Она помогла мне сесть, подсунула под спину подушку и подала дымящуюся кружку.
– Что это? – Я с большим сомнением принюхалась. Пахло травами.
– Нашла на кухне справочник по зельеварению, красненький такой, с листиком на обложке, и баночки с готовыми травяными эссенциями. Приготовить напиток для восстановления сил по инструкции было несложно. Пей, не помешает. – Видя, что я не тороплюсь с дегустацией, Ави потянулась за кружкой. – Думаешь, я сварила что-то опасное?! А ну отдай!
– Да нет, все в порядке. Сборник ядов черный, с черепом и костями. – Я увернулась от ее пальцев, расплескав немного обжигающей жидкости на простыню, которой была укрыта, и едва отхлебнула из чашки. – Так, медуница, снегоягодник, гномий ружильник, женьшень и жальник. Это моя любимая “Веселушку". Молодец, неплохо вышло. Переборщи ты с жальником, я бы отлеживалась в туалете. Он дает устойчивый мочегонный эффект. – Я откинулась на подушку, наслаждаясь разливающимся по горлу теплом. Скоро станет полегче.
Космолетчица пожала плечами, но было видно, что ей приятно.
– Я уж думала, что этот
