Нужно держаться подальше от Кэссиди, если я хочу выполнить задание. Но, лежа в кровати той ночью, Джек думала только о том, что зря так обошлась с девушкой. У нее были все причины полностью в ней разочароваться.
Каким бы сильным ни было желание, близость с Кэссиди была исключена. Сознание этого приводило Джек в отчаяние. И все равно сколь бы вескими ни были причины оттолкнуть Кэссиди тем вечером, причинять столько боли Джек не имела права.
По поезда оставалось еще несколько часов. Она схватила сумку и пошла вниз, в ресторан. Выпить кофе было просто необходимо.
Кэссиди сидела за столиком, устремив невидящий взгляд в окно. На улице царил хаос. Выглядела Кэссиди так, словно ей тоже не удалось поспать. Джек почувствовала себя ужасно виноватой. Не унижаться!
У Кэссиди могло быть множество причин потерять сон. В первую очередь, Оуэнс. Но что-то подсказывало Джек, что и она имела к этому отношение.
Джек подошла к столику Кэссиди и встала возле нее. Та подняла взгляд.
– Мне очень жаль, что так вышло вчера ночью.
– Вам не за что извиняться, Джек, – проговорила Кэссиди голосом, лишенным эмоций. – Вы достаточно взрослая, чтобы самой знать, что Вам лучше. Если спать в одной постели Вам было неудобно, Вы все сделали правильно.
– Дело вовсе не в том, что я тебе не доверяю.
– Да, Вы так и сказали.
Джек почувствовала, что с тем, что у Кэссиди пропал к ней всякий интерес, ничего нельзя было поделать.
– Послушай, я не хочу, чтобы ты сердилась на меня.
Кэссиди отвернулась. Она смотрела в окно.
– Какая Вам разница, честное слово.
– Потому что дело во мне, и я не хочу, чтобы ты думала иначе.
– А я и не думаю, – ответила Кэссиди, не оборачиваясь. – Потому что я терпеть не могу игры. А Вы играли со мною с нашей первой встречи. Как я уже говорила, я предпочитаю быть прямолинейной, насколько жизнь позволяет. Поэтому меня смущает находиться рядом с таким сложным человеком, который шлет противоречивые сигналы. А смущаться мне крайне неприятно, Джек.
– Мне очень жаль, что я вызываю у тебя такие чувства.
Кэссиди посмотрела на часы.
– Похоже, для сожалений уже поздновато. А теперь простите, мне нужно идти.
Она встала, но Джек не отступила ни на шаг.
Останови ее.
– До поезда еще несколько часов.
– Тогда мне нужно найти кого-нибудь другого, с кем скоротать их, – отрезала Кэссиди.
Джек чувствовала, как росла ее ненависть к себе самой. У нее сжались кулаки, пришлось убрать руки за спину.
Что ей нужно было от Кэссиди?
Она подошла только чтобы извиниться за вчерашнее. И она это уже сделала. Почему нельзя было теперь оставить все как есть и исчезнуть? Потому что я не хочу ее отпускать. Только не так.
Кэссиди была раздражена, а Джек все не могла придумать, как изменить ситуацию.
– Можно? – Кэссиди сделала шаг вперед, но Джек не нашла сил заставить себя отойти.
Кэссиди смерила ее полным злобы взглядом, губы ее были плотно сжаты. Предел терпения.
– Выпей со мной кофе, – сказала Джек.
– Я свой кофе уже выпила.
– Закажи еще, – Ты же ее просто упрашиваешь.
– Ну вот Вы опять, Джек. Довольно. Просто прекратите.
– Не могу. Я не знаю, как, – ответила она едва различимым шепотом.
– Тогда я покажу, как, – Кэссиди толкнула ее в грудь и вышла из-за стола. – Видите, как все просто.
Она направилась к лифтам.
* * *
У Рыси было так мало одежды и личных вещей, что на сборы у нее ушло не более пары минут. До отправления поезда оставалось три часа. И, хотя у нее возникло желание остаться в ресторане и провести это время с Джек, она решила больше не подвергать себя этой пытке. Агент Бюро или нет, Джек должна была решить какие-то важные вопросы, из-за которых ее послали во Вьетнам.
А Рыси предстояло вскоре отправиться в Сайгон и отыскать Оуэнса, и она не могла позволить чему бы то ни было встать у нее на пути. А риск вновь пересечься с Джек был немалый, особенно если она все же была федералом, и ее тоже послали за Оуэнсом. Но игры кончились. У Рыси не было больше ни времени, ни терпения даже думать о Джек. Такая красивая, такая таинственная, Джек слишком отвлекала. И Рысь не могла позволить ей стать препятствием на пути к выполнению задания. Кэссиди никогда не позволяла эмоциям вмешиваться в ход миссии, потому что, помимо музыки, у нее была лишь одна страсть – работа.
Интересно, где она сейчас. Но мысли снова возвращались к Джек. Господи, да забудь ты о ней уже. Что с тобой? Пролежать остаток утра в постели, уставившись в стену и думая о Джек. Это могло свести с ума. Рысь надела рюкзак и вышла из номера, намереваясь убить время, просто гуляя по окрестностям. Едва она приехала на железнодорожную станцию, зазвонил телефон.
Монтгомери Пирс. Последние новости по делу.
– Час назад Лик вышел из банка в Сайгоне. Он снял деньги со своего счета в «GC». – Пирс дал ей адрес отделения. У нее была зацепка, пусть и не особенно надежная. По крайней мере, она теперь точно знала, что Лик в Сайгоне. И хотя Рысь отчаянно пыталась сконцентрироваться на задании, она никак не могла прекратить изучать толпу пассажиров в поисках Джек. Когда поезд отошел, а Джек все еще нигде не было, Рысь начала беспокоиться. Почему она еще не здесь? Если Джек опоздала на поезд, Рыси было куда легче избежать очередной встречи с ней и можно было спокойно продолжать искать Оуэнса. Казалось бы, Рысь должна была испытать облегчение, но вместо этого она ощущала разочарование. Она встала с сиденья, глядя в окно. Множество людей – казалось, добрая половина населения земного шара, сходило с поезда. В то же время, другая половина норовила, растолкав их, пробиться в вагоны. И ни следа Джек. Контролер, а потом и вагоновожатый прокричали, что поезд готов был отправиться. Рысь еще раз внимательным взглядом окинула станцию.
В вагоне Джек тоже не было. Купе, которое Рысь забронировала, было тесным, точно обувная коробка со спальными полками. И все же это было лучше, чем стоять в загроможденной вонючей сауне вместе с кучей народа.
* * *
Джек старалась держаться как можно дальше от Кэссиди. Увидев, как та приехала на станцию, Джек спряталась в тени небольшого ларька с различными мелочами для туристов; он был как раз через улицу – отличная позиция для наблюдения.
Продолжать это безумие не имело смысла, да и Кэссиди дала понять, что с нее довольно. Джек была ужасно расстроена, что все закончилось таким образом, но, возможно, это было к лучшему. И потом, самое время было собраться с мыслями перед тем, что ей предстояло. Джек достала телефон и набрала Фэлпсу на мобильный в Вашингтон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
