Я еще не имел времени посетить какие-нибудь достопримечательные места, поэтому я могу рассказать тебе только о том, что я слышал об окрестностях Святого города и прилегающих к нему районах. Говорят, что в Сафеде, в деревне Кана и в Галилее евреи и арабы живут в мире и согласии, однако большинство из них бедны и зарабатывают себе на пропитание торговлей вразнос, и многие ходят по деревням в поисках случайного заработка. С другой стороны, в Дамаске, как говорят, все евреи – купцы, и во всех отношениях нет города лучше Дамаска. В нем много красивых домов и великолепных садов, каких больше нигде не увидишь. Воздух в нем, однако, не очень чист, и люди, приезжающие туда, заболевают от этого. Люди приезжают в Иерусалим из Египта, Дамаска, Алеппо и других мест, чтобы упасть ниц перед Господом Богом.
Евреи прибывают в Иерусалим из Адена. Аден, говорят, стоит на месте Эдемского сада; он лежит юго-восточнее Эфиопии, но их разделяет Красное море. Эти евреи утверждают, что в их стране много крупных еврейских общин. Царь у них по происхождению араб, который очень добр к евреям, а сама страна очень велика и красива; в ней произрастает много замечательных плодов, которых у нас нет. Они не знают, где на самом деле находился рай; они пашут в месяце адаре (марте) и жнут в месяце кислеве (декабре). Сезон дождей начинается на Пасху и заканчивается в месяце абе (августе). Из-за того что у них выпадает много дождей, Нил и разливается в абе. Жители этой страны имеют темную кожу. Тамошние евреи не знают Талмуда, у них есть только труды р. Исаака Альфази, комментарии к ним и книги Маймонида. Все они, от мала до велика, хорошо знают труды Маймонида, ибо в основном изучают только их. Евреи сказали нам, что арабским купцам хорошо известно, что река Самбатион находится в пятидесяти днях пути по пустыне и, подобно нити, окружает всю землю, где живут потомки Израиля. Эта река несет камни и песок и отдыхает только в субботу, поэтому ни один еврей, путешествующий по этой стране, не решается нарушить субботу. Они верят, что здесь живут потомки Иакова. Эта река несет камни и песок и отдыхает только в субботу, поэтому ни один еврей не пересекает ее в этот день из опасения нарушить субботу. Они верят, что все они – потомки Моисея, чистые и невинные, словно ангелы, и среди них нет ни одного злодея. На другом берегу Самбатиона дети Израиля многочисленны, как песчинки в море, и среди них есть много царей и принцев, но они не столь чисты и святы, как те, что окружены рекой. Аденские евреи рассказывали нам об этом весьма уверенным тоном, как будто все это хорошо известно и никто не сомневается в том, что их слова – истинная правда.
Старый ашкенази-раввин, который родился и учился здесь (в Иерусалиме), сообщил мне, что он помнит, как во времена его юности из Адена приезжали евреи и рассказывали в точности то же самое, что и сейчас. Аденские евреи также поведали, что израилиты, живущие на границах их страны, о которых я писал в своем первом письме, находятся сейчас в состоянии войны с людьми пресвитера Иоанна (Абиссинского), что часть из них попала в плен и была привезена в Каир. Я видел некоторых пленников своими собственными глазами; эти евреи живут в одном месяце пути по пустыне от тех, которые обитают на берегах Самбатиона. Христиане, приехавшие из страны иоаннитов, рассказывают, что евреи, воюющие сейчас с людьми пресвитера Иоанна, потерпели ряд сильных поражений, и нам очень хочется узнать, правда ли это, упаси боже! Защити, Господи, Своих людей и слуг!
Здесь, в Иерусалиме, я живу в доме нагида, который назначил меня управителем своего владения, а дважды в месяц я произношу в синагоге проповеди на иврите, который большинство слушателей понимает. Мои слова звучат музыкой в их ушах, словно прекрасные песни, они хвалят меня и любят слушать мои проповеди, но не хотят поступать в соответствии с ними. Однако не могу сказать, чтобы кто-нибудь обижал меня; даже старейшины не сделали мне ничего плохого – они до сих пор не потребовали от меня уплаты налогов, которые обычно собираются здесь каждую неделю. Они даже не взяли с меня налога за первый год пребывания здесь, которого не может избежать никто. Так что мое пребывание здесь – самое настоящее чудо! Бог знает, что ждет меня в будущем!
Почтенный Эммануэль Кай из Камерино по моей просьбе прислал мне сотню венецианских дукатов, проценты с капитала, который я ему оставил, и обещал делать это ежегодно. Я отдал 10 процентов владельцу корабля, который привез мне эти деньги. Достойный Эммануэль прибавил также 25 дукатов, часть из них я должен истратить на покупку масла для ламп в синагоге, а другую – раздать бедным. Что касается меня, то я живу в Иерусалиме в довольстве, ничего не желая ни от кого. Каждое утро и каждый вечер мы собираемся и изучаем Галаху (Закон). У меня без перерыва учатся два сефардийских ученика, и сейчас к нам присоединились два ашкеназийских рабби. Мы надеемся, что Земля обетованная будет возрождена и населена евреями, ибо царь издал указ, что евреи в Иерусалиме будут теперь платить только подушный налог. Раньше евреи должны были ежегодно выплачивать 400 дукатов, вне зависимости от их численности, по причине чего страдали все. Теперь каждый вносит подушный налог и не должен платить за других. Такого указа не было в Иерусалиме 50 лет. Так что многие из тех, что покинули город, возвращаются сюда. Пусть же Господь порадуется, что город и Храм будут восстановлены и рассеянные потомки Эфраима и Иуды соберутся здесь и падут ниц перед Богом у Святой горы! А теперь я должен заканчивать, поскольку у меня очень много дел.
Послано второпях из Иерусалима, 27 эллула, 5249 (1789) года.
От твоего брата,
Обадии Яре. III
Досточтимый господин[77], пусть пребывает с Вами милосердие Господне, да продлит он Ваши дни, и пусть Вам будет дарована честь увидеть Святую землю и Храм. Аминь!
Когда флорентийский посол прибыл сюда с приятными письмами от Вашей светлости, меня в Святом городе Иерусалиме не было, ибо я отправился в Хеврон и пробыл там много дней. Мне здесь понравилось гораздо больше, чем в Иерусалиме, ибо евреев здесь не очень много, они добры и не так плохи, как в Иерусалиме. В Хевроне, в огороженном дворе, проживает около двадцати еврейских семей, и ни один исмаилит или нечистый человек не может сюда войти, и во всей стране считается, что лучше быть похороненным в Хевроне, чем в Иерусалиме.
Здесь, в Хевроне, на могилах Патриархов стоит очень древнее сооружение из камней невероятной величины, и на этом старом здании высится новое, построенное исмаилитами. Место, где Аврааму явились ангелы, до сих пор носит название Мамре; здесь есть небольшая пещера и камень, на котором написано, что здесь был обрезан Авраам. На небольшом расстоянии от города находится большой колодец, который исмаилиты называют Бир Ибрагим, а чуть подальше – еще один, Бир Ишаг, а на расстоянии полета стрелы или чуть больше протекает ручеек Эшколь, который до сих пор так и называется. Виноград, растущий по его берегам, до сего дня крупнее винограда во всех остальных частях страны. Вокруг Хеврона много деревень, сохранивших свои древние имена, отмеченные в Книгах пророков. А теперь что касается великого города Дамаска. Мой господин спрашивает, стоит ли он в Святой земле. Хорошо известно со слов всех мудрецов, и в особенности Маймонида, что он располагается в Сирии (см.: Маймонид. Хилшот Терумот, 81–89), и до сего дня все жители Галилеи так и считают, но говорят, что границы Святой земли проходят поблизости от Дамаска. Сафат и Банорса (вероятно, Тафас и Мзериб), большие галилейские города, располагаются недалеко от Дамаска, и их границы немного не доходят до его границ. Но город Триполи, в Сирии, гавань для судов и рынок всех наций, стоит на границе Палестины, о нем много говорят хорошего, ибо он славится своими плодами и вещами, которые поступают сюда изо всех городов Святой земли, а путешественники приезжают сюда со всех концов земли. В наше время в нем мирно проживает около сотни еврейских семей. Многие говорят, что, если сюда приезжает благоразумный человек из Италии, он очень быстро становится богатым за счет торговли с коммерсантами Италии, которые постоянно привозят сюда свои товары.
Война между царем Турции и царем Египта уже забыта, и многие думают, что два года назад они заключили договор о том, что не будут вредить друг другу и что царь, живущий здесь, – это тот же самый государь, который не умирал и не изменился. Он правит Египтом уже двадцать лет и очень стар; он не враг евреям, хотя и взимает с них очень большие налоги. Впрочем, такие же налоги платят ему и исмаилиты, и необрезанные, которые живут в его стране.
Сегодня я не могу сказать ничего нового моему господину, за исключением того, что я предавался размышлениям на могилах наших святых отцов, а каждый день молюсь, обратившись лицом к Храму, чтобы Ваш покой был похож на реку, а Ваш прекрасный дом пребывал в мире и чтобы Господь благословил все Ваши начинания, согласно Вашему желанию и желанию Вашего слуги.
