– Мне часто приходило в голову, что красивее тебя мужчины я не встречала, – произнесла она.
– Я очень похож на тебя, мама, так что, по сути, за это тебе надо сказать спасибо.
– Нет, не совсем! Твой отец тоже был настоящим красавцем! – Ей было известно, что ее сына, как и покойного мужа, лет с пятнадцати – шестнадцати донимали молодые незамужние леди и замужние дамы, равно как и женщины, которых никак нельзя назвать леди. Она не раз спрашивала себя, почему ее сын не женится, если женщины так и лезут к нему в постель. "Ее муж был горд сексуальными успехами сына, которого, как она подозревала, он любил больше, чем ее. Однако покойного герцога волновали бесконечные любовные похождения сына, поэтому он настоял на том, чтобы Ричард вступил в брак. Сын повиновался. Он женился на Марнссе и произвел на свет наследника, а потом Марисса умерла, и молодой человек остепенился, но счастья не было в его жизни.
– Ты, кажется, говорил, что Эванжелина лишь наполовину англичанка? – деланно равнодушным тоном спросила герцогиня.
– Да, – коротко ответил он.
Ричард и представить себе не мог, что скажет его мать, если он поведает ей, что ни одну женщину он не хотел так сильно, как Эванжелину, что от злости он чуть не удушил ее и что больше всего ему хочется прижать ее к своему сердцу.
– Кажется, – промолвила Марианна Клотильда, расправляя бледно-голубые юбки, – месье Позетт вот-вот должен прийти. Он так хорошо укладывает мне волосы. – С этими словами она направилась прочь из комнаты, но в дверях задержалась и спокойно сказала:
– Кто знает, может, Эванжелина и приедет в Лондон? Не исключено, что я сама ей напишу. Что скажешь на это?
Казалось, Ричард был ошеломлен. Зачем она вмешивается?
– Не делай этого, мама, – покачал он головой. – Не делай.
Но потом, глядя в окно, живо представил, как обнимает податливое тело Эванжелины и ее губы тянутся к его губам.
– Черт бы тебя побрал, Эванжелина, – прошептал герцог. Ричард подумал о своей любовнице Моргане. Она умела потакать его прихотям, но, как ни странно, ему не хотелось встречаться с ней. Он хотел другую женщину!
Ричард разозлился. Вспомнив о Баньоне, он потер руки.
Сегодня же они поедут в спортивный клуб “Джентльмен Джексонз”. Ему будет становиться лучше от каждого удара, даже если бить будет не он.
Глава 21
Эванжелина оторопела, увидев спешившую в северное крыло замка миссис Роули. Ключи на ее сверкающем кольце громко позвякивали.
– Что случилось, миссис Роули? – обратилась к ней девушка, закрывая за собой дверь спальни. – Я могу вам помочь?
– Ох, мадам! Доброе утро! – Резко остановившись, миссис Роули повернулась к Эванжелине, ее лицо раскраснелось от волнения. – Дело в том, мадам, что я сильно тревожусь за миссис Нидл. Она обычно спускается в кухню на завтрак ровно в семь утра. А сейчас уже больше восьми часов, но ее еще никто не видел. Боюсь, с ней что-то случилось, ведь она уже такая старая. Я хочу сходить в ее комнату.
– Я пойду с вами, – заявила Эванжелина, поднимаясь вслед за экономкой по ступенькам. – Уверена, что миссис Нидл просто потеряла счет времени, готовя очередное снадобье.
Женщины поднялись в башню. Эванжелина постучала в дверь и позвала:
– Миссис Нидл! К вам пришли мадам де ла Валетт и миссис Роули. С вами все в порядке?
Ответа не последовало. Эванжелина окликнула миссис Нидл еще раз. Ничего…
– Я так и знала, – вздохнула миссис Роули. – Что-то случилось, наверняка она заболела.
– А может, она пошла в лес за грибами? – предположила Эванжелина, нажимая на медную ручку. Однако она не верила собственным словам и, признаться, ей совсем не хотелось заходить в покои миссис Нидл.
Едва дверь отворилась, им в лица пахнуло розовым ароматом.
– Миссис Нидл!
Эванжелина медленно обошла комнату; миссис Роули ни на шаг не отставала от нее. И вдруг экономка вскрикнула:
– Господи Боже мой!
Проследив за взглядом миссис Роули, Эванжелина заглянула за ширму, прикрывающую маленький альков, в котором стояла кровать миссис Нидл. Старушка неподвижно лежала на полу. Эванжелина опустилась на колени рядом с ней, но, даже не дотронувшись до сморщенной руки, девушка поняла, что та мертва. Пульса не было, тело уже успело остыть. Видимо, несчастная умерла несколько часов назад.
– Она была такой старой, – проговорила миссис Роули, – но все равно от этого не легче. Наверное, стало плохо с сердцем. Надеюсь, она недолго мучилась. О Господи! Она никогда не позволяла нам подолгу оставаться с ней. Боже мой, как жаль, что никого не было рядом, когда настал ее последний час.
Сев на колени, Эванжелина закрыла глаза. Ей вдруг вспомнилось лицо умершей матери – ее бледные губы застыли в безжизненной улыбке, невидящие голубые глаза смотрели в пустоту до тех пор, пока доктор осторожно не прикрыл веки. Поначалу девушка испытала настоящий шок, похолодевшее тело матери казалось чужим. Горе пришло позднее.
– Да, – наконец промолвила Эванжелина, взглянув на миссис Роули. – Она была очень старой женщиной. Позовите Бэссика. Он наверняка знает, что надо делать.
Кивнув, экономка вышла из комнаты, ее ключи мелодично звенели в такт ее шагам, когда она спускалась по лестнице.
Эванжелина заглянула в лицо миссис Нидл. Как ни странно, морщины на нем разгладились, и мертвой она, казалось, помолодела. Протянув руку, девушка дотронулась до холодной щеки покойницы. Бедная-бедная миссис Нидл… Умерла в одиночестве, не успев попрощаться с близкими. И вдруг на шее покойницы, в вырезе поношенного шерстяного платья, Эванжелина увидела два темных синяка размером с большие пальцы мужчины. Отшатнувшись, девушка на мгновение закрыла глаза. Нет, Господи, нет! Только не это! Собравшись с силами, она заставила себя внимательнее посмотреть на шею миссис Нидл. Синяки не исчезли, они по-прежнему темнели на пожелтевшей коже. Итак, миссис Нидл умерла не своей смертью – кто-то задушил ее.
Эванжелина закрыла лицо руками. Это ее вина, это она рассказала Эджертону о миссис Нидл. Девушка точно не помнила, упоминала ли при негодяе имя старухи. Она сказала ему, что старая женщина ее в чем-то заподозрила. Эванжелина заговорила о ней лишь для того, чтобы остановить безумие Эджертона, чтобы тот не надеялся, что ей удастся долго скрывать правду. Но вместо этого он просто убрал ее, убрал как ненужного свидетеля – с такой же легкостью, с какой стряхнул бы пылинку с камзола. Эджертон приказал убить миссис Нидл, и в этом повинна она, Эванжелина. Миссис Нидл умерла, потому что она приехала в Чеслей-Касл. Ей не было прощения…
Бэссик нашел Эванжелину раскачивающейся на коленях возле трупа миссис Нидл. Лицо девушки было залито слезами, ее глаза были полны отчаяния, а тело, казалось, сковала сильная боль.
