окутала ноги, ступни щекотала трава и мелкие камни, снова стало зябко. Но и вместе с тем – как-то отчаянно весело. Так, будто… Ясмин отчего-то хотелось смеяться, словно она вырвалась вдруг из затянувшего болота.
На душе полегчало и захотелось поглубже вдохнуть ночной воздух, такой влажный и плотный, похожий на тёплые объятия! Боги, сколько дней она провалялась в этом беспамятстве?
– Куда мы идём? – Ясмин оживлённо повернулась к сосредоточенному Риану, желая поделиться возникшей в ней радостью и лёгкостью.
– Не важно. О чём ты мечтала последний раз?
Какой смешной и простой вопрос! Конечно… Она…
– О свободе, Риан. Я хочу вернуть себе свои права, чтобы поместье…
– Нет, не это. Это не твоя мечта.
– А чья?
– Твоего отца.
– Я… – Ясмин запнулась от неожиданности. Освободиться от Вальдера? Освободиться от своей тяги, стыда, унижения. И слабости. Это ведь именно то, что жгло душу. – Я хочу избавиться от… него. Чтобы всё было как прежде.
Риан остановил её под широким эвкалиптом, недалеко от той самой аллеи, по которой они бежали. Совсем недавно. Его мерцающие в сумраке глаза отражали невиданную раньше глубину. Бесконечно чёрные, бесконечно затягивающие, видящие насквозь.
Она вообще не знала его прежде. Всегда видела простым и жизнерадостным парнем, полным уверенности и лёгкости в отношении к жизни, но сейчас она увидела его другим, сильным. Сильнее, чем она… Он так запросто ушёл от надзирателей, от Вальдера, будто… будто это было для него игрой.
– Как прежде. Может, что-то ещё? – спросил он со сдержанной улыбкой. – Что-то твоё.
Ясмин глубоко вздохнула. Что-то ещё…
– Вся моя жизнь здесь, возле этой плантации, Риан. Здесь моя душа. Я хочу, чтобы эти земли процветали, как было когда-то, чтобы все были свободны и счастливы…
– О боги, – расхохотался Риан. Он схватил за обе её руки. – Ладно! Мы слишком давно не общались с тобой, я имею в виду, просто, как раньше. Помнишь поездки верхом до Кайены?
– Помню. – Накатила острая грусть. – Было слишком давно. Нур ещё тогда брыкалась по полной и чуть не скинула меня с обрыва.
Риан лукаво глянул на Ясмин.
– Уже ближе. Прокатимся? – И пока она хотела переспросить, он быстро, коротко свистнул почти неслышно, но ощутимо. Точно этот свист даже всколыхнул листья деревьев и кустов, а по коже пробежали мурашки.
И буквально через несколько мгновений за густой листвой показались морды лошадей. Те ступали послушно и медленно – явились на зов своего хозяина. Как он их выманил из конюшни так незаметно от чужаков?
Ясмин подбежала и ласково огладила любимицу по шее – та довольно ткнулась носом. Правда, седла на ней не было, только удила и уздечка. Риан взял под уздцы своего мерина, который радостно фыркал от встречи с любимым хозяином, и подвёл его ближе.
Ясмин так не хватало прежних прогулок верхом по просторным полям, вдоль плантаций, по склонам невысоких гор и берегу океана!
Доведя кобылу до поваленного ствола, она оттолкнулась от него и забралась на спину лошади. Обернулась с задором на севшего верхом Риана, взмахнув волосами.
– Я знаю. Я хочу к океану! – воскликнула Ясмин. Если это и есть безумный сон, так время насладиться этим по полной!
И, не дожидаясь ответа, перехватила поводья, ударила голыми пятками по бокам и пустила Нур вскачь. Риан крикнул гортанно, подгоняя мерина, и помчался следом: Ясмин не оборачивалась, только слышала нагоняющий топот копыт и тяжёлое фырканье позади.
Жгучее удовольствие от быстрой скачки распирало внутри. Как же ей не хватало свободы! Полёта, дикого восторга! Без седла она не ездила давно, чаще приходилось выезжать на степенные прогулки со всякими знатными гостями и дамами, показывать свои земли или чинно беседовать о всякой ерунде.
Риан хотел вырваться вперёд, но Ясмин не дала ему это сделать и вышла на середину тропы.
– Но, милая, – задорно выкрикнула она, мельком обернувшись назад на Риана, а потом снова устремилась вперёд, прижавшись к шее кобылы. Та послушно мчалась со своей хозяйкой наперекор ветру – застоялась, красавица!
Они домчались эти пару миль до океана словно быстрокрылые птицы. От бешеной скачки перехватило дыхание, но Ясмин только счастливо смеялась, чувствуя, как лихорадочно бьётся в груди сердце. Вот её жизнь, настоящая, бьющая ключом, свободная – делай что хочешь! Казалось, сейчас Ясмин в силах стереть всё неугодное.
На берегу запахло солью и влагой, и Ясмин так глубоко вдохнула, что закружилась голова. Разгорячённое скачкой тело просило пощады, бока кобылы покрылись потом, и Ясмин пустила её шагом до растущих рядом с берегом можжевельников.
Догнал и бок о бок зашагал мерин, и Риан, лихо сидевший верхом, взглянул на Ясмин с удовольствием. Он тоже глубоко дышал от этого забега, ветер растрепал его волосы, открыв лицо.
Шумно плескался океан, шипел, тая на песке, накатывал снова. Серебрились отблески луны – тысячи крохотных осколков. На берегу было так восхитительно свежо и приятно, что хотелось просто дышать без остановки, ещё и ещё, выдыхая весь зной, жар и усталость… Пройдя немного до уютной бухты, укрытой густо растущими кустами, они замедлились.
– Стой, родной, – Риан мягко хлопнул по шее мерина и спрыгнул на землю.
Поймав за удила Нур, он мягко удержал лошадь, и Ясмин тоже спешилась, соскользнув по тёплому и влажному боку.
– Стойте, мои хорошие. – Риан потрепал обеих лошадей с такой заботой и любовью, что Ясмин невольно тепло улыбнулась. Нур тоже зафыркала от удовольствия и потёрлась носом о плечо Риана, а мерин ткнулся боком ему в грудь. – Эй, тише, снесёте же, – усмехнулся он, отступив на шаг. – Ждите тут, ладно?
В ответ ему раздалось довольное ржание, а Риан повернулся к Ясмин. Хороши они сейчас были, оба взлохмаченные, кое-как одетые, а она и вовсе в чем была… тогда. Сейчас ещё и растрепанная от скачки…
Ясмин запрокинула голову, наслаждаясь летящим вдаль небом и яркими, мерцающими звёздами, а потом взглянула на Риана и, прикусив губу, побежала по берегу прямо в волны.
И завизжала, когда прохладная в ночи волна охватила голени, чуть подпрыгнула на высоком пенном гребне, а потом бросилась ещё глубже. Риан догнал её, когда Ясмин зашла уже по пояс и обернулась.
– Что, рискнёшь?! – с вызовом крикнул он, уворачиваясь от бьющей в грудь волны. Но та хлёстко ударила в его бок и щедро окатила с головой. Риан зафыркал, отплёвываясь.
– Ты первый!
– Я? Ну, как хочешь, – с угрозой сказал он, в два шага преодолел расстояние между ними и вдруг набросился на неё, повалив прямо в волну.
От неожиданности Ясмин хлебнула солёной и горькой воды и заметалась в волне,
