и сильных ног нашей гяру: — а как же твой спор между Икагами и его Самураями? Я насколько помню по тексту — речь шла о верховенстве над двумя школами?
— Ну… самой не очень приятно, но что они смогут потом сделать? Будут борзеть, я им ноги переломаю. У нас же времени нет практически — неделя до выборов осталась. Вчера вон, ходил по школе Дисциплинарный Комитет и кого поймал — заставлял анкету предварительного опроса заполнять. У меня даже пяти процентов нет. — вздыхает Иошико: — похоже я откусила больше, чем могу прожевать. А времени заниматься всем этим у нас не было, ты же помнишь.
— Погоди. Давай мы сегодня соберемся в Литературном, порешаем. Нельзя тебе эти выборы проигрывать. — говорю я: — никак нельзя. По крайней мере — без хорошего боя точно нельзя. Ты ж у нас теперь не просто гяру, которая пинается, а Темная Императрица Иошико, помнишь? Имидж в этом городе значит все. Выиграешь — разнесут, раздуют, преувеличат. Проиграешь — то же самое, только в минус. То, что ты тут всем можешь ноги сломать — это конечно круто, но вот школа наша будет под властью «Самураев» еще и после того, как ты выпустишься и последующие поколения тебе за это спасибо не скажут.
— Самой неохота. — перестает болтать ногами Иошико: — а у тебя есть мысль как все перевернуть за неделю? Ну скажи, что есть, а? Я очень хочу победить и утереть нос этому Икагами и его переведенным куклам.
— У меня есть мысль. — киваю я и Иошико торжествующе делает «йес!» рукой.
После уроков мы собрались в Литературном смешанным составом — во-первых Юки и ее свита, Литературные маньяки в полном составе — я, и сестрички Сато. Во-вторых — Иошико и ее свита, Горячие Губки и Одри. Через пять минут после того, как все устроились и начали обсуждение — в дверь поскреблись временные члены Литературного Клуба, Атсуши и Акеми Мацумото. Надо сказать, что вид у Атсуши был донельзя пришибленный и он начал с извинений, посыпания головы пеплом и готовности совершить сэппуку прямо вот тут, буде его не простят. Юки, глядя на искреннее раскаяние — слегка смягчилась и разрешила временным членам присутствовать под условием, что не будут мешать и будут сидеть тихо. Таким образом, набралось нас в помещении клуба достаточно, чтобы стало тесновато.
— С чего бы начать… — поскребла нос Михо Горячие Губки: — я же узнавала, каким образом у нас в Тринадцатой эти фарфоровые куклы появились. Вы только гляньте… — она указывает на листовки, лежащие на столе: — Мико Ли, Франсин Манса, Луиза Бенар. Каждая из девочек — отличница учебы, имеет хобби, в которых достигла невероятных успехов и наконец все они — мастера боевых искусств. Мико Ли — кунг фу, стиль Каменной Птицы. Франсин Манса — капоэйра. Луиза Бенар — сават. Каждая из них — словно твой дубль, Йо, только… лучше.
— Вот еще! — фыркает Иошико. Горячие Губки разводит руками.
— Не с нашей точки зрения. Для нас — ты всегда самая лучшая, потому что наша подруга. Но, объективно — у них достижения выше, чем у тебя, Манса например участвовала в международных соревнованиях и даже занимала призовые места. А Бенар — вообще на Олимпиаде среди джуниоров второе место заняла. — торопится объяснить свою позицию Михо: — с точки зрения стороннего наблюдателя у них достижения выше.
— Кроме того, нельзя списывать со счетов и тот факт, что они все — новенькие. Все новое, блестящее — всегда притягивает взгляд. Это экзотика — такие вот девчонки в школе, а потому у них уже изначально был бонус. — говорит Юки, хмурясь: — мне онээсан рассказывала, что есть в психологии такое понятие как «эффект новизны». Новые знакомые всегда воспринимаются ярче и запоминаются дольше. Это влечет за собой эффект ореола — в условиях недостатка информации запоминается та, которая есть. А тут про них одна положительная информация. А про тебя, Иошико, всякие слухи по школе ходят. Многим ты дорогу перейти успела. Клубу каратэ например…
— Пфф… слабаки. — складывает руки на груди Иошико: — я извиняться не буду!
— Клубу кэндо. — добавляет Юки: — клубу айкидо, клубу кикбоксинга…
— Они первые начали… — отводит глаза Иошико.
— Клубу косплея — безжалостно продолжает перечислять Юки: — клубу золотой молодежи…
— Этим поделом. — говорит Горячие Губки: — первые всегда со своей камерой под лестницей толкаются, под юбками у девочек снимают, а вторые уж больно наглые…
— Клубу чайной церемонии…
— А этим я когда насолить успела? — изумляется Иошико: — да быть не может!
— Клубу Физики и математики, Клубу Классных Девчонок… этим бы и сама дала два раза… — задумчиво поднимает глаза к потолку Юки: — ах, да…
— Ладно, я уже поняла! — Иошико яростно чешет затылок всей пятерней: — так и говори, что у меня нет шансов! Все меня не любят!
— Ты же в политику пошла, а не в бордель. — удивляюсь я: — тут не обязательно чтобы тебя любили. Тут не обязательно быть любимым, тут достаточно быть наименьшим злом среди прочих.
— А еще Дисциплинарный Комитет тебя не любит. — добавила Юки: — как они еще капканы по школе не расставили, чтобы тебя поймать — ума не приложу.
— Ладно… и что мы тогда делать будем? У меня пять процентов рейтинга, клубы меня терпеть не могут, у этих девчонок эффект новизны… а может я им попросту жопы надеру, а?! — спрашивает Иошико, озвучивая стратагему Майко — «Дракон находит молоток и лупит им всех по головам, пока сопротивление не прекратится, потом добавляет еще два раза — для уверенности».
— Будешь так языком мотылять, сестренка Нанасэ тебе рот с мылом вымоет. — замечает Юки: — так себе процедура, между прочим. Мыло, оно только по запаху земляничное, а на вкус — ничего подобного. Тебе лишь бы по голове кому надавать. Тут, это, умом надо брать…
— Вообще-то… идея хорошая. — говорю я: — классная идея, Иошико!
— Да? — удивляется Иошико и тут же подбоченивается: — а то! Я ж прирожденный лидер. И меня Майко-нээсан всегда учила — кто бы ни встал на твоем пути…
— Ой, вот хватит Миямото Мусаси к каждой дырке цитировать! Не говорил он такого! — прерывает ее Юки и поворачивается ко мне: — а что классного в идее-то? Тут же не кулаками все решается, а голосованием. Ну поколотит она этих девчонок, в чем я, кстати, сомневаюсь, уж больно они именитые. И не смотри на меня так, Йо, они наверняка тоже маги — повышенная реакция
