Его словно молния ударила. Брат стоял, ошарашенно хватая губами воздух.
— Я… Я не… Ты никогда не рассказывала…
— Потому что вы не захотели меня слушать, - с губ сорвался печальный смешок, - это никак не сочетается с вашей мирной жизнью и… Вызывает столь отвратительное чувство вины.
Он замолк, но не избавился от растерянности во взгляде.
— Я ненавидел Либерию, - неожиданно, признался Патрокл, - ненавидел… Потому что ты была маленькой любимой принцессой. Все только о тебе и говорили. Родители бесконечно тобой гордились. А я… Вечно на вторых ролях. Должен всюду за тобой ходить, должен играть. Всегда и вечно должен... Я считал тебя раздражающей занозой. Когда ты исчезла… Мне вначале показалось, что и это – нарочно. Может, ты просто хотела привлечь внимание?
Брат горько усмехнулся:
— Но жизнь без тебя не стала проще. Я не смог смириться… С пропажей. А потом появилась Имма. Такая болезненная, слабая… Она вечно нуждалась во мне, цеплялась, словно глупый щенок. Рядом с ней я будто становился ответственнее и сильнее. Так намного легче… Забыть болезненное. Стать хорошим братом хотя бы для неё.
С моих губ сорвался очередной усталый вздох.
— Прошлое останется в прошлом. Если тебе легче забыть – что я могу поделать?
Рассвет прорезал линию горизонта. Я стащила с кровати чемодан и обогнула Патрокла, направившись к выходу.
— Каждый год в наш дом приходили девушки, которые называли себя тобой. Каждый год я терял надежду. Но когда появилась настоящая ты – ко мне будто вернулась вся ненависть из детства. Я действительно хотел тебя видеть, но и винил за каждый год пропажи. - безнадёжно проговорил он, обернувшись. – Не исчезай теперь… Пожалуйста. Мне больше не хочется забывать.
Я замерла у двери и, коснувшись круглой ручки, улыбнулась:
— Придёт день, и ты получишь письмо, брат. Приглашение… В мой новый дом. Конечно, только твой выбор – отзываться, или же нет. А пока что… До встречи.
То, что я не успела сказать ему перед пропажей. Мой глупый брат оставался высокомерным ребёнком, но окончательно искоренить в себе привязанность к нему не представляется возможным.
Поместье Гарди утопало в рассветной дымке. Сухие прощания родителей остались где-то там, за стенами. Надрывные чувства Патрокла до сих пор звенели в сознании.
«Девочка без дома. Девочка без семьи. Девочка без прошлого. Всё это – я. Но… Мне дано и кое-что невероятно ценное. Шанс выстроить своё будущее. Безграничные возможности и свобода, о которой я практически позабыла. Раны, когда-нибудь, заживут. А островок спокойствия вполне можно найти в одном человеке»
Астор ждал меня у ворот, прислонившись плечом в том месте, откуда в самом начале малютку Либ и похитили.
Статный, высокий представитель демонической семьи со сверкающими серебром волосами и кровавым взором… Казался невозможно нежным и родным.
— Попрощалась, Либерия? – спросил он, ласково скользнув пальцами по моей щеке, мокрой от непрошенных слёз.
— Да. Теперь я готова оставить былое, - прошептала, с отчаянным усилием сжимая его ладонь. – Всё ведь… Будет хорошо? Намного лучше прежнего?
— Будь уверена, - рассмеялся Астор и смех отозвался северным ветром, в порывах которого кружились первые весенние лепестки.
«Прощай, Альянс. Прощайте, Гарди. В этой бесполезной сказке с выдранными страницами… Я напишу продолжение своей истории прямо на форзаце. Ибо кто запретит мне быть свободной и счастливой?
Больше
Никто
Во всём мире»
Эпилог
А что было потом? Чернеющие монолитные Врата, из которых тянулся зловонный флёр ядовитых эманаций; дворец, насквозь пропитанный кровью и оборванный мужчина в лохмотьях – бывший Великий Лорд.
— Это он и есть? Пакт на крови первого Софетеона? – спросила я, взирая на чудовищные Врата, покрытые путанными энергетическими рунами.
Даже стоять рядом с ними сложно, моя кожа словно вздыбилась и пошла рябью, безуспешно оттягивая назад.
— Да, - мягко кивнул Астор.
Нас приняли в Клигаре так, как встречают лишь королей. Много позже я узнала, что мой скрытный возлюбленный устроил массовую зачистку порочных тёмных семей, повергнув оставшихся в раболепный трепет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Теперь он стал новым Лордом, властвуя над древним замком. Но была здесь всего одна проблема… Эти демонические Врата, позволяющие яростным тварям из тьмы проникать в наш мир и заключать контракты.
Где-то рядом с ними на четвереньках и в цепях ползал бывший правитель, отец Астора. Некогда могучий колдун проиграл схватку, в ходе которой был искалечен и… Его разум пожрал собственный демон.
— Ты хочешь их запечатать, - тихо произнесла я, не без причин сомневаясь в реальности подобного, - но, ведь тогда твой демон…
— Король Змей – генерал и предводитель тёмных тварей… Был узником, из-за неуемной жажды анархии, - гортанно рассмеялся Астор, - ему одному из всех прочих по-настоящему интересны люди. Не как пища. Он любит… Наблюдать. Демоны посчитали это слабостью, но не смогли его надёжно пленить.
С каждым словом Астора могучее змеиное тело выползало из тени, обретая всё более отчётливые гигантские очертания.
— Однако, ему по нраву… Разрушить пакт и стать частью нового мира, навсегда разорвав связь с демонами. Но, без Либерии… Мы не справимся.
Я знала, что Врата будут вечно пить жизненные силы Астора, если их не остановить. И кровавая жатва никогда не прекратится, покуда пакт не будет разрушен до основания. Чёрные шрамы на теле Софетеона заживали так медленно именно из-за тлетворного влияния Врат.
Бледные светлячки вспыхнули на ладонях, будто спрашивая разрешения. За витражным окном сияла полная луна, испуская призрачные лучи.
Мы оба чувствовали присутствие инородной божественной магии, которая сейчас была сильнее, чем когда-либо. И даже толком не зная правильных слов и действий… Понимали одно: взор богов Альянса обращён прямо на нас.
— Пути высших неисповедимы, - прошептала я, отпуская уздечку силы.
Вихрь бледного света закружился вокруг пакта, впиваясь острыми иглами во все трещины. Камень, внезапно, сморщился, как оскаленная морда зверя. Неконтролируемый рёв послышался из глубины и, в этот момент, Король Змей начал таранить Врата.
Он опутал их змеиными кольцами и сжимал, не давая прорваться существам, но, при этом, продолжал биться рогатой головой в верхнюю часть арки.
Мы с Астором переплели пальцы, до изнеможения отдавая крупицы энергии.
Я с весельем думала о том, что на самом деле разрушу старый Клигар. Все его заветы и традиции… Разнесу, как древний пакт.
В конце концов, ещё не поздно изменить тёмные земли, верно?
Так, не став бесполезной принцессой… Я стала королевой мрачного царства, которое ожидали сотни перемен. И осыпающиеся в пепел демонические Врата – лишь первый шаг, ценный дар, заботливо преподнесённый Луноликой богиней.
***
Правда это, или ложь – сейчас уже не вспомнят. Да только в темнейшем Клигаре Великий Лорд, носитель сильнейшего демона – женился на светлой, и сделал её своей единственной повелительницей.
Они правили рука об руку, будучи суровыми, но справедливыми. Искоренение рабства, изменение внутренней системы Клигара, устоев и языческих верований…
Многие боялись Лорда, но ещё сильнее опасались ласковой королевы, которую он любил больше жизни.
Говорят, что они заключили союз с вольным Альянсом после многих лет бессмысленной вражды.
Говорят, что однажды прибыл к ним мятежный Святой Рыцарь Ордена Защитников, да и пожелал навечно остаться рядом.
А ещё говорят, что род от крови Астора и Либерии по сей день хранит жуткое чудовище: Змея, равных которому не сыскать во всем мире. И свились его стальные кольца на красочном гербе вокруг лунного диска.
Такова легенда, некогда сплетенная тонкими пальцами Либерии Гарди. И в летописи остались витиеватые строки:
«Моё имя – дыхание свободы. Его близость – опора и защита. Переплетаться гибкими змеями – порой спасительно. А яд, как известно, используют и во спасение.
